HTM
$1000 за ваше лучшее стихотворение! Приём заявок продлён до 29 февраля, участие бесплатно

Феликс Бабицкий

Тайна зелёных котов

Обсудить

Роман

На чтение потребуется три с половиной часа | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы
О предшествующих событиях: Шабаш без председателя (роман)
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 22.06.2013
Оглавление

11. Глава XI
12. Глава XII


Глава XII


И последняя, без которой можно было бы и обойтись, но…

 

 

Рассказывает Алиса Бецкая:

 

Главные радости в жизни человека – поесть и поспать как следует. По себе знаю: если не дать мне выспаться, да ещё не накормить всякими вкусностями, ничего путного в наступившем дне не будет. И наоборот.

Наконец-то я выспалась от души! И коты зелёные не снились, и разные криминальные персонажи не доставали. Поэтому первая мысль была – а не приготовить ли на завтрак мой любимый омлет с креветками и сладким перцем? Дело несложное, а удовольствия масса.

 

Из неизданной книги кулинарных рецептов имени Алисы

Штук двадцать крупных креветок в панцире разморозить без кипячения – просто ошпарить (а то будут «резиновыми»). Ни в коем случае не брать заранее очищенные, без панциря – они становятся безвкусными.
Настругать сладкий перец – где-то половину стручка. Порубить половину средней луковицы.

Перец и лук, помешивая, быстро обжарить в сильно разогретом растительном масле. Взбить пару яиц со сливками и залить этой смесью овощи. Перед готовностью добавить креветки и посолить. Посыпать мелко нарубленными кинзой и укропом.

 

После такого завтрака любые проблемы решаются с полпинка. По крайней мере, у меня.

Слава богу, от котов я избавилась. И охота на меня явно стала не актуальной. Конечно, у Хомяка просто бы не хватило совести об этом не позаботиться. Поэтому о глобальных проблемах современности можно пока не думать.

Можно подумать о себе. К примеру, сходить, наконец, в парикмахерскую, причёску новую изобрести, маникюр-педикюр сделать. Чем я и занялась.

Когда уже процесс чистки пёрышек подходил к концу, позвонила Ленка.

– Привет, Алиса, я в Москве. И с меня причитается. Жду тебя на Новом Арбате, там за телеграфом найдёшь ресторан «Гамарджоба»!

Странно. Приглашать в ресторан за свой счёт вовсе не в Ленкиных обычаях. Наша великая болгарская колдунья предпочитает обратные ситуации. Чем это я успела ей угодить?

– Лен, я не ослышалась? Ты жаждешь меня угостить?

– Именно жажду, ты верно поняла. И вообще, долго не виделись, есть о чём поболтать. Например, о твоём рыжем. Ты ещё не собралась с ним мириться?

– Ну-у-у… Как тебе сказать…

– Да никак по телефону не говори. Приезжай. Жду.

 

Конечно, скатерть-самобранка меня не ждала. Кабачок оказался так себе. Зато по непонятному стечению обстоятельств на его втором этаже, кроме нас с Ленкой, не было ни души. Это притом, что на первом вообще свободных мест не просматривалось. Но вокруг Ленки вечно случались всякие странные обстоятельства – я уже привыкла.

Более чем солидная фигура Ленки на этот раз была упакована в тёмно-красное льняное платье, на котором какая-то страдалица явно вручную вышила стразами дракона с разинутой пастью. Серьги с крупными бриллиантами отлично подчеркивали пронзительный взгляд чёрных очей. Картину дополняла добрая дюжина перстней и брелоков немалой стоимости. Сколько помню свою подругу, на неё всегда оглядываются. Она же такой результат комментирует просто: «Ясное дело, бабам завидно, а мужики балдеют – от меня женственностью так и прёт». Что тут можно добавить?!

По традиции, мы троекратно обнялись и тяпнули по бокалу до всяких разговоров. Потом долго и обстоятельно выбирали, что будем есть. Потом Ленка сообщила это официанту, который помчался исполнять со всех ног.

– Как ты на них воздействуешь, что они всякий раз вокруг тебя крутятся волчком?

