Весна

Василий стоял у окна и размышлял о том, стоит ли из него выкидываться. С одной стороны, конечно, неплохо бы решиться – эффектно всё-таки, обязательно обратят внимание. Самоубийства всегда в моде, они всегда интересны. Самоубийства – это поинтересней даже смертоубийств. Очень интересны. Вот бы посмотреть, как оно будет, после удара об асфальт. Может, страшно. А может, легко. Легче, чем здесь. А может, вообще ничего не будет. Просто бабах и темнота. "То есть, мне будет всё равно, что будет, потому что меня уже не будет", – размышлял Василий. Но он глуп. Он это знал. Во всяком случае, так о себе думал. Ему здесь неуютно, он не успевает за движением жизни, она всё время куда-то мчится и прокидывает его. А ему себя жаль. Умереть бы, но тогда вообще-то, чёрти что случится – жизнь будет, но без него. Его не будет, значит, умрёт всё, что его окружает: детский садик, больница, дом... То есть дом, как и всё остальное, конечно, останется, но он умрёт таким, каким он был только для него. Умрут фантазии, мечты, воспоминания. Умрут тайны, друзья, родные... Полный апокалипсис, и если есть загробная жизнь, то получается из всего, что его окружало, как это ни парадоксально, выживет только он сам. Бррр... Ерунда какая. И так ясно, что Василий никуда не выкинется, для этого нужно быть и смелым, и трусом одновременно, а он, кто он? Василий с третьего подъезда, ему ещё жить да жить... Вот она, грусть, до каких мыслей доводит. И в правду, из окна выкинуться, что за ересь людям в голову приходит. Жить надо, товарищи, умереть мы всегда успеем. А потому, долгих вам лет жизни...