HTM
Номер журнала «Новая Литература» за май 2022 г.

Лачин

Состязание на плахе

Обсудить

Рассказ

 

соч. 24 из цикла «Имадеддин» I

 

Опубликовано редактором: , 18.02.2007
Иллюстрация. Кадр из советского фильма «Насими» (1973 г.). Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

1.


Я жить хотел, понимаете – да, я вышел со всеми и назвался НасимиИмадеддин Насими (1370–1417) – классик арабо-фарсидско-азербайджанской поэзии, суфий, еретик. Скрываясь от преследователей, был схвачен в городе Халебе (ныне Алеппо) местным духовенством. С него заживо содрали кожу. Во время экзекуции импровизировал стихи., и читал его стихи – но только очень хотелось жить. Голос мой не сорвался, страху не выказал, когда импровизации начались; только отвратны были лица, жаждавшие крови, и как это страшно: проявлять мастерство себе на погибель, бороться за смерть! И еще я боялся, что если одержу победу, как подвесят меня и начнут свежевать – не выдержу боли, буду вопить позорно, что не учитель я, а только ученик.

А запнулся я: как услышал этот голос, что не спутаешь ни с чьим, как завидел блеск этих глаз – я от радости тогда запнулся. Состязанье продолжалось, только пела в мозгу моем мысль: победит, разметет, да и как он мог бы позволить – юнцам за него умирать? Потому-то радость скручивала горло, как пошел он нас щелкать орехами, потому-то я заплакал, как раздели его и подвесили: я от счастья заплакал. Не позволил он нам – за него умереть.



2.


Я один среди них торопился, чуял ведь – не поспеем умереть, потому и торопился. Пуще любой человеческой подлости жгло меня его благородство, ведь не к месту будет, зазря, нельзя ему умирать. Мне обидно было до слез, что лучший душевный порыв – злом обернется. Я то знал, что он в Халебе, и значит, придет.

И когда появился, я надрывался уже, выкрикивая строки стихов, мне волненье помешало, я бы смог, я должен был… Я от стыда за бессилье свое заплакал, и дикая мысль меня обуяла: да будь оно проклято, благородство!



3.


Никогда не прощу – пусть это непростительная дерзость – нет, не прощу ему смерть. А ведь чувствовал, знал и боялся: явится, не стерпит, покрасуется! Ибо не о цене своей жизни думал, не о творческом даре своем, но о блеске успеха; триумфа сиюминутного жаждал. Бесценную жизнь – так разменять. Время ли было: силу выказывать? Гордыни не смог побороть.

Вот теперь плачут иные – жизнь за нас отдал, жертвы не принял великодушно. Ха! Видел я, что в глазах его блистало. Радость. Азарт.



4.


Наверно, никто не поймет моей радости, нет, не боялся, да, хотел умереть…нет, мне трудно объяснить. Да поймите же, олухи, я любил его за то, что он – лучший, и как лучший должен он был победить. Я вначале об этом не думал, я надсаживал горло и мозг, только чувствовал, что радуют меня его экспромты, остроумней и дерзче моих, и упиваяся сим красноречьем, так был горд за него, как еще никогда. И как возвели на помост несравненного, я вдруг понял, что счастлив этим. Непобедим мой наставник, и умирая, пребудет таковым уж навсегда. Так плачьте же, глупцы, считавшие себя достойными сей казни!



5.


Я всю жизнь на него охотился, с того злосчастного дня, когда десятилетним ребенком видел его в отцовском доме, читающим газель; да я бы не смотрел и не слушал, кабы знал, как способны преследовать эти голос и глаза, да, да, я сейчас понимаю, ведь это он меня преследовал, хоть и я его тоже: то была гонка по кругу. Вот только не знал он, чьим стал наваждением, я же  – сознательно охоту начал. А собирался я тщательно, изводя лампады, прожигая глаза, червем вгрызаясь в книги, да что там грыз, я жевал гранит науки, я расчислил придыхания и слоги, я душою проник и объял его вещи, втекая, переливаясь в него. И когда, двадцатилетним, прослышал, что разгорается все более охота, что ему наступают на пятки, ринулся по следам, не успев и снарядиться как следует – иначе будет поздно, смертельная награда достанется ему. Да, вот тогда, в день начала погони, понял я вконец и почувствовал – главное не в том, как жить, но как умереть; ибо жизнь изменчива, с вершины счастья скатываешься вниз, и обратно, только смерть непреходяща, и с блеском умереть: счастье вечное, и его уже никто не отнимет.

Смерть же его я предчувствовал, красоту ее трепетно предчувствовал, иссыхая от жажды отнять у него: право на смерть, да, да, я сейчас понимаю: то была гонка за смертью.

