Вторсырьё

 

 

 

Я только приехал в действующую часть, первый поход в столовую, подхожу к окошку за хлебом. В окошке – хлеборез Жорик, грузин. Место Жорика было хлебным не только буквально, но и в переносном смысле: хлеба в стране было мало, в армии солдатам давали ограниченными порциями. Но тем, кому Жорик симпатизировал, он всегда подкидывал лишнюю «порчугу». Меня уже об этом предупредили старослужащие.

Намётанный глаз хлебореза определил: новенький. Но новенький несколько необычный: на гимнастёрке академический ромбик, такого за всё время существования этой части у служащего срочной службы не было. Жорику любопытно, он спрашивает меня:

– ЭтА что за значок?

– Институтский.

– Ты институт кончил?

– Да.

– Маладец. Какой институт?

– Рижский политехнический.

– Какой?

– Рижский политехнический.

– Я понимаю: «Рижский политехнический». А где такой?

– В Риге.

– Ты из Риги?

– Из Риги.

– Рига – хАроший город. Я бывал там. Рига – это в Вильнюсе?

Поправлять человека – поставить его в неловкое положение. Может обидеться, невзлюбить. Говорю:

– Примерно.

Жорик быстро осмотрелся по сторонам, кинул на прилавок два куска белого хлеба:

– НА порчугу. Всегда приходи.