Песни степи

Колыбельная

Не могильная тишина –
Сон в степи. Не скрипит телега,
Необъятная ширина
В ожидании снега.

Вездесущих когда-то птиц
Голоса только в памяти вьются.
Иней лёг – стал пейзаж бледнолиц,
Звёзды новые в небе куются.

И под ними стоишь, замерев/
Умерев – только пар наружу.
Вспоминаешь неясный напев
Колыбельной, запавшей в душу.

«Засыпай на руках, баю-бай,
Пока вдаль не зовёт дорога.
Засыпай, мой малыш, отдыхай,
Жизнь одна, а несчастий много».

Прогулка в степи

Мглистое утро. В оврагах реки тумана.
Ветер не дует, и жёлтый подлесок молчит.
Долго стоишь на холме немым истуканом,
Глядя, как ниже по склону лисица бежит.

Небо над степью – большая и гнойная рана.
Сыплется дрожью по телу внезапный испуг.
Как же к лицу тебе этот желтеющий саван.
Из-под куста куропатка взвивается вдруг.

Тонкий дымок поднимается от огородов –
Грязных и тёмных, как дёготь, развалин земли.
Вороны кружат над ними, как тёмные годы,
Как незабытые детские, страшные сны.

С неба нежданно спускается белая вата.
Медленно, робко, с читаемым чувством вины…
Бабушка бедная, бледная смотрит куда-то,
Думая, как бы ей просто дожить до весны.

Потому что…

Потому что в этой жизни всё не так,
Потому что в голове моей бардак,
Потому что сердце рвётся на куски,
Не от боли, не от страха – от тоски.

Потому что своим близким люди лгут,
Потому что твои близкие умрут,
Потому что превращает сердце в лёд
Время, что без устали идёт.

Потому что ждёт в конце не свет, а мрак,
Потому что может жизнь сломать пустяк,
Потому что тщетно душу изучать –
Ни свою и ни чужую не понять.

Потому что память всё не сохранит,
Потому что край вселенной от нас скрыт,
Потому что нету снега на дворе –
Неуютно, непривычно в декабре.

Оттого что не спасает красота,
Оттого что люди прыгают с моста,
Оттого что не бывает жизней двух –
Не помогут ни Отец, ни Сын, ни Дух.

Fuimus, non sumus

^[1]
Как много сказано тобой
В ту пору жизни,
Когда слова и звук любой
Бывали лишни.
И яркий, звёздный серпантин,
Украсив небо,
Счастливым делал без причин,
Хоть жил ты бедно.
Забор дощатый, шифер крыш,
Седой от солнца.
Вдали от глаз чужих лежишь,
А время льётся.
Простое счастье,
И тебе есть в жизни место –
Не губят страсти,
Крепок сон, нет зла и лести.
Полёты бабочек в кустах –
Цветы сирени.
И вот улыбка на устах,
И вот мгновение
Остановилось – только взмах
И шелест крыльев
Напоминают о делах
Теперь унылых.
Выходит месяц, на реке
Ворчат лягушки.
Видны лишь тени вдалеке
На их пирушке.
Шумит листва, как тот ДК –
Берёзок роща.
И так, как было, никогда
Не будет больше.

Холода

На юг вернулись холода,
Но ты тепло сберёг.
Оцепенели города,
Замёрзли пальцы ног

И рук, отвыкшие теперь
От тех температур,
Что замораживали дверь,
С жердей валили кур.

Но ты тепло своё сберёг,
Не выбился из сил,
Не перешагивал порог,
И просто не любил

Кого ни попадя, и те
Остатки теплоты
Выводишь ручкой на листе,
В плену у пустоты.

 

 

 

 

Конец

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» декабре 2024 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: