HTM
Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2021 г.

Татьяна Бутовская

Шарашка. Текст.

Обсудить

Повесть

На чтение краткой версии потребуется полтора часа, полной – 1 час 45 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за сентябрь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2015 года

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 16.09.2015
Оглавление

8. Часть 8
9. Часть 9
10. Часть 10

Часть 9


 

 

 

На следующее утро Муза как обычно стучится в мою дверь.

– Войдите! – кричу, с интересом ожидая, что произойдёт дальше.

Вижу, как поворачивают ручку двери с той стороны, дергают, толкают.

Слышу невнятное бормотание, позвякивание связки ключей, наконец, поворот замка.

– Доброе утро! – приветствую я сестру-хозяйку, стоя прямо перед ней со скрещенными на груди руками.

– Здравствуйте, – говорит она растерянно, едва не выронив поднос с завтраком.

– Кажется, меня снова запирают?

– Нет-нет, это какое-то недоразумение. Не понимаю... Видимо, случайно захлопнулся язычок замка.

На секунду меня охватывает сомнение.

– Так-так... случайно захлопнулся язычок, – повторяю я. – А откуда вы можете знать, что «случайно»? Вчера не вы уходили отсюда последней.

Косая жилка на её шее напрягается.

– Мне бы немедленно сообщили об изменении режима. Уверяю вас, это недоразумение, – говорит она, волнуясь.

Какое однако удивительное совпадение: я сообщаю Зусу о намерении покинуть Тибет, после чего случайно защёлкивается язычок замка, который дотоле никогда не защёлкивался. Сказка для убогих. Моя наивность не простирается так далеко. Значит, это была осознанная предупреждающая акция: погрозили пальцем и намекнули, что в следующий раз замок захлопнется неслучайно. И надолго.

– Ну что ж, бывает, – миролюбиво соглашаюсь я. – Стало быть, я по-прежнему могу выходить во двор в любое время?

– Разумеется. – Она кладёт на край моей койки стопку чистого постельного белья. – Дверь запирают только на ночь.

– Не только запирают, но и ставят на сигнализацию, – уточняю я, улыбаясь.

– Конечно, так положено... Кругом лес. В целях безопасности.

Женщина с хрустом разворачивает накрахмаленную простыню и начинает застилать мою постель.

– Да-да, кругом лес, лес кругом... Как же вы добираетесь домой после работы? – спрашиваю, будто внезапно меня озарило чувство простой человеческой заботы о ближнем. – Одной не страшно?

Не отрываясь от дела, она сообщает, что посёлок рядом, всего десять минут ходу. Машинально слежу, с какой ловкостью она проталкивает одеяло в пододеяльник.

– А до города как же?

А до города ходит служебный автобус, но можно и на электричке, говорит она. И вдруг поворачивается ко мне со взбитой подушкой в руках.

– Отсюда до станции четыре километра.

Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза.

– По шоссе? – спрашиваю я в лоб.

– По бетонной дороге, – говорит она, будто ставит точку в конце параграфа.

По бетонной дороге! Кто ж не слышал о бетонках, проложенных в глухих лесах и не обозначенных ни на одной карте! В конце такой дороги – шлагбаум с контрольно-пропускным пунктом, пара-тройка крепких ребят в камуфляже и колючая проволока спиралькой. Это ты мне хотела сообщить, добрейшая Муза Карловна?

– Ах, пожалуйста, не хрустите пальцами, – просит она. – Больно слушать.

– Простите, дурная привычка.

Она расправляет последнюю складочку на одеяле и поворачивается ко мне, сложив руки на животе.

– Ещё что-нибудь хотите спросить?

Я делаю несколько глотков воды из бутылки. Вытираю рот ладонью и откидываюсь на стуле.

– Хочу. Кот жив?

Видимо, она ожидала другого вопроса.

– Жив. – Не сразу отвечает женщина и делает паузу. – Сбегает время от времени. Но потом возвращается.

Умна, умна и прозорлива Муза, дочь Карла. Я смотрю прямо в её зрачки, она смотрит в мои – мы, как два опытных хакера, одновременно взламывающих друг у друга черепные коробки. И меня пронзает внезапная догадка, что эта странная женщина, верная служительница «Тибета», зачем-то хочет моего бегства, напряжённо ожидает его и, может быть, даже готова поспособствовать, но неизвестно, чего она желает больше: моего успеха или провала.

Жаль, что мы по разную сторону баррикад.

– Ваш завтрак стынет, – наконец говорит она, поворачиваясь к выходу.

Серый косой крест на чёрном.

Нельзя её так отпускать – с подозрениями и догадками на мой счёт. Надо запутать, сбить со следа, швырнуть им щепотку табака прямо в нюх.

– Муза Карловна, одну минуточку!

Сестра-хозяйка оборачивается, глядит строго.

– У меня к вам одна просьба.

– Слушаю.

– Э-э-э...

Она бросает торопливый взгляд на наручные часики.

– Э-э... Может, она покажется вам странной... не могли бы вы научить меня вязать? На спицах.

Бровки её приподнимаются.

– Вязать? На спицах?

– Видите ли, долгие зимние вечера иногда так томительны, а их ещё много впереди, – продолжаю я доверительно. – Хочу до окончания срока связать себе шарф, длинный такой, на добрую память... Конечно, мне никогда не достичь вашего совершенства, – с любованием вытягиваю ноги в Музиных лапландских носках, – но всё же... Один-два мастер-класса? Если вас не затруднит.

Губы её трогает улыбка.

– Наверное, это возможно. Я узнаю.

– Узнайте, пожалуйста, Муза Карловна!

– Если это не повредит вашим основным занятиям...

– Ни в коем случае! Наоборот. Поможет сосредоточиться, успокоит нервы, отвлечёт от дурных мыслей, которые нет-нет да и заползают в голову по вечерам.

Пережим! Последняя фраза была явно лишней. Если Муза пойдёт докладываться в их тайную канцелярию, то Зуса наверняка насторожат откровенные заверения в моей лояльности в образе шарфа длиною в три месяца. Но можно взглянуть и с другого ракурса – да, признаю минутную слабость, был стихийный порыв все бросить и уйти, не завершив начатого дела, сдали нервы, сказалось напряжение, гнёт одиночества... и всё такое. Искушение святого Антония в пустыне. Но дух мой снова окреп, и воля моя теперича твёрже, чем давеча, костьми ляжем, живота не пощадим, дабы достигнуть изменённого состояния сознания, заслужить высокой оценки Экспертной комиссии, оправдать оказанное доверие. Искренне ваше – Оле (05).

– Хорошо, – говорит Муза, – я подыщу вам шерсть приличного качества, на длинный шарф уйдёт граммов пятьсот... Цвет?

– Красный.

– С кисточками на концах, крупной вязки, изнаночной петлей... можно добавить немного ангоры, это будет красиво, – говорит она, уже, видимо, имея перед глазами образчик будущего изделия.

Мы расстаёмся тепло.

После её ухода завариваю крепкий кофе и с дымящейся чашкой в руке спускаюсь во двор, чтобы, сидя на террасе, неспешно продумать детальный план действий. Ибо, как выясняется впоследствии, детали-то и оказываются самым важным – так говорил Зус при первой нашей встрече.

 

– Как думаешь, сбежит-не сбежит? – спросил Зиновий, набивая в трубку вирджинскй табак из пластикового пакета с надписью «Good stuff».

Леонтий оторвал взгляд от компьютера и посмотрел поверх монитора.

– Ты ж вроде курить бросил?

Его партнёр примял пальцем табачные волокна, поднёс зажигалку к трубке и сделал несколько попыхивающих затяжек.

– Так сбежит или нет?

– Нет.

– А я думаю – сбежит.

– Хе-хе, – Леонтий почесал за ухом. – Ещё и пролонгацию попросит, лузером-то кому охота быть.

– Сбежит!

– Нет!

– Пари?

– Давай! На что? – загорелся Леонтий.