– Да ничего особенного. Этот Гоча меня уже обслуживал. Я ему в прошлый раз предсказала, что скоро в милицию заберут за отсутствие регистрации. Но отпустят.

– Ну и?

– А бог его знает, наверное, забрали и отпустили. Тебе не кажется, что для такой проницательности не нужно магию изучать?

– Лена, я вообще не сторонник изучения магии. И в чудеса не верю. Вспомни, как я тебя просила снять мою головную боль. А ты дала таблетку анальгина.

– Ну и правильно. Была охота магическую силу на такие пустяки растрачивать.

– Да нет никакой магической силы! Каждый раз находится самое тривиальное объяснение. Вот ты, например, морочишь голову доверчивым гражданам ради собственного блага. И при этом выполняешь определённое психотерапевтическое воздействие. Надеюсь, сугубо положительное.

Ленка явно рассердилась. Она-то к своей деятельности относится предельно серьёзно, лекции читает, семинары ведёт, юных магов воспитывает. И регулярно ругает меня за то, что я отказываюсь включиться в этот увлекательный процесс. По её словам, так у среднего мага в результатах – 99% жуткого труда и 1% чуда. Таким же, как я, от природы достались пропорции чуть ли не 50 на 50. Только нет у меня желания даже на 50% честно трудиться, изучая методики шаманства и зубря заклинания. Мне моя профессия нравится.

Конечно, зря я Ленку поддеваю. Хотя, она тоже хороша. Сейчас начнёт доказывать, что видит на три метра под землёй.

– И докажу с легкостью. Разве ты, Алиса, не хочешь услышать ответы на три вопроса, которые тебя сейчас больше всего волнуют?

– Умираю от любопытства. Только давай я сначала позвоню подруге, которую давно хочу с тобой познакомить? Это Ника Кротова, я тебе о ней говорила. Если она сможет, то минут через двадцать будет здесь, ей от Старой Площади до Арбата недолго.

– Она сможет. Звони.

 

После того, как я объяснила Нике, где мы её ждем, Ленка выдержала длинную паузу, сверля меня взглядом. Ну, это нам не страшно, не такое видали.

– Знаю, что не страшно. Тем более что ничего плохого я тебе не сообщу. Во-первых, твой Хомяк в твоего поклонника не стрелял и вообще он здесь ни при чём. Вот срочно уехать ему помог, но это грех невеликий, так что простишь. Во-вторых, я тебе очень признательна. Четыре гонорара – не один.

– А за что? И почему именно четыре?

– Ты же догадываешься, зачем я в Москву пожаловала. Сначала поколдовала для конторы твоего возлюбленного. Потом получила с них и за то, что, когда проделаю тот же обряд ещё два раза, не скажу, что картинки поддельные. Разумеется, ещё по гонорару с каждой стороны. Итого четыре. Я довольна. И, знаешь, что самое интересное? Это, в-третьих. Те картинки, которые твой Хомяк сдал своему начальству – тоже фальшак. О чём, оцени, я опять же умолчала. Так что не сомневайся, ты всё сделала правильно. И тот, кому ты доверила картинки, тебя не подвёл. Настоящие уже сгорели. Что смотришь? Сжёг их твой Хомяк! И правильно сделал! Я это ещё до приезда почувствовала. Ну что, стало легче на душе?

– Не то слово! Спасибо, дорогая! Беру обратно все свои сомнения! Да здравствует магия! Но ты-то что скажешь, в этих картинках действительно есть магическая сила? Только меня уж, пожалуйста, не обманывай!

– Магическая сила есть везде. Вопрос в том, как ей распорядиться. Скажу тебе откровенно: от того, настоящие картинки использовались, или поддельные, ничего в этом случае не изменилось бы – люди не те. Потому я и промолчала. Путь теперь каждый из троих охотников за властью думает, что всех обошёл. Блажен, кто верует, тепло ему на свете.

– Лен, а что, никто из них власть не получит?

– ТУ, К КОТОРОЙ РВУТСЯ – НЕТ. А тебя это очень волнует?

– Как-то не хочется, чтобы опять полный бардак случился.

– Может, и не случится. Возможность его избежать – рядом с тобой. Только больше на эту тему ничего не спрашивай, всё равно сейчас не скажу.

– Хорошо, эту тему закрыли. Слушай, а у Ванечки всё будет нормально?

– Да ничего страшного. Только ты его, кажется, не дождёшься. Кстати, твой Хомяк оказался нормальным мужиком!

– Это в каком же смысле?

– Да в человеческом, успокойся! Он мне помог получить максимальную ставку. Так что я даже прониклась. Может, ты и права. Хочешь, я вас помирю?

– Большое мерси, но в таких делах надо естеством, которого у нас предостаточно...

– Ну, как знаешь. Вот и твоя Ника.

 

Хорошо, что я не оказалась на перекрестье взглядов Ленки и Ники. А то могла бы сгореть. Кажется, этих двоих представлять друг другу не было необходимости. За столом сразу образовалось как бы два полюса – с одной стороны светловолосая синеглазая Ника, с другой – Ленка, с которой можно пиковую даму рисовать. И я между ними, как бедная родственница не при делах. Может, не стоило их знакомить?

– Стоило, Алиса, стоило, – сказала Ника.

– Я тоже так считаю, – подтвердила Ленка.

– А вам не кажется, что читать чужие мысли нехорошо? – возмутилась я.

– А ты сама-то давно перестала этим заниматься? До того, как с Хомяком связалась…

– Лен, может, мы все-таки поедим?

– И действительно, давайте. Здесь готовят отменно. Но я предлагаю перебраться на веранду.

– Там же нет мест.

– Сейчас будут. С правой стороны, – заявила Ника.

– Нет, с левой, – в тон ей ответила Ленка, – Вот что, Гоча, неси-ка все это на веранду.

Так вот, на веранде оказались свободными два столика – справа и слева. Бедный Гоча растерянно замер, ожидая, какой мы выберем. Как-то не хотелось портить вечер и мне пришлось вступить.

– Гоча, ставьте все на средний столик, видите, там уходят.

В это мгновение пожилая пара, как по команде, поднялась и направилась к выходу.

– Браво, Алиса, моя школа! – воскликнула Ленка. Знаю я эту её способность – всегда оставлять за собой последнее слово.

Конечно, продолжение последовало тут же. Только мы уселись и принялись за закуски, как Ника воскликнула:

– Под такой стол надо тост соответствующий. Ну, за солнышко!

В следующий момент облака стали расходиться, и веранду залило солнцем. Тогда Ленка, не спеша доев сациви, заявила

– Что-то у меня другое настроение! Кажется, будет гроза.

Громыхнуло так, что у меня уши заложило. Хорошо, что веранда под крышей, и Ленка не додумалась к грозе присовокупить ветер, а то промокли бы в миг. Ника снова заказала солнце. Ленка – опять ливень. У меня лихорадочно застучало в висках. Тут я взмолилась:

– Девочки, дорогие, перестаньте! Вы же меня такими скачками погоды на больничную койку уложите!

– Сами уложим, – жизнерадостно заявила Ленка, – сами вылечим!

 

Ну, уж дудки! Знаю я её лечение! Так, вспомним, чему она меня там учила ещё в наши студенческие годы. Медленно вообразила желаемую погоду кончиками пальцев рук, закрыла глаза, сжала кулаки и резко разжала. Колдуй, баба, колдуй, дед, колдуй, серенький медведь… Всё! Вакханалия закончилась. Облака вернулись на своё место, дождь и солнце предпочли убраться. Можно было спокойно поесть и выпить домашнего вина.

И, пока я пила и ела, Ника с Ленкой уже болтали, как лучшие подруги, обменялись телефонами и договорились далее обмениваться опытом. Потом за Ленкой приехала машина, а мы с Никой отправились пешком к метро.

– Ну, спасибо, Алиса, давно я так от души не веселилась. Теперь понимаю, зачем именно её сюда вызвали.

Я оторопела: вот так всегда – в конце концов оказывается, что Ника в курсе всех событий.

– Да ты не обижайся. Кстати, ты вообще знаешь, что твой Хомяк в больнице?

– Как в больнице?

– Уже несколько дней. Так и знала, что Елена тебе этого не скажет. А Стоянову он запретил тебе сообщать. Вообще-то ничего серьёзного, ранение средней тяжести.

