Верю, есть за облаками...

* * *

Нас засыпал белый снег –
Превратил тела в сугробы.
Мы закончили свой бег,
Мы в плену зимы утробы.

Не пустил глубокий снег,
Заточил внутри берлоги,
Завалил желанный брег –
Перекрыл к нему дороги.

Усыпил пушистый снег
Нас в объятиях нирваны.
Он – холодный оберег.
Коркой льда покрыты раны.

* * *

Как же я по вам скучал,
Утирал платками слёзы,
По ночам во тьму кричал:
Где вы, где вы, мои грёзы?

Бегал на речной причал,
Всё высматривал часами,
В полумраке зорьки ждал,
Беспокоился: что с вами?

Тяжело, без сладких грёз
Время тянется настолько,
Что готов в глубокий плёс
С головой уйти и только.

Буду ждать в тиши берёз,
В мгле рассветного тумана,
В каплях из горючих слёз
Нимф блаженного обмана.

* * *

Заблудился… Отче наш!
В мыслях потерялся.
Опустился в пьяный раж,
На куски распался.
Видел призрачный мираж:
Зелью поклонялся,
Изнемог от горьких чаш,
В забытьи валялся.
Закрутил шальной вираж –
Слабости поддался.
Каюсь! Каюсь! Отче наш!
Только ты остался…

Бессонница

Ты, спутница угрюмая ночей,
Ко мне приходишь незаметно.
Ты знаешь, я давно уже ничей,
И мне сопротивляться тщетно.

Дрожишь от солнечных лучей,
Не позволяешь сонного покоя.
Ты любишь тихий треск свечей,
И знаешь, что в ночи нас двое.

Всё утекло, как ледяной ручей,
В бездонной памяти просторы.
Нет смысла в ценности вещей,
Задвинь плотней глухие шторы.

Ты – спутница тревожная ночей.
Наверное, не вырваться из плена
Твоих всегда заплаканных очей.
Ты для тоски моей – бесценна.

* * *

Рассыпались звёзды без края
На небе чернильно-густом,
Купается бездна сплошная
Во мраке могильно-пустом.

Луна, жёлтым глазом взирая,
На Землю бессменным бочком,
Невидимым веком моргая,
Кружится гигантским волчком.

Нет точки, всегда запятая,
Нет разниц меж верхом и дном,
Есть мгла, бесконечно густая,
Во мраке могильно-пустом.

* * *

Тоски смертельная зараза
Попала в тело через кровь,
Вошла через сетчатку глаза –
Не защитила око бровь.

Взорвала уши килогерцем,
Безумно радуясь, от злости
Вонзилось в трепетное сердце –
Не защитили мышцу кости.

Пришёл мучительный недуг,
Меня сразили, и я трушу…
В глазах панический испуг –
Не защитили боги душу.

* * *

Младость хрупких плеч,
Сладость нежной кожи,
Радость тёплых встреч –
Мне всего дороже.

Жизнь свою прожечь
В опустелом ложе,
Мёртвым в землю лечь –
Жутко аж до дрожи.

Страсть в тебе разжечь
Не могу, но всё же,
Вновь с тобой возлечь,
Помоги мне, Боже.

* * *

В моих глазах весь ужас, тут
Безумство пламенем горит,
Дорожки слёзные текут,
А рот иссохшийся дрожит.

В моих мозгах весь ужас, тут
В клубок завиты мысли туго,
По кругу сотнями бегут,
Конца и края нет у круга.

В моих словах весь ужас, тут
Гнездятся чудища из снов,
Во мне роди́лись и живут –
Я сам пугаюсь этих слов.

* * *

Надоела старуха-зима,
Её волосы – белые вьюги,
Бесконечных снегов бахрома,
Реки – мёрзлые, хладные руки.

Надоела старуха-зима,
Синих глаз перепачканный лёд,
Бесконечных метелей кайма,
Её слёзы – снежинок полёт.

Надоела старуха-зима.
Скоро кончатся стылые сны.
Мокрым снегом исчезнет сама
От сияния юной весны.

* * *

Во мне глубокая нора –
Проход в пугающую бездну.
Затянет чёрная дыра,
И в ней я навсегда исчезну.

Разъединюсь на стаю птиц –
Кричащих, чёрных галок.
Останусь буквами страниц –
Набор кружков и палок.

 

 

[👉 продолжение читайте в номере журнала...]

 

 

 

[Конец ознакомительного фрагмента]

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в марте 2026 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: