 |
Мастерство перевода
ПовестьПеревод с иврита и вступление Дана Берга
 На чтение потребуется 1 час 20 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf
Оглавление 8. Глава 6 9. Глава 7 10. Глава 8 Глава 7
Мы вновь заняли места в повозке. Шмуэль пристально посмотрел на меня, ища нетерпение в моём лице. С удовлетворением найдя искомое, он принялся рассказывать дальше.
– Неосторожно брошенное пьяным Петром слово «жидовка» взволновало не только Анну – всех нас. Маруся сказала мне, что в деревне ходят слухи, будто Анна еврейка, сменившая веру. Маруся не знала, правда ли это, а когда спросила у матери, та рассердилась и не ответила. И ещё девочка призналась, что родителей она любит неодинаково – отца больше, и что Анна ненавидит евреев, а Пётр благоволит им.
– Маруся добавила, мол, она, как и Халапов, тоже хорошо относится к евреям и в тайне от Анны дружит с дочерями шинкаря. Она очень просила меня сказать ей правду, каковы евреи среди своих – такие же дикари, как Янкель, или нормальные люди вроде меня?
– Мной завладела мысль – верны ли деревенские слухи? Ведь молва обычно права. Если подлинно это, стало быть, Маруся наполовину еврейка! Я загорелся желанием раскрыть тайну. Хотя, зачем мне это? Или прав Сергей, дескать, евреям до всего дело?
– Тут уместно отвлечься и вспомнить нашего тысячника Павла Акимовича, да будет уготовано ему место в раю! Чиновник умный и человек милосердный. Он говорил, что еврей – самый лучший солдат. Только нужно умело использовать его способности. Главное, не давать ему разжёванных указаний. Поставь перед ним конечную цель – и это всё! Тогда он употребит свою природную смекалку и исполнит приказ наилучшим образом, как русскому не под силу.
Старик снова испытующе взглянул на меня, раскурил трубку. Я ждал продолжения.
– К чему это я вспомнил Павла Акимовича? К тому, что он был высокого мнения о еврейской находчивости. Есть у еврея цель – обязательно придумает, как её достичь. Вот я и изобрёл средство, как разгадать загадку Анны.
– Халапов отлучился из дому на несколько дней по служебным делам. Анна мучила меня, как обычно: давала два задания в одно время, требовала невозможного, ругала, драла за ухо. На ночь я отправился на веранду – там было моё место. Анна улеглась у себя, Маруся уже успела уснуть. Я притворился спящим, для убедительности захрапел.
– Я закричал по-еврейски, как бы во сне: «Ой, мама, не обижай Анну! Мир дому её!». Краем глаза я увидел через открытую дверь, как Анна насторожилась. Я снова подал голос: «Анна кормит меня! Она тоже мама!». Анна села на кровати. Тут я добавил накал происходящего. Заговорил громким шепотом: «Мама, неужели Анна еврейка?». Тут Анна встала с кровати, натянула платье, взяла свечу и зашлепала босыми ногами ко мне на веранду, опасливо прислушиваясь, как бы Маруся не проснулась.
«Эй, очнись, парень!» – зашипела Анна. «А? Что?» – испугался я, будто пробудился. «Кого видел во сне?» – спросила она, как об очень важном. «Маму...» «Разговаривала она с тобой?» «Она сказала, что Анна должна любить меня». «Почему?» «Я не знаю этих слов по-русски». «Скажи по-еврейски!» – не скрывала она нетерпения. «По-еврейски?» – притворно изумился я и понял, что хитрость удалась. «Да, да! Скорей!» «Она говорила, что Анна должна жалеть еврейских детей, потому что она сама еврейка...»
– С тех пор положение моё в доме Петра Халапова заметно поправилось. Анна решительно изменилось ко мне. Или сама она стала другой – не знаю. Когда мы оставались дома одни, она заговаривала со мной по-еврейски, радовалась случаю поболтать на родном языке. Я был доволен собой – часть загадки я разгадал, а вскоре мне открылась вся тайна, да и ещё кое-что интересное.
– Напомню вам, что деревенские женщины за глаза не любили Анну, но в лицо говорили ей приятности. Подруг она не нажила, да и гостьи навещали не часто. Если собирались, то старательно льстили друг дружке и балакали по пустякам, чтобы не задеть сокровенное. С чего бы ни начинался у них разговор, а кончался всегда одинаково – осуждали женщин, неусердных в христианской вере. Анна бывала самой строгой порицательницей, однако краснела. Её товарки украдкой переглядывались и прятали хитрые улыбки. Конечно, Анна знала, что у них на уме – ведь недоброжелательность столь свойственна человеку, и разве скроешь естественное!
