HTM
Как издать бумажную книгу со скидкой 50% на дизайн обложки

Вадим Россик

Кто рано встаёт, тот рано умрёт

Обсудить

Роман-драма

На чтение потребуется 5 часов | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за февраль 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2015 года

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 5.02.2015
Оглавление

13. Глава 12
14. Глава 13
15. Глава 14

Глава 13


 

 

 

Ленч я проспал. Спускаю себя в столовую только к обеду. Поредевшая студия живописи уже там.

«Халло! – Халло! Хай! Сервус! Грюсс готт! Привет!».

– Я заглянула к вам, Вадим, чтобы позвать на ленч, но вы так сладко спали, что я не стала будить, – виновато говорит мне Лиля, пробегая мимо с тарелками в руках.

Ну и ладно. Всё равно у меня не было желания дегустировать очередной завтрак Геракла. Ещё немного, и мне станет близка Северная Корея с их травяной диетой. Положение спасают только неизменный борщ на обед и ужины строгой украинской направленности.

Оглядываю столовую в поисках интересующего меня человека. Ага! Мастурбатор, изгадивший портрет Харди, здесь. Смотрю дальше. Алинки нет. Баклажан опять в зелёном балахоне. В начале стола возле камина сидит прямой, как прут арматуры, Бахман. Дымит трубкой. У маэстро такой угрюмый вид, что Эрих больше не решается приставать к нему со своей винографолией. Малютка Понтип сострадательно поглядывает на мужа и украдкой вытирает глаза. Она больше не улыбается. Остальные кандидаты в убийцы молча уплетают борщ, салаты, пьют чай, кофе, колу, минералку. Желания заниматься пустопорожней болтовнёй нет ни у кого. Даже у Эдика. Он молча пожимает мне руку и возвращается к борщу. Что ж. Есть время, чтобы опорожнять желудок, а есть – чтобы его наполнять. Устраиваю себя возле Эдика. Осваиваюсь. Наполняю желудок.

Трапеза подходит к концу, когда я вспоминаю про велосипед. Я так и не спросил художников, видел ли кто-нибудь из них эту штуку. Почему бы не спросить сейчас? Сказано – сделано.

– Прошу минуту внимания, – повышаю я голос. Творческие люди поворачивают головы в мою сторону. На многих лицах испуганное выражение. Заметно, что в Замке привыкли к плохим новостям.

Задаю вопрос, мучающий меня с четверга. Художники недоумённо переглядываются, пожимают плечами. Все молчат. Вдруг Эдик тычет пальцем в Кокоса.

– Я недавно видел, как он ехал на велике с чёрной рамой.

Я с облегчением перевожу дух. Ходячий справочник Нашего Городка не подвёл.

– Когда ты видел Кокоса?

– По-моему, это было позавчера. Точно! Позавчера, после обеда. Я вешал картины на первом этаже и случайно взглянул в окно. Кокос как раз проезжал мимо на велосипеде. Я ещё удивился. Откуда у него взялся велик? Он же в Замок приехал на автобусе.

Эдик говорит по-русски, поэтому Кокос не понимает, о чём идёт речь. Однако он не настолько туп, чтобы не догадаться, что мы говорим о нём. Толстенький албанец вскакивает со стула. Он хочет скрыться из столовой, но путь ему преграждает Сквортцоф. Кокос пытается проскочить мимо великана, но не тут-то было.

– Держите его, герр инспектор! – кричит Эрих. – Этот человек забрал велосипед!

Сквортцоф проявляет неожиданное проворство и ловит Кокоса за руку. Тот жалобно морщится от боли. Из такой лапищи не вырвался бы даже носорог.

– Кто-нибудь может мне толком объяснить, о каком велосипеде идёт речь? – рявкает инспектор, не отпуская Кокоса.

– О том самом, про который вам говорил герр Росс, – волнуясь, отвечает Эрих. – Герр Трепнау только что подтвердил, что видел, как этот человек ехал на велосипеде в четверг после обеда.

Эрих упорно называет Кокоса «этот человек» видимо потому, что не знает настоящего имени албанца, а произнести вслух прозвище у воспитанного управляющего язык не поворачивается. Впрочем, Сквортцофа такая куртуазность не тяготит, поэтому он громогласно спрашивает бедного косовара:

– Ну-ка, Кокос, признавайся! Зачем ты спрятал велосипед в кустах?

– Я не прятал! Я его там нашёл! – лепечет толстяк. – Я верну велосипед! Обещаю!

– Так ты его украл?! – в ярости рычит великан, наливаясь краской. – Кража велосипеда – это серьёзное преступление в Байроне! Это не Балканы! Придётся теперь тебе ночевать не в Замке, а у нас в полиции.

Кокос начинает всхлипывать. Я опускаю глаза. Жёваный стыд! Вроде здоровый мужик, а распустил сопли, как первоклассник.

