Жертвенник. О сакральном и профанном литературного творчества

«У искусства есть цель, оно само и есть себе цель; это не просто средство для упражнения ума, а самый ум, который ничто, пока не станет творением».

«Искусство есть опыт, так как оно есть поиск, причем не то чтобы лишенный определенности, а как раз и определяемый своей неопределенностью, и он захватывает всю жизнь как целое».

«А может быть, дело тут даже в еще более коренной перемене, которая не заключается в новом душевном и умственном состоянии, не сводится даже к отрыву меня от меня самого, к "уничтожению" меня, и связано не с конкретным содержанием той или иной книги, а с фундаментальным требованием творчества?»

«В "Дневнике" Кафки содержится замечание, над которым стóит поразмыслить: "Возвращаясь домой, я сказал Максу, что, если только боли не будут слишком сильными, я на смертном одре буду чувствовать удовлетворение. Я забыл добавить, а потом уже намеренно не сказал, что лучшее из написанного мною исходит из этой готовности помереть удовлетворенным"».