– Пётр относился к жене терпимо, другими словами, терпел её тяжёлый характер. Если ссорились, Анна бывала виновата больше Петра – задиралась первая и упорствовала. Халапов легкомысленно относился к соблюдению церковных предписаний, за что жена всегда распекала его. Как-то накануне праздника он забыл купить масло для лампады. На настойчивые упрёки Анны он пошутил в ответ: «Будь я набожнее, гордился бы христианским усердием супруги!». Возможно, Пётр не думал напоминать Анне скрываемое ею от людей, но она глубоко обиделась и долго плакала.
– Да, Анна страдала от чрезмерной чувствительности. Какие бы обидные слова ни звучали – она всегда подозревала, не относятся ли они к ней? Помнится, в полку моём служили, кроме русских, евреи и татары. Было раз, солдат крикнул кому-то: «Антихрит ты!». Русские и татары и бровью не повели, а евреи забеспокоились. Вот я и говорю: «Мы с вами слишком волнительный народ!». Почему так?
Шмуэль посмотрел на меня вопросительно. Я, однако, не был уверен, что он желал слышать моё мнение. Я только улыбнулся, а он удовлетворился этим ответом и продолжил свою повесть.
– Поневоле Анне приходилось слишком много молчать. А женщинам это тяжело – они любят работать языком. Беседы со мной отчасти помогали ей преодолевать одиночество. Она говорила мне, что скучает по городу, где родилась и выросла. А другой раз сказала, что питает ненависть к своим родичам. Я размышлял над её словами. Человека ненавидят, когда он приносит горе. Родные причинили Анне горе раскаяния, горе тоски, горе стыда...
– Анна уже не смущалась говорить по-еврейски в присутствии Маруси и Янкеля – моего постоянного гостя. Правда, Маруся старалась исчезнуть из дому, когда приходил Янкель – уж очень он ей не нравился. Зато Анна принимала его приветливо, уважала. У нас собирались Шмулик, Рувик и другие хатуфим. Когда Петра не было дома, говорили на родном языке. Анна стала нам как бы матерью. Удивительная перемена. Маруся тоже начала понемногу лопотать с нами по-еврейски.
– Анна приняла христианство, но не забыла и веру отцов, и потому несла двойное бремя. Худые предчувствия мучили её неизменно, ибо она боялась еврейского ада и умирала от страха попасть в ад христианский. Как и все женщины, она верила снам, которые часто посещали её. Ночные видения толковал ей Янкель, убеждённый в обладании этим талантом.
– Как-то раз мы так увлеклись беседой, что не заметили, как вошёл Петр. Он сел между нами и как ни в чём не бывало вступил в разговор. Маруся первая заметила это и воскликнула изумлённо и радостно: «Папа, ты тоже умеешь говорить по-еврейски?». Халапов улыбнулся широко и ответил: «А ты как думала? Умею, да ещё получше тебя!». Мы, хатуфим, были потрясены.
– Я подумал, уж не выкрест ли Пётр? Но Анна объяснила мне, как я сильно ошибаюсь. Он служил писарем в городе, где жили почти только евреи, с которыми Халапов и занимался. Постепенно выучил язык. Она добавила, что он человек добрый и хорошо относится к евреям. Иначе разве пошла бы она за ним, бросив родную веру? На всякий случай я поинтересовался, о каком городе она говорила. Её ответ привёл меня в трепет – это моя родина!
«А как фамилия вашего родителя?» – спросил я, чувствуя, что напал на след. «Бендет!» «Шинкарь?» «Да. А откуда ты знаешь? Это твой город?» Я назвал ей имя моего отца, и мы оба всплеснули руками.
Пока старик рассказывал, туман рассеялся, и ветер разогнал облака. Я взглянул вверх. Над нами торжественно нависал огромный чёрный купол, а на бархате его белели спинки крупных и мелких светляков. Я вспомнил, что Бог обещал дать праотцу Аврааму потомков числом бессчётным, как звёзды небесные. Вот они, сияют над головой сонмы людей народа моего. Одни горят ровно, другие, что в изгнании, мерцают, третьи скрыты за пеленой. Все светила дороги нам – яркие и тусклые, далёкие и близкие...
Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за август 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Оглавление 8. Глава 6 9. Глава 7 10. Глава 8 |
 Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы. Литературные конкурсыБиографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:
Продвижение личного бренда
|
|||||||||||
| © 2001—2026 журнал «Новая Литература», Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021, 18+ Редакция: 📧 newlit@newlit.ru. ☎, max, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 Реклама и PR: 📧 pr@newlit.ru. ☎, max, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 Согласие на обработку персональных данных |
Вакансии | Отзывы | Опубликовать
|
|||||||||||