– Я не крал велосипед! Просто случайно нашёл и взял себе. Всё равно, он был никому не нужен! Валялся в кустах!

– А куда ты его дел?! – трясёт Кокоса Сквортцоф. – Где велосипед сейчас?

– Продал. В азюльхайме. За полтинник.

– Кому?

– Одному земляку.

Сквортцоф отпускает растрёпанного Кокоса.

– Сейчас ты поедешь со мной в азюльхайм и покажешь своего земляка.

Решив с албанцем, инспектор поворачивается к Бахману.

– Вообще-то я за вами, доктор. Собирайтесь.

Бахман вынимает трубку изо рта.

– С какой стати, герр инспектор? Мне пора звонить адвокату?

Сквортцоф сверлит худого маэстро злыми глазками.

– Адвоката можно не беспокоить. Просто у нас появились новые данные. Соответственно, возникли новые вопросы. Необходимо с вами поговорить.

 

Бахман недоуменно пожимает плечами, но поднимается с места и идёт к выходу. Подталкивая в спину Кокоса, Сквортцоф следует за ним. Народ начинает расходиться. Я тоже покидаю столовую – «Чюсс! – Чюсс!» – и возвращаюсь к себе. Подхожу к окну с видом на серую гладь реки. Снаружи доносятся слабые голоса птиц. Дождь закончился, но в моей комнате всё как обычно: холодно, сыро, мерзко. Поспешно включаю электрообогреватель, сажаю себя к ноутбуку.

Итак, что мы имеем? Сквортцоф не зря забрал Бахмана в полицию. Я и сам всё больше думаю о роли маэстро в трагедии с Харди и Мари. Эти его гонки по этажам с алебардой в утро убийства парня, его попытка скрыть от полиции этот факт вызывают большое подозрение. Зачем Бахману могла понадобиться алебарда, я догадываюсь. С другой стороны, неужели он задушил ремешком собственную дочь? Трудно представить себе такое злодейство.

Хорошо хоть, что теперь стало ясно, куда делся из-под стены загадочный велосипед. Оказывается, это Кокос его нашёл, присвоил и «толкнул» за пятьдесят «евреев». Кажется, этот оборотистый малый продал бы даже свою прабабушку. Остаётся точно установить, кто и зачем оставил велосипед в кустах. В хронике событий четверга, которая у меня постепенно складывается из отдельных кусочков в единую картину, велосипед занимает важное место, однако, это всего лишь мои предположения. Каюсь, я сразу исключил версию о том, что убийцей мог быть кто-то посторонний. А вдруг, напрасно?

Внезапно мне становится плохо. Бесконечно одиноко. Я совсем один в этом сыром каменном монстре. И Маринка вот не звонит. Спросила бы про таблетки. Отругала за что-нибудь… Много ли мужику надо?

Постановляю заменить отсутствующую жену чашкой кофе. Конечно, замена не равноценная, но лучшей всё равно нет. После глотка горячего напитка становится чуть легче. Мужаюсь.

Никс тоже замечательно подходит на роль убийцы Харди. Есть мотив: месть за унижение и борьба за девушку, но тогда зачем ему понадобилось расправляться с Мари? Тем более, в тот момент, когда соперника уже нашли в чане с извёсткой. Не очень логично. Кроме того, как Никс мог подстроить так, чтобы Харди пришёл в такую рань на стройку? Наверное, Бахману это было бы сделать легче. Всё-таки руководитель студии, отец любимой…

Кокос? Хитрый лысый жуир с непреодолимой тягой к Баклажану и недостаточно хорошо лежащим чужим вещам? На утро четверга у албанца есть алиби. Он был с Селиной. Да и какой у Кокоса мог быть мотив? Убивают умышленно, нечаянно или на всякий случай. А почему убили Харди и Мари? Я не могу себе представить, где Харди с Мари перешли дорогу албанцу.

Другие мужики? Кто? Всегда невозмутимый Круглый Ын? Экспансивный Почемутто? Компанейский Эдик? Может быть, плешивый консультант? Какие факты есть против Кельвина? Кое-что есть. Кроме того, он одолжил Харди денег, да и вообще мне не нравится. Я строго вопрошаю себя: «Почему это тебе не нравится Кельвин?». И отвечаю, не кривя душой: «Потому что!».

А может, убийца женщина? Чем плоха, например, Урсула? Она – баба крепкая и волевая. Вполне в состоянии засунуть тело Харди в чан или подвесить мертвую Мари на крюк. Селина для этого слишком слаба. Про Понтип вообще речи нет. Баклажан? Тоже вряд ли. Людей убивать – не бананы собирать. Кто ещё?

Собственно, остались только Эрих, Лиля и я. Я, разумеется, сразу отпадаю. Эрих и Лиля? Во время убийства Харди Эрих ходил открывать ворота. Лиля оставалась в комнате одна. Значит, ни у управляющего, ни у его жены алиби нет. Впрочем, его нет и у всех остальных, кроме Селины и Кокоса. С убийством Мари дело обстоит ещё хуже. Там алиби нет вообще ни у кого.

Вздыхаю и возвращаюсь к своим вопросам, записанным в ноутбуке. Ответ у меня есть только на один вопрос. Теперь я знаю, куда пропал велосипед. Все остальные вопросы так и остаются без ответов. В общем, что там ни говори, но пока Бахман – самый вероятный кандидат в убийцы. Барабаню пальцами по столу. На моём тайном языке это означает: «Да, ума у тебя палата, да ключи потеряны десять месяцев назад».

Я стараюсь рассуждать трезво – я же не Эдик, который вечно под хмельком. Оставлю на время смерть Харди. Подумаю об убийстве Мари. Многое указывает на то, что оно было совершенно неожиданно для самого преступника. Например, отсутствие заранее приготовленного орудия преступления. Хотя, это ещё не факт. Может же быть так, что некто давно задумал прикончить Мари, но ждал подходящего момента? Этот дьявол хладнокровно ждал, когда обстоятельства позволят нанести удар. И сегодня утром дождался. На первый взгляд, неизвестный совершил импровизированное убийство, а на самом деле это было предумышленное преступление. А кто может позволить себе долго ждать? Только тот, кто всё время находится рядом с жертвой. К примеру, строгий отец ветреной дочери.

 

Чугунный звон за окнами отрывает меня от размышлений. Вот-вот Лиля прибежит звать на ужин, а я ещё не поговорил с извращенцем. Значит, встречусь с ним после ужина. Едва успеваю принять решение, как Лиля заглядывает в мою горизонтальную дверь.

– Вадим, вы идёте в столовую?

Иду.

Вечером и без того тёмная столовая выглядит совсем мрачно. Эрих из экономии выключил электрический свет, поэтому, как сто лет назад, творческие личности сидят при стеариновых свечах. По камням стен и пола прыгают зловещие тени.

«Халло! – Халло! Хай! Сервус! Грюсс готт! Привет!».

Судя по аппетитному запаху, народ въедается в жаркое. Я присоединяюсь. Кокос уже вернулся в Замок и с чавканьем уплетает огромную порцию жаркого. А Бахмана-то нет! Одна Понтип сидит с ногами на стуле. Ноосферу никто не засоряет – ужинают молча. Внезапно гробовую тишину в столовой нарушает Кокос. Успев очистить полтарелки, он вдруг пронзительно кричит Лиле, которая хлопочет на кухне:

– А что это за мясо, фрау Ланг?!

Что за несносный тип! Все вздрагивают от неожиданности. Баклажан и Селина испуганно вскрикивают. Никс машинально втягивает голову в плечи. Почемутто роняет вилку под стол. Кельвин давится куском и натужно кашляет. Один Круглый Ын остаётся невозмутим. Я недовольно оглядываюсь на психованных баб. Разорались, дуры. Нервы и так у всех на пределе. Лиля появляется в дверях, устало сдувает в сторону прядку волос, упавшую на лицо.

– Не беспокойтесь. Это говядина.

Довольный Кокос с ещё большим усердием принимается уминать жаркое. Всем известно, что говядина с картофелем и специями укрепляет тело и поднимает настроение. Эдик наливает мне и себе по бокалу замкового вина. Я не отказываюсь. Вино и вправду отличное.

– Как ваше расследование, Вадим? – неожиданно спрашивает меня Эрих.

– Спасибо, потихонечку, – дипломатично отвечаю я, чокаясь с Эдиком.

– Уже есть какие-то подозреваемые?

Я многозначительно подмигиваю управляющему.

– Конечно.

– И кто это? – тут же интересуется Селина, наставив на меня свой острый нос.

– Пока это секрет. Ещё рано называть имена.

– Ну и когда же вы сможете сказать, кто из нас прикончил Харди и Мари? – насмешливо задаёт вопрос Кельвин.

– Надеюсь, что скоро, – уклончиво отвечаю я плешивому.

– Бросьте вы говорить о плохом! Давайте лучше выпьем, – предлагает Эдик. – Кто со мной? Селина? Урсула? Коллеги?

 

Кое-кто протягивает бокалы – в Германии не принято отказываться от халявы – но на самом старте пьянку прерывает Бахман, входящий в столовую.

– Добрый вечер, Никлас! – радостно приветствует Эрих маэстро. – Как хорошо, что ты опять с нами.

– Я тоже этому рад, – сдержанно отвечает Бахман другу. Он занимает своё место возле Понтип и достаёт трубку.

– Как всё прошло? – спрашивает Эрих.

Бахман пожимает плечами.

– Как тебе сказать? Сквортцоф бесчинствовал. Видимо, инспектор решил, что это я убил своего лучшего ученика и собственную дочь. Большей нелепости я и представить себе не