HTM
Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2021 г.

Татьяна Бутовская

Шарашка. Текст.

Обсудить

Повесть

На чтение краткой версии потребуется полтора часа, полной – 1 час 45 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за сентябрь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2015 года

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 16.09.2015
Оглавление

4. Часть 4
5. Часть 5
6. Часть 6

Часть 5


 

 

 

К утру понедельника стопка исписанных листов, скреплённых скоросшивателем, покоится на моём чистом столе как невеста на выданье. Пусть приходят и забирают на смотрины. Пусть оценивают «градус накала» по своей высоколобой шкале, ха-ха, а не волнует! Я-то знаю, сколько вложено в этот текст!

Настроение с утра приподнятое, несмотря на недосып. Работа вымотала меня, и я решаю устроить себе выходной. Принимаю душ, тщательно причёсываю отросшие волосы, надеваю любимый кашемировый джемпер и новенькие джинсы. Честно говоря, хочется, чтобы этот Зус увидел меня в приличном виде, а не в обычном, рабоче-расхристанном, когда он вламывается ко мне со своим «Кстати!». До завтрака занимаюсь уборкой своей кельи, и когда появляется Муза с подносом в руках, весело говорю ей «доброе утро!» вместо угрюмого «здрасте». Муза стала со мной помягче. И глаза её утратили цвет оцинкованного железа: они теперь отливают закалённой сталью.

– Муза Карловна, – говорю я, тряся распушившейся после мытья гривой, – не могли бы вы раздобыть для меня резинку для волос или тесёмку какую-нибудь? Видите, что делается?

Она оценивающе оглядывает мою лохматую голову.

– Может, вызвать парикмахера? У нас есть такая услуга.

– Не надо парикмахера, хвост на затылке будет в самый раз. И ещё!

Женщина с готовностью вытаскивает из кармана фартука маленький блокнот.

– И ещё, пожалуйста, принесите новую зубную щётку, с твердой щетиной, моя вся разлохматилась, и мыло не с таким дрянным цветочным запахом.

Дочь Карла поджимает губу, и я догадываюсь, что выбор мыла – дело её рук.

– Какое именно мыло?

– Что-нибудь на ваш вкус, – улыбаюсь я, стараясь загладить невольную бестактность.

– Может быть, «детское»? – робко спрашивает она.

 – Отличный выбор, Муза Карловна!

В тех редких случаях, когда я обращаюсь к ней по имени, она немного теряется, – поскольку «не положено», но слово «Муза» в моих устах имеет особый смысл и, верно, ласкает её неизбалованное сердце.

После завтрака (овсянка и яйцо всмятку) завариваю крепкий кофе, ложусь с книжкой на койку и начинаю ждать своего «благодетеля». В прошлый раз он заявился за текстом после завтрака. Мы даже поговорили немного, он спросил с юморком, каково это, быть внефункциональным человеком и пребывать исключительно в своём собственном космосе, со вздохом добавил, что завидует моей уединённой сосредоточенности и под конец посетовал: «Не то, что мы, суетные, разбрасывающие камни, не успев их собрать». Когда я слушаю его, меня не покидает ощущение, что все его слова собраны на скорую руку, из легкодоступных источников, и ничего из того, что он говорит, он на самом деле не думает. Мысль его, которая всегда «себе на уме», пребывает в каком-то другом месте, о котором я даже не догадываюсь.

Стрелки часов приближаются к полудню, и я начинаю раздражаться. Какого чёрта держать меня в подвесе, как рыбку-уклейку на крючке? Пытаюсь читать, но строки мчатся перед глазами, не успевая раскрыть свой смысл. Всё существо моё сосредоточено на ожидании. Зачем я жду его, спрашиваю я себя. И отвечаю себе же: видимо, в акте передачи рукописи, в отчуждении её от автора есть нечто сакральное, волнующе-значимое, почти мистическое.

До обеда он не появляется.

Во время дневной прогулки, сидя на террасе и поёживаясь от холодного ветра, мысленно начинаю перетряхивать свой текст, и он уже не кажется мне безупречно сработанным. Во втором абзаце на 65-ой странице надо бы сделать инверсию в предложении, тогда фраза получится сильнее, и тот долгий период в конце части разбить короткими парцеллированными конструкциями.