– Средней тяжести – ничего серьёзного?! Ты хоть понимаешь, что говоришь? А Ромке я ещё выдам! Где Денис лежит?

– Да перестань ты дёргаться, он мужик здоровый, выкарабкается. Ну, словил пулю – для его профессии это нормально. И не советую тебе туда ездить. Я тебе гадала, что наревёшься? Вот и наревёшься!

– Ника, немедленно говори, в какой он больнице!

– Да в центральном госпитале собственной конторы. Алиса, а ведь скоро твой банкир возвращается. Выходи за него. Салатику поедим...

Обсуждать идею с салатиком я не стала. Остановившееся по моему сигналу такси неслось к госпиталю быстрее скорой помощи. И вовсе я не плакала, просто вцепилась в сиденье до боли в пальцах.

 

Реветь пришлось потом. От самой дикой обиды. Выслушав мои имя-фамилию, до этого любезная, старшая медсестра уверенно заявила:

– Вас пускать не велено!

– К нему нельзя? Всё так плохо?

– Нет, почему же, всё нормально, кризис миновал, посетители разрешены, но именно вас он сам просил не пускать ни под каким видом. Извините, ничем помочь не могу. Мы – режимное учреждение.

Вот на лестнице этого режимного учреждения, сидя на подоконнике, я и плакала во весь голос. Впрочем, здесь это в порядке вещей. В наше-то время.

Но как он мог?! Пусть даже мы в ссоре. Никогда не прощу! Никогда!!!

Плача и разговаривая сама с собой, я не заметила вышедшего на лестницу Романа.

– Хорошо, хорошо, Алиса! Никогда не простишь. Он не прав. Он потом пожалеет. Обязательно. А сейчас давай я тебя домой отвезу.

Я почти машинально подчинилась. Только попросила Ромку не подниматься ко мне – не до церемоний. Две таблетки снотворного, и я провалилась в сладкую темноту, выбираться из которой не хотела совсем. Но пришлось.

 

 

*   *   *

 

Номер «МЖ», вышедший неделю спустя, открывался большим и увлекательным повествованием о событиях, потрясших недавно Национальную галерею искусств. Впрочем, автор, то есть, Роман Стоянов, скромно опустил большую часть известных ему подробностей. Выдержанное в самых патетических тонах интервью с академиком Давидяном соседствовало с репортажем с выставки возвращённых ценностей.

 

СОКРОВИЩА ОБРЕТАЮТ ПОКОЙ
 
3 сентября в выставочном комплексе Национальной галереи искусств торжественно открылась экспозиция возвращённых ценностей.
 
Скандал с таинственной пропажей из Галереи ряда экспонатов наконец-то завершился. Как показала проведенная проверка её запасников, большинство «пропаж» вообще не покидало стен музея. Просто система их учета всё ещё остаётся на уровне XIX века. Не удивительно, что, распоряжаясь самыми богатыми в мире фондами, хранители Галереи попросту запутались. Так что, нет худа без добра: проверка выявила необходимость срочной модернизации и компьютеризации музейных хранилищ.

Как сообщил на открытии выставки президент Фонда Поддержки Гражданских Инициатив Ярослав Заяц, его организацией сделаны щедрые пожертвования музею, которые помогут решить эту задачу. Кроме того, Ярослав Абдурагимович дал понять в конфиденциальной беседе, что этот вопрос взял под свой личный контроль вице-премьер Афанасий Пестов. Со своей стороны, руководитель пресс-службы губернатора области Александр Шубер рассказал собравшимся, что его руководство отреставрировало одну из красивейших подмосковных усадеб, которую передаёт безвозмездно Национальной галерее для организации подмосковного филиала.

Известный коллекционер Рудольф Суперштайн, также оказавшийся в числе приглашённых, преподнёс музею бесценный дар – картину Репина «Приплыли». До последнего времени эта работа хранилась в его личной коллекции. Так национальные сокровища возвращаются на родину стараниями энтузиастов.

К сожалению, в нашем обществе всё ещё бытует расхожее мнение о коллекционерах и торговцах антиквариатом, как об этаких барыгах, промышляющих перепродажей краденных народных сокровищ. А между тем, кто, как не они, первым откликнулись на несчастье, произошедшее с главным музеем страны? Едва в прессе появились сообщения о предполагаемых хищениях, они сразу же добровольно стали жертвовать принадлежавшие им ценности, чтобы восполнить утрату. Таким образом, история завершилась удачно, и Национальная Галерея Искусств лишь приумножила свои фонды.

Жаль только, что не всем удалось дожить до столь счастливого финала. Добрым словом хочется вспомнить сегодня покойного хранителя «золотого фонда» музея Бориса Петровича Муромского, чьё сердце не выдержало несправедливых упрёков в халатности.

Печально и то, что участия в торжествах не смог принять бывший директор Галереи Максим Львович Давидян. Его преемник, в самом недавнем прошлом президент Фонда Поддержки Гражданских Инициатив и искусствовед по образованию Семён Гендриков, высказал от имени всех присутствующих пожелание академику скорейшего выздоровления. Он также выразил глубочайшую признательность всем сотрудникам ФСБ, МВД и таможни, принимавшим участие в возвращении пропавших ценностей.

Итак, как говорится, всё хорошо, что хорошо кончается.
 
Роман СТОЯНОВ

 

Конечно, мажорный пафос материала самим автором не разделался. Слишком уж дорого обошлась лично ему вся эта история. Лучший друг всё ещё лежал в больнице с огнестрельным ранением и душевной травмой. А на выставке Стоянову встретилась Алиса, осунувшаяся и резко похудевшая за последние дни.

– Ты только посмотри, Ромка, на этот набор бегемотов и крокодилов, созданных где-то в районе Малой Арнаутской. Вот органы постарались! Они бы ещё сюда слоников с комода моей прабабушки припёрли. Им теперь самое место в Национальной галерее.

– Прикажут – припрут. Здравствуй, Алиса, как жизнь?

– Спасибо, лучше некуда. Как он там? Или и это говорить не велел?

– Какая разница – велел, не велел. Всё равно же, скажу. Нормально. Скоро выпишут домой, долечиваться. Звёздочку ему новую привинтили. Премию выдали.

– Ещё не пропил?

– Ну, нельзя же быть такой злой! Какого чёрта ты воспринимаешь его выверты всерьёз? Между прочим, если бы он о твоей безопасности не радел, сейчас не лежал бы в больнице.

– А потом меня видеть не захотел.

– Ты что, не знала, что он ревнив до безумия? Зачем было так себя вести?

– Ты понимаешь, с ним решительно невозможно договориться. Он же максималист.

– А если он изменится, он тебе будет так же нравиться?

– Вот в том-то и дело, что нет! Единство и борьба противоположностей. Большевики, подлецы, были правы…

– Это не большевики, это Гегель…

– Тоже подлец!

– Да… Ты как-то решительно настроена.

– Ладно, уж не тебе меня воспитывать! К тебе супруга вернулась?

– И действительно – не будем о грустном. Хочешь шампанского?

– Того, которое здесь подают, не хочу.

– Тогда пошли, пообедаем. Посидим спокойно, поболтаем, выпьем шампанского, всё-таки вся эта история закончилась не самым худшим образом.

– С какой стороны смотреть. Я себе не раз задавала оптимистический вопрос: нас извлекут из-под обломков?

– Таки извлекли ведь! Ты, вообще, молодец! Просто пойми, каково сейчас Хомяку. У тебя явный роман с богатым мужиком, а он обязан тебе спасением карьеры. Думаешь, это его самолюбию по силам?

– Думаю, что мне уже по силам сказать – хватит! Так что пойдём, действительно, пить шампанское! Только сначала по рюмке водки. Надо Додика помянуть. Я недавно была на кладбище.

 

В кафе им принесли по пятьдесят грамм, которыми друзья не стали чокаться.

– А как ты на кладбище попала?

– Помнишь старика Власова – бывшего председателем Объединенной Партии Трудящихся?

– Да уж, его трудно забыть. Если ты помнишь, он у меня барышню увёз.

– Придётся тебе его простить. Барышня твоя там тоже была. Помер Власов.

– Вот это номер! А казалось – такой крепыш, до ста лет доживёт.

