Молитва

Безмерно благодарна тебе Господи, за справедливость твою, людям дарованную! Ибо никто, кроме меня, глупой овцы, твоего разношерстного стада, не посмеет усомниться в правильности приговоров твоих. Да, убоятся презренные, судьями быть! Да и я – та, которая подставляла вторую щеку под удар, ожидая справедливости твоей, Отче, была на колени поставлена и изнасилована. Так и не дождавшись справедливости от людей, нашла твою справедливость, Господи! Так и стала я бить в ответ, и ползали дрянные людишки, в ногах моих валялись, милости моей прося! Ибо кто, как не ты, Господи, вложил в нас трепет перед могуществом, перед мечом Твоим, но не пред любовью моей?! Благодарю тебя, Отче, и прощения ищу, ежели не правильно смысл жизни, тобою созданной поняла!

Как-то раз, в один счастливый день, когда счастье стучится в окна вместе с рассветом, Гжеля спросила Даню, почему он любя ее, краснеет и зажмуривается в начале, а в конце старается не окропить ее тела, и изливается куда-то за кровать. Он ответил, что стесняется вставлять в нее свой корень, так как верит, что все, вытесняемое организмом непристойно и губительно для другого, то есть и для нее, Гжели. Милый, сказала она, я недавно прочитала в одной умной книжке, что люди могут не только испускать семя, но и испражнятся друг на друга. После этих слов, Даниил немного успокоился и повеселев, предложил помочиться на книгу, на что книга, запротестовав, взмолилась и трижды побожилась Господом Богом единым, что более таких подлых советов давать не будет. Поверив в первый и последний раз, той злополучной книге, наши любовники по обоюдному согласию решили книг более не читать, а самим написать одну, да такую, чтобы на всю жизнь хватило, хотя бы и на их век, такой короткий.

К сожалению, от книги, которую они озаглавили “Великая Книга Запретов” осталось только заглавие и седьмая страница, да и та была размыта слезами Гжели и потом ее души, так, что буквы и слова, оставшиеся на странице, превратились в следующий бессмысленный диалог:

– Меня интересует вчерашний день.апатия. Я утвердительно кивнул. И тогда он спросил снова, а гомеапатия это апатия у гомосексуалистов? И веришь, я так и не смог его переубедить, что гомеопатия – это лечение природой, а гомеапатия – всего лишь игра его воображения. Представляешь, что этот капризный ребенок мне ответил? Он сказал, что воображение, и есть та единственно верная благодать, которую нам ниспослал Господь Бог. И это так же верно, как и то, что одиннадцатая заповедь была – не бойся! Которую хитрые жидовские священники “утратили” в своих проповедях, ровно как и благодать нам, людям дарованную, представили в форме покаяния и смирения. Не переставая утверждать при этом, что человек в виду своего греховного зачатия никогда не избавится от греха в этой жизни. Но ты не переживай, продолжал он, я знаю, что ты обретешь целостность, и смерть твоя, будет просто необходимостью обновления вечно молодого лица земли, но никак не волей другого человека.

– А я могу вспомнить только будущее, да и то не свое. Ты спала с ним?

– Нет, дорогой, сплю я только с тобой, его я объезжала.

– Наверное я завтра буду очень зол, но пока гнев еще не догнал меня – милая, я люблю тебя.

– Твой гнев нашел тебя в твоем ночном кошмаре? Расскажи мне о нем.

– Я помню комнату с тремя стенами. Затем мягкий теплый свет озарил меня и моего ребенка, только что вышедшего из меня.

– Какого цвета у него были глаза?

– Он не имел ни глаз, ни их цвета. А все лицо занимал огромный рот. И он спросил меня, знаю ли я, что такое

– Тебе стало спокойнее после его слов?

– Мне стало грустно, милая. Потому что в тот момент я понял, что уже слишком стар, для ее вечной молодости. И теперь мне остается только выбрать, какого цвета конь развеет мой прах и унесет мою душу.