Бегу к себе наверх и, не сняв куртки, сажусь к столу и начинаю лихорадочно делать правки. Понимаю, что делаю только хуже, приходится переписывать как было и подклеивать переписанное на исчёрканный лист. Измотавшись, заставляю себя оставить рукопись в покое и без сил валюсь на койку с уверенностью, что написанное никуда не годится. Пусть уже поскорее забирают, как есть. Однако никто не спешит забирать. Настроение моё портится по мере того, как солнце клонится к закату. Так я лежу до темноты, не включая света. Приходит Муза, позвякивая ключами, чтобы вывести меня на выгул перед ужином.

– Вы ещё не готовы? – спрашивает она укоризненно, щёлкнув выключателем.

Жмурюсь от яркого света, сажусь на койку, отыскиваю ботинки.

– Муза Карловна, вы не в курсе, у меня сегодня не ожидается посетителей?

– Мне ничего не сообщали, – говорит она и смотрит на наручные часики.

Несколько секунд я сижу с ботинком в руке, прежде чем швырнуть его в угол.

– Никуда не пойду!

– Как так? – Бровки сестры-хозяйки высоко поднимаются.

– Не хочу – и точка.

Ложусь на койку, закинув руки за голову.

– Я не понимаю... у вас режим, я вынуждена буду доложить.

– Валяйте, – говорю я и поворачиваюсь к ней спиной.

В этот день тот, кого ждали, так и не появился.

 

Наутро пришлось принести извинения ни в чём не повинной Музе.

– У вас очень усталый вид, – замечает она, кинув беспокойный взгляд на нетронутый вчерашний ужин. – Я закажу вам усиленное питание. И витамины.

– Муза Карловна, – говорю я, пропустив её слова мимо ушей, – вот этот ваш начальник, ну... голова такая бритая, вы наверняка знаете, он должен был забрать мой текст на комиссию, ещё вчера... И до сих пор ни слуху ни духу.

Муза смотрит немигающими глазами. Сейчас скажет: «я не в курсе». Но она ошеломляет меня ответом:

– А что вам эта комиссия?

Её слова пригибают меня к земле, низко-низко. Пытаюсь совладать с собой.

– Давит, – наконец признаюсь я, прижимая ладонь к груди.

– Сердце? – испуганно вскрикивает женщина, кидаясь ко мне.

– Текст давит! Понимаете вы? Мне необходимо, чтобы его кто-то читал! Это же невыносимый груз! Даже заключённые в тюрьме имеют какие-то права, а я... как вакууме, как в камере смертников! Они не смеют так со мной!

Голос мой дрожит. Я чувствую, что сейчас сорвусь и позорно разрыдаюсь у неё на глазах.

На щеках сестры-хозяйки загораются два розовых пятна.

– Давайте рукопись, – сдавленно говорит она, вытирая ладони о фартук. – Я передам.

После её поспешного ухода ещё некоторое время сижу неподвижно и, несмотря на очевидную унизительность ситуации, ничего не могу поделать с подлым чувством возникшей внутри лёгкости – после того как забрали текст. В конце концов, у меня нет возможности позвать дворника с улицы, чтобы за бутылку водки он сидел бы и слушал, как я читаю ему своё произведение! Ему, может, и наплевать, а мне легче.

Делаю несколько глубоких китайских вдохов-выдохов, чтобы окончательно успокоиться, ковыряю вилкой остывший завтрак, завариваю ритуальный кофе перед тем, как сесть к столу. Но что-то не даёт мне покоя, какая-то невнятная неточность Музиного ухода. Мой чуткий слух с запозданием сигнализирует, что в момент, когда она закрывала за собой дверь, не случилось привычного звука поворачиваемого ключа. Подхожу к двери, дёргаю на всякий случай ручку, и створка послушно открывается. О боги, неужто Муза, верная раба инструкции, забыла меня запереть? Выйдя в слабо освещённый тамбур, замираю прислушиваясь. Осторожно тяну дверь, ведущую в дом, откуда приходит сестра-хозяйка. Заперто. Не дыша, на кошачьих лапах спускаюсь по лестнице, толкаю обитую дерматином дверь на улицу – а вдруг? – и она, родимая, распахивается с ласкающим ухо деревенским скрипом.

Необычно яркий свет на секунду ослепляет. Я стою на пороге и в изумлении оглядываюсь. Мой тюремный дворик, давно переставший радовать, искрится пушистым первым снегом! Жадно глотаю подмороженный воздух – будто впервые дышу. Не веря своему счастью, мчусь наверх, наспех одеваюсь и выбегаю из дома с совершенно особым чувством – случайно, по недосмотру обломившейся свободы!

Как прояснилось небо после осеннего сумрака, как захорошели сосны на белом, как счастлив краснопузый снегирь на заборе! Какой восторг – ходить безнадзорно по земле, не ожидая, что тебя окликнут и велят идти обратно! Словно вижу всё заново, острее, чётче. Замечаю бледно-зелёный кустик, вдруг вылезший из-под снега в дальнем углу двора. Подхожу ближе, опускаюсь на корточки, вглядываюсь... Ба, да это же роза! Слабенькая, жалкая – от горшка два вершка – с кривыми тонкими веточками в колючках, с единственным завядшим бутоном, у которого не хватило силёнок распуститься. Откуда? Когда она появилась? Как укрылась от моего взора, изучившего все трещины на заборе? А вот так и укрылась, бедная сирота, – в дальнем уголке, среди неприметной призаборной травы. Я протягиваю руку к беспризорнице (мне кажется, что каждая клетка её сжимается от ужаса истребления), оглаживаю недокормленную тощую поросль и вдруг замечаю, что стебли заботливо перехвачены у основания чёрной тесьмой, и много времени не требуется, чтобы сообразить, что тесьма – не что иное, как разрезанные дамские колготки, какими хозяйки имеют обыкновение подвязывать кусты на своих дачных участках. Я смотрю на цветок в оторопи. Значит, кто-то до меня потаённо растил, выхаживал эту розу-нелегалку, укрывал от чужих глаз. Кто? Мой предшественник? Или предшественница? Оле (04)? И весь кошмар одинокой человеческой драмы разыгрывается передо мной в образе владельца несчастной розы, единственной его отдушины. Он (она), сиделец, не выдержал заточения, лишился рассудка и ночью повесился на потолочной балке, приспособив для петли дамские колготки... Утром его нашла Муза. Его (её) похоронили на сельском кладбище. Лысый Зус сказал прочувствованную речь. Муза всплакнула. А роза осталась умирать в тюремном дворе.

Сердце у меня колотится, когда я, поймав Музу за руку в обеденный час, вопрошаю, сверля её глазами:

– Кто здесь сидел до меня?

– Вы с ума сошли! – вскрикивает женщина, отшатнувшись.

– Мне нужно знать! Отвечайте!

Она таращит цинковые глаза и отрицательно мотает головой.

– Я не знаю... я не могу, нельзя, я давала подписку, меня уволят... нельзя, нельзя!

– Кто это был? – наезжаю я мрачно. – Мужчина? Женщина? Оле (04)? Что с ним стало? Он умер?

– Вы сошли с ума! – повторяет она и закрывает уши руками.

– Не сметь меня больше запирать! – кричу я, стукнув кулаком по столу. – Слышите?!

Но никого уже нет.

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за сентябрь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение сентября 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

4. Часть 4
5. Часть 5
6. Часть 6
Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com

Мы издаём большой литературный журнал из уникальных отредактированных текстов. Людям он нравится, и они говорят нам спасибо. Авторы борются за право издаваться у нас. С нами они совершенствуют мастерство и выпускают книги. Мы благодарим всех, кто помогает нам делать Большую Русскую Литературу.




Поддержите журнал «Новая Литература»!



Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2021 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2021 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2021 года

 

7 причин купить номер журнала
«Новая Литература»

Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

 

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?

 

Эксклюзивное интервью первой в мире актрисы, совершившей полёт в космос, журналу «Новая Литература».
Эксклюзивное интервью первой в мире актрисы, совершившей полёт в космос, журналу «Новая Литература».
Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!