Зиновий выпустил струйку ароматного дыма.

– Американка!

– Идёт! Только в разумных пределах, конечно, – поправился финансовый директор.

Партнёры ударили по рукам.

 

Вторую неделю я старательно усыпляю их бдительность. Я хорошо ем, много гуляю, занимаюсь спортом, подкачивая мышцы рук и ног, у меня неизменно бодрое настроение. Муза Карловна смеётся моим шуткам, даёт уроки вязания на спицах и радуется моей быстрой обучаемости.

А когда стемнеет, я лежу с закрытыми глазами, прислушиваясь к далёкому шуму поезда, – там, за лесом.

В голове прокручиваются возможные варианты побега, самый соблазнительный из которых – прихватить Музу за горло и заставить ночью вывести меня отсюда, а самый краткий и красивый – стать на мгновение птицей, взмыть в воздух, преодолев силу тяготения, и приземлиться по ту сторону забора. Все мои планы расшибаются лбом об эту глухую кирпичную стену. В который раз обхожу свой двор по периметру, изучая каждую щербинку цементных швов, каждую выбоинку кирпичной кладки, за которую можно было бы зацепиться ботинком, впиться ногтями, чтобы подтянуть себя до верхнего края забора, выходящего в лес. В какой-то момент накатывает волна отчаяния, и задуманное представляется невозможным. Ничего, ничего, подбадриваю я себя, стискивая зубы, нет в природе такого препятствия, которое нельзя было бы преодолеть, даже узник замка Иф сумел вырваться на волю.

Небесная подсказка приходит случайно, когда я, встав ногами на канцелярский стул и подтянувшись к апельсиновому окошку моей кельи, оглядываю сверху двор в пустой надежде найти какой-то лаз, по рассеянности мною не замеченный (ну например, несколько любезно выкрошившихся из стены кирпичей; стремянку, забытую стареньким сторожем). Внимание притягивает странный выступающий предмет на верхушке забора, – в углу, где стена, выходящая в лес, соединяется с той, что отделяет меня от тибетской территории. На этом месте часто посиживает опекаемая мной ворона в ожидании, что я принесу ей что-нибудь пожрать. Напрягаю зрение, вглядываюсь до боли в близоруких глазах и понимаю, что это: крепёжный металлический штырь с круглым набалдашником на конце, который держит вертикаль заборной конструкции. Ладони у меня делаются влажными: вот она, искомая зацепка, вот она, точка прорыва в свободный мир! Достаточно закинуть на стальной штифт петлю и, сжимая в руках конец веревки, вскарабкаться по стене! В сильном возбуждении выбегаю во двор – снизу, с земли, штыря не видно, но теперь я знаю, что он есть. Дальше дело техники и упорства. Задрав голову, я прикидываю, как буду подтягиваться по стене (накидать в угол побольше снегу, утрамбовать поплотнее, – сугроб сократит высоту), как перемахну через кирпичную кладку на ту сторону и, двигаясь вдоль забора, огибая тибетское подворье, пробиваться к бетонной дороге, а там с божьей помощью – к станции. В этот момент меня как иглой прошивает ощущение, что кто-то наблюдает за мной. Не только наблюдает, но и подслушивает мои мысли. Резко оборачиваюсь. Никого нет. Обшариваю взглядом островерхую крышу флигеля. Где-то здесь укрылось гуляющее по пространству око и ухо Большого Брата. Их тибетское чувствилище с длинным гибким щупом. Антенна, улавливающая частоту моих нервных излучений. В любую секунду надо помнить об осторожности. Не терять бдительности. Тщательно конспирироваться. Отслеживать каждый свой шаг, поворот головы, движение пальцев, сокращение лицевых мышц. Помнить о незримом чужом присутствии!

Беспечной походкой иду к крыльцу, напевая мотив «Бесаме мучо», делаю по пути несколько скользящих танцевальных па в стиле латинос, прищёлкивая пальцами, как кастаньетам, беру лопату и начинаю сгребать свежевыпавший снег.

На хуэрос я так мучас?

 

Упоительное, голову кружащее предощущение близкой свободы, до которой только протянуть руку! Перекидывая в этот вечер шерстяные петли со спицы на спицу, подтягивая нитку из красного клубка, я уже вижу, как вхожу в освещённый вагон поезда, вдыхаю тёплый, живой запах человеческой плоти, слышу приглушённые звуки голосов, шум многих дыханий, покашливаний, передвижений... Стучат колеса, мчится поезд, мелькают огоньки за окном. Остаётся далеко позади «Тибет»... Я со злорадным удовольствием представляю себе реакции моих благодетелей, когда поутру обнаружат, что флигель пуст. Бедная Муза прижимает ладошку к охнувшему рту; кисломордый альбинос из канцелярии часто моргает белёсыми ресницами из-под роговых очков; Зус вбирает крупную голову в плечи, набычивается, зажёвывает растопыренными пальцами пустой воздух, прежде чем сжать их в тугие кулаки... желваки гуляют под двухдневной щетиной, шумно раздуваются ноздри. Суетится переполошенная челядь, стучит подошвами охрана... Тяжело и грозно, как древнее гигантское млекопитающее, движется Зус по коридору к моему флигелю, распахивает дверь, исподлобья оглядывает опроставшееся лоно моей берлоги, разбросанные на память вещи и мой личный ему презент: листок писчей бумаги, на которой нарисован крупный кукиш – на, получи, фашист, гранату... Ха-ха-ха! Я хохочу в голос, до колик в животе, до счастливых мстительных слёз, и жалею только, что мне не увидеть этой картины моего торжества.

В моём распоряжении один день. Всё должно случиться в ближайшее воскресенье. Муза выходная. Инстинкт подсказывает, что нельзя отсюда подрывать, когда Муза при исполнении. Музе достаточно поймать мой взгляд на лету, чтобы заподозрить неладное. Бережёного Бог... да и потом, есть этический момент: как-то подловато с признательной улыбкой принимать у неё поднос с обедом, а через час коварно закидывать петлю на заборе. Итак, воскресенье. Музы нет, начальство отдыхает. Остаётся только охранник с вырванным жалом: придёт, молча поставит поднос и молча удалится. Время на всю операцию от половины шестого вечера до шести, когда стемнеет. В семь часов, после ужина, дверь запирают. Даже если бугай заметит моё отсутствие, я буду уже вне их досягаемости.

В ночь на воскресенье (знаменательно звучит – ВОСКРЕСЕНЬЕ), я не могу заснуть, ворочаясь с боку на бок. То деловито прикидываю, как буду исполосовывать с утра маникюрными ножницами простыню на длинные пряди, чтобы свить из них верёвку косичкой, то вдруг физически ощущаю студёный ужас переползания через периметр, кромешную темень, жуть дикого леса, тяжёлую вязкость снега, холодящего у колен, слабо освещённую бетонную дорогу, тревожный рассеянный лай собак, настигающий со спины охотничий рык сильного мотора, пронзающий навылет свет фар... задыхающееся сердце, ватная слабость в загнанных ногах, глубокий снежный ров у обочины... лицом вниз...

Ныряет в ночь последняя электричка.

Я закрываю голову одеялом и проваливаюсь в дыру сна как в рваную рану.

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за сентябрь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение сентября 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

8. Часть 8
9. Часть 9
10. Часть 10
Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com

Мы издаём большой литературный журнал из уникальных отредактированных текстов. Людям он нравится, и они говорят нам спасибо. Авторы борются за право издаваться у нас. С нами они совершенствуют мастерство и выпускают книги. Мы благодарим всех, кто помогает нам делать Большую Русскую Литературу.




Поддержите журнал «Новая Литература»!



Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2021 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2021 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2021 года

 

7 причин купить номер журнала
«Новая Литература»

Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

 

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?

 

Эксклюзивное интервью первой в мире актрисы, совершившей полёт в космос, журналу «Новая Литература».
Эксклюзивное интервью первой в мире актрисы, совершившей полёт в космос, журналу «Новая Литература».
Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!