– Не дожил, как видишь. И представляешь, оказалось, что похоронили Власова почти рядом с Додиком. Додик там давно место купил. Говорили ему, что не надо заранее – плохая примета. Не послушался. Посчитал, что выгодный бизнес. Вот и лежит теперь на одном из самых престижных кладбищ Москвы. Ну, Додика помянули, теперь можно шампанского. За то, что мы все живы остались.

– Алиса, давно хотел спросить – у тебя действительно серьёзный роман с банкиром или ты Хомяка пыталась воспитать?

– Видишь ли, Ромка, как такового этого романа и не было. Ну… практически не было. И вообще он улетел на неопределённое время.

– Но, как Карлсон, обещал вернуться.

– Вернуться обещал. Но пока даже не звонит.

– Расстраиваешься?

– Конечно. Но не из-за того, что не звонит. Понимаешь, Ванечка – хороший человек. А неприятности ему, кажется, Денис устроил. И мне от этого скверно.

– Наверное, и Денису тоже от этого скверно. Может, в другой ситуации он бы такого не делал. Но тут слишком многое на него навалилось.

– Знаю, лучшего защитника, чем ты, ему не найти.

– А я до сих пор думал, что ты – его лучший защитник. И, кстати, не разочаровался в этой мысли. Только скажи, почему ты сразу ему котов не отдала?

– Потому, что надо было принять решение. Как смогла – сразу отдала.

– А почему пряталась от Дениса?

– Ненавижу, когда мне руки выкручивают, даже с самыми благими намерениями.

– Я тебя понимаю. Подожди, пройдёт некоторое время, и всё встанет на свои места.

– Считай, что уже встало. Я больше не желаю его видеть.

– Ты ещё сто раз передумаешь. Даю слово.

– Побереги слова. Ладно, мне пора.

– Тебя проводить?

– Нет, не стоит. Пока! Увидимся.

Стоянов смотрел, как Алиса уходила из кафе, и впервые заметил, что она слегка сутулится. Утешала Романа в этот момент лишь уверенность, что, пока все живы, нет ничего окончательного и бесповоротного.

 

 

*   *   *

 

Безнадёжно пытаясь устроиться поудобнее на больничной койке, Денис Хомяков тоскливо думал о том, что строгий персонал изъял заботливо принесённую сослуживцами бутылку коньяка. И о том, что, скорее всего, сегодня его не выпишут. Опять начнутся разговоры о переутомлении, режиме, ответственности перед службой и самим собой. Всё-таки, его лечащий врач, хоть и мировой хирург, но приличный зануда.

Все доставленные в больничную палату детективы он уже прочитал, испытывая отвращение к тому, насколько нереально эти писатели представляют себе жизнь за пределами кабинетов. Просто у Хомякова было мерзкое настроение, которое не могли улучшить ни приказ о повышении, ни понимание того, что в целом и на сей раз всё закончилось благополучно – могло быть хуже.

Денис горько усмехнулся. Премия в три оклада – если сравнить размер оклада и ту сумму, которую он сдал руководству Фонда, то даже плеваться противно. Что ж, Родина никогда не была к нему особенно щедра. Даже сравнительно приличной пенсии за отца, не вернувшегося из очередной опасной командировки, им с матерью в те годы еле-еле хватало на жизнь.

Когда-то отец, незадолго до гибели, говорил Денису: «Держись, мальчик! Конечно, я редко бываю дома. Конечно, тебе трудно без меня. И не всё ладно в нашей державе. Но, понимаешь, всегда были и будут временщики, дураки, льстецы. Но всегда была и будет Россия. А мы ей служили и служим».

И Хомяков служил. Лез под пули, прыгал к чёрту на рога, не спал ночами, учился думать так, чтобы опередить противника хотя бы на шаг.

Решение сжечь акварели, а не отдать их начальству, Денис принял не без внутреннего сопротивления, привычка выполнять приказы, какими бы дурацкими они ни казались, въелась намертво. Но если всё это – глупость и блажь, то нет никакой разницы, что отдавать. А если – не глупость? Что может натворить человек, неспособный управлять, но получивший в своё распоряжение неведомую силу?

Вот за это он и не хотел брать на себя ответственности. Хватит! Не колдовством надо, а естеством! А естества в России ещё хватит!

 

В палату вошла старшая медсестра – делать уколы. Вот уж чего Хомяков с детства не выносил! Но в этом случае сопротивление бессмысленно. Бывают ситуации, когда приказы отдаёшь не ты, даже будучи старшим по званию.

– Ну, вот и славненько, Денис Анатольевич, вот и умница! Скоро поправитесь, дорогуша, в санаторий поедете! – Антонина Ивановна всех подопечных, без различия званий, называла «умницами» и «дорогушами». В её мягком лице без возраста всегда было столько искреннего участия и внимания, что никому не приходило в голову сделать ей замечание. Не решился и Денис, охая от уколов.

– Да, я ещё несколько дней назад хотела вам сказать, да извините, закрутилась. Привезли двух тяжёлых, сами понимаете. Приходила та дама, которую вы просили не пускать. Ну, я и не пустила.

На самом деле Антонина Ивановна тянула с этим сообщением до последнего совершенно сознательно – пусть пациент хоть немного окрепнет. За много лет она навидалась всякого – лучше не торопиться, ещё неизвестно, как оно повернется. Дело тонкое, а у человека сил пока мало.

– Не пустили?

– Ну… Вы же сами просили. Она ещё долго плакала на лестнице. Ее ваш друг успокоил, а потом увёз – этот, журналист бородатый.

– Хорошо, идите. Спасибо.

Антонина Ивановна осторожно закрыла за собой дверь, про себя отметив, что Хомяков явно не обрадовался тому, как неукоснительно было исполнено его распоряжение. Но её дело – исполнять.

 

…Значит, Алиса приезжала. Теперь она ему этого не забудет. Денис и сам уже забыл, что сразу, как пришел в сознание, потребовал записать, кого не допускать к нему. Вот и не допустили.

И правильно! Правильно? Кто их знает, эти правила? Почему-то все мысли, которые он запрещал себе, навалились разом. Разве стоила вся эта кутерьма разрыва с Алисой? Да ничего она не стоила! Идиотская возня вокруг трёх котов – хожденье по цепи кругом! Лучше бы он ушёл в отставку да кроликами занялся. А что? Кролики – не коты. После знакомства с этими нефритовыми тварями Денис ещё долго будет коситься на всех кошачьих – даже на тигра в зоопарке. Как они смотрели на него опаловыми глазами, когда он подносил свечку к акварелям на металлическом подносе! Как будто предупреждали, что просто так ему это – уничтожение ИХ тайны – с рук не сойдёт…

Вот и всё. Никакими силами теперь не открутить время назад, не отменить данного в запале распоряжения. При Алисином самолюбии пережить такое унижение! А она его самолюбие пощадила? И вообще, он тут мучается, а она, может быть, запросто сидит где-нибудь со своим банкиром и пьёт шампанское! И смеётся над ним, старым дураком, невесть что себе вообразившим! Эх, жаль, что заслать того типа за бугор надолго, погон не хватило! Так, устроили ему небольшие неприятности. Поди, уже и разобрался.

Денис не любил всех «новых русских». Кого-то – по конкретным причинам, прочих – до кучи. А теперь… Не картинки надо было сжечь. Давно надо сжечь всю эту нечисть. Житья от неё нет. Вот уж где нечистая сила!

И что она в нём нашла? Недели одна не просидела! Денис вспомнил, что говорил один его приятель – неисправимый бабник и вечный холостяк: «Женщину, у которой было больше одного мужчины, остановит только пуля!».

– Стоп! Отставить такие мысли! – скомандовал сам себе генерал.

 

 

Рассказывает Алиса Бецкая:

 

Вот и осень. Надо срочно покупать новую машину. Моя старушка честно заработала отдых. И деньги есть, да желания нет. Потому хожу пешком до метро и от метро. А в переходе какой-то живописный персонаж в драном пиджаке стоит с протянутой рукой и вещает:

– Граждане, лучше убедительно просить, чем грабить и убивать!

Да… С такой логикой надо идти работать в правительство, а не в переходе стоять. Можно карьеру сделать. Хотя неизвестно, что лучше для самого персонажа. Дала ему десятку. Действительно, родной, грабить и убивать не нужно.

Странно устроена жизнь. Кажется, что всё уже состоялось, утряслось, а потом вдруг несколько недель так всё заново перетряхнут, что радуешься хотя бы тому, что вообще живёшь.

Как бы ни злилась я на Дениса, но уже замечательно, что он жив и скоро будет здоров. Так что не стоит грустить. Семь лет счастливой жизни – это очень много. Не каждому столько достаётся. Плохо лишь, что я не умею жить без него. Что ж, буду учиться. Может, поехать на природу – на ёлке шишки посмотреть? Я ведь ещё до Сан Саныча не добралась – поблагодарить за помощь и поддержку.

Сколько же я его знаю? Получается, не меньше четверти века прошло с того времени, когда сопливая девчонка влюбилась в человека на десять лет себя старше. Потом была неудачная беременность, потом все рассыпалось. Странно, что он до сих пор чувствует себя виноватым…

Вот дождусь отпуска, отправлюсь к Ленке в Болгарию. Ленка, легка на помине, тут и позвонила.

– Алиса, привет! У меня Ника в гостях. Хулиганим вовсю. Бросай всё и приезжай!

– Не могу, отпуск только через месяц.

– Так попроси сейчас – тебе-то не откажут. Или помочь? У нас бархатный сезон – красотища! А ты там всё равно дурью маешься.

– Лен, честно говоря, у меня нет сейчас настроения.

– Хочешь, мы тебе наколдуем такое настроение, что мигом всё пройдет?

– Нет, дорогая, есть ситуации, которые надо перестрадать самостоятельно.

– Ну, как знаешь. Передумаешь – звони. Привет от Ники!

– Спасибо вам!

 

Может, отключить телефон? Хотя бы до завтра? Я уже приняла это решение, когда он снова зазвонил. Номер был какой-то совсем непонятный.

– Да?

– Алиса, это я.

– Ванечка?

– Ты меня ещё узнаешь? Это обнадёживает.

– Как твои дела?

– Скоро возвращаюсь. И… у меня есть цитата из любимого тобой Маяковского.

– Какая?

– «Хотите – стану предельно нежным? Не мужчина, а облако в штанах!».

– Ванечка, не с твоей комплекцией изображать облако.

– Я оч-чень постараюсь! Перейду на жирное и мучное. Не возражаешь?

– Почему я должна возражать?

– Тогда жди! Завтра скажу, когда меня встречать. Приедешь?

– Конечно!

– Ура! Нас встречают!

– Почему нас?

– А Мулечка тоже соскучилась.

– Ты же без неё улетал.

– Мне её привезли, а то она есть отказывалась. Бывают, всё-таки, верные женщины. Надеюсь… Надеюсь, что мне повезёт не только с ней…

– Ну, надежда – дело хорошее.

– Всё, звоню завтра. Не буду целовать тебя по телефону – лучше лично.

– Хорошо, жду.

Вот так – что-то опять придётся решать. Конечно, Ванечка мне определённо нравится. Но понять, насколько это серьёзно, я не в состоянии. Слишком тяжело далось расставание с Денисом, если уж быть честной. Пока продолжалась ситуация с котами, я на адреналине этого полностью как-то не осознавала.

Хорошо, что у Ивана все утряслось, но лучше бы он вернулся попозже. Например, через месяц, или через два. Или ещё позже. Со стены зелёный «Котёнок, у которого случилось видение», смотрел на меня с сочувственным испугом. Не бойся малыш, будем жить дальше! Может, всё-таки, отключить телефон?

 

И тут раздался звонок и высветился номер, который очень давно не появлялся на маленьком экранчике.

– Ты собираешься дверь открывать? Или у тебя звонок не работает?

Звонок, как оказалось, действительно не работал. А за дверью стоял Денис. Похудевший до того, что костюм висел на нём мешком. Напряжённый, как натянутая струна. И с самым дурацким букетом цветов, какой только можно себе вообразить.

 

 

 

Конец

 

 

 


Оглавление

11. Глава XI
12. Глава XII

922 читателя получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.01 на 28.02.2024, 20:41 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм

1000 $ за Лучшее стихотворение



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!