Я не мошенничал, как иные, что в отсутствие соперника, назвавшись Насими, приписав себе его строки, гордо на помост всходили, трое было их или четверо; я то знал, что тут не одна лишь жертва собою, нет, мошенничество тут, нельзя умирать с чужим шедевром на устах, не стоили они подобной смерти. И презирал я подобных, со мной борьба будет открытой и честной, смерть достанется сильнейшему. Многие знали уже мои бейты, и немало было восхищенных, но своим я назывался именем, лишь в его присутствии: им же назовусь, и верх одержав в поединке – стану им уже воистину.

И дьявол поддержал меня – да, только он, ибо не поддержит Аллах в состязаньи с проклятым поэтом, вот-вот, я сейчас постигаю, кто меня гнал по следам – прознал, что он в Халебе, и к делу поспел. Я задохся от радости, как увидел его, это первая ошибка была, что задохся, волненье было ни к чему, и на других пред ним затратил силы, расслабился тем самым, и быстро собраться не смог; сглупил, сглупил, сразу в атаку полез, и не ведал доселе, что столь хлестки словесные удары; и не повторялся ведь, ненавистный, в рифме!; в содроганьи понимал я уж сам, что проиграл безвозвратно. И как повели его на возвышение, я вскричал от тоски и ринулся к нему, вцепившись в стражников, просил и кричал: «Это был случайный проигрыш! Я готов бороться еще!» А не слушали, били в живот, но строки с помоста – в душу мне били, я не знал, что столь прекрасной будет смерть, я бы вдвое больше старался, и по трем причинам я заплакал в пыли – от степени отчаяния своего, от невыразимости его, и что некому выразить.

Только я ведь не из тех, что сдаются, силы есть изготовиться лучше, не утеряю зря ни часу; пусть помру своей смертью, серо и глупо, но как поберет шайтан мою душу, начну охоту по второму кругу, по закоулкам небес; в том месте ада, что отведен для поэтов, я найду своего супротивника, вызову его – а ведь он не из тех, что уклоняются – и, в адском пламени корчась, будем выкрикивать строки стихов – и там уже никто нам не сможет помешать.



6.


Ведь никто не поймет: был бы он рад проиграть, но с честью, достойному проиграть, это б значило: преемник нашелся; так нет же, должен муку принять старый лев – достойного то не нашлось, и не хочет проиграть преднамеренно. Грусти в глазах никто не заметил, потаенной была, я лишь заметил; не от близости смерти, я это понял, но от слабости нашей. Большего он ожидал.



7.


Это было три раза.

Он произнес вступительное слово, ответил один из наших, слабее ответил. Я мог лучше. Я закашлялся.

Никто не смог ответить на двустишие-остроту, когда закачалась в смехе толпа. Я бы смог. Не хотел прерывать другого, тот начал что-то свое.

О третьем разе не стоит говорить: не перечислить вихря рифм, что пронеслись в голове. Я смолчал, как-то задумался: стоит ли? Остроумно ли?

Вот так то: на все у меня есть оправданье. Да и не перед кем оправдываться.

Я стою в толпе, поэт, переросший учителя, и мне хочется кричать. Потому что чувствую, чувствую, что смолчал преднамеренно. Я только не понимаю, зачем так быстро пришли эти мысли. Я мог бы жить спокойно несколько или еще много лет. Но нет же, быстро пришло понимание. Не смогли эти умереть за него, я так же хотел, и мог, как лучший, но как-то промолчал, и кому из нас легче? Я не буду думать об этом. Вон человек на перекладине, предназначенный аду и идущий в него, и я, предназначенный тоже и не пошедший, так вот – буду ли счастлив в раю? Я не думаю об этом. Хочется кричать, но подожду, пусть откричат, отплачут неудачники-поэты, меня никто не услышит, не стоят они – такого вот крика; но когда разольется мрак, разойдутся все и только освежеванный будет мутно краснеть в темноте, я встану у помоста, обращусь лицом к звездам, и они услышат мой крик.

Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.




Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за май 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!

Акция! Скидка за отзыв – 15%



Свежие отзывы:

30.06.2022. Хочу ещё раз выразить вам благодарность за публикацию… каждый день мне пишут люди, что прочли рассказ. Сегодня было обсуждение с мастером, он благословил меня на роман:)

Ана Ефимкина


25.06.2022. Благодарен вам за публикацию моего произведения. Благодаря вам мои работы стали появляться в печати!

Александр Шишкин


20.06.2022. Желаю вам огромных успехов в продвижении действительно интересных литературных произведений!

Влада Ладная


14.06.2022. Приехав в Москву, сразу уселся за комп и начал мониторить повесть. Было круто увидеть свой скромный труд среди мастеров.

Gambrinuss.



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!

Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!