Яичница

* * *

мне десять страниц прочитать
мне двадцать страниц прочитать
мне тридцать страниц прочитать

и я смогу стать умным
я буду думать как папа
о том как на службе прогнуться перед начальством
чтоб премию дали и чтобы поменьше работы
и как доказать моей маме что встречи с друзьями важны
и как от меня отгородиться экраном компа
и много ещё о чём

мне десять страниц прочитать
мне двадцать страниц прочитать
мне тридцать страниц прочитать

и я смогу стать умным
я буду думать как мама
о том как папу не разозлить
потратив больше лимита его зарплаты
и как убежать к подружкам или куда-то ещё
и как научить меня чтобы я учил себя сам
и много ещё о чём

мне десять страниц прочитать
мне двадцать страниц прочитать
мне тридцать страниц прочитать

и я смогу стать умным
я буду думать как бог
что делать со всеми людьми

* * *

Та самая девочка,
У которой не было кос,
У которой не было голубых глаз,
Которая плохо училась
И списывала у меня домашку…
Почему-то именно она мне вспоминается.
Её холодные ладошки,
Её острые коленки,
Её насмешливый взгляд.
Она смотрела на меня так,
Потому что я был отличником.
И это был космос.
А я был инопланетянином.

«Меня разбудили ровно в восемь...»

                  Катаются люди, как вишни на блюде.      
                  И надобность есть и в Христе, и в Иуде.
                                  (Лев Градчик. «Трагикомедия»)

Меня разбудили ровно в восемь.
Сказали: – Пора. Наступила осень.
А завтра придёт зима.

Летевшие птицы теряли перья,
Из них собрались снеговые тучи.
И сыпался снег – настоящий, первый.
К тебе я пришла сама.

Мы вспомнили всё, что случилось раньше.
О нас написали разные люди.
Теперь потерять друг друга не страшно –
Найдёмся когда-нибудь.

А помнишь, в стихах твоих «колотый студень»?
Я думала, это не повторится.
И что перевёрнута та страница,
И пройден уже тот путь.

Овраг, запорошенный первым снегом.
А город – он там, далеко отсюда.
Пробует вишни, беря их с блюда,
Кто-то с радостным смехом.

Яичница

Хочешь, я приготовлю на завтрак
Яичницу из трёх яиц?
Только как мы будем делить третье?
Напополам, или я отдам тебе?
Или ты – мне?
Просто так, ничего не прося взамен?
Ни секса, ни любви, ни поддержки?
Взять и отдать другому.
В надежде, что когда-нибудь вернёт сторицей.
А почему не оставить себе?
Ведь так надёжнее – съел – и насытился полностью.

Лейла

Девочка Лейла приехала из Казахстана.
Играет на скрипке, флейте, фортепиано.
Всё хорошо, только солнца здесь слишком мало.
Вот и глядит она грустно и так устало.

У девочки Лейлы очень тонкие пальцы.
Им струны послушны и клавиши всех инструментов.
Странно глядят на неё все постояльцы.
Очень она боится  таких моментов.

Длинный один коридор – как арык, в коммуналке.
Весь их аул мог бы сюда переехать.
Кажется ей, что она в этом городе – сталкер.
А за стеной днём и ночью поёт Стас Пьеха.

Её бабушка тоже очень красиво пела.
Но не была известной, как та, Эдита.
Новый сосед неслучайно коснулся тела
И на испуг её засмеялся: – Иди ты...

Хочется ей на большую-большую сцену,
И чтоб афиши – с огромным её портретом…
Только никто не знает, какую цену
Ей за успех заплатить в мире этом.

Девочка Лейла часто грустит и плачет.
Может, всё потому, что дожди здесь часты.
Или она не знает, как жить иначе.
Или она считает себя несчастной.

Ворон

Кто ты, ворон? И зачем
Ты в трубу трубишь?
Кто ты, ворон? Почему
Ты сейчас не спишь?

Ты куда меня зовёшь?
Не пойду с тобой.
Обещай мне, что вернёшь
Мне ночной покой.

Обещай, что буду я
Снова видеть сны.
Обещай хотя б во снах
Всех вернуть с войны.

Перья чёрные твои
Застилают свет.
Есть беда, и страх, и грусть.
Лишь покоя нет.

* * *

Ты приезжай. На сегодня все альфа – омеги
Собраны вместе и заперты в ящик надолго.
Нет ни последних, ни первых. Разобраны вехи.
И не осталось уже пресловутого долга
Тех, кто последний, ну да, перед теми, кто первый.
Всё ерунда. И не тратить какие-то нервы
На пресловутый  расклад соответственно рангам.
Не пересчитывать всех по костлявым фалангам –
Тот – безымянный, а тот – указательный – то-то!
На указательных только и выдана квота
На достижения, славу, успех и богатство.
А безымянных – их неисчислимое братство.
Всем им не хватит, как тут ни старайся, монеток,
Званий или орденов тоже нету.
Только на счастье нет квоты – достойные счастья
Где-то ютятся. И даже земные ненастья
Им не помеха – пройдут, пролетят, испарятся.
Что им до них? Им приходится только стараться
Не расплескать то, что в душах у них.

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в ноябре 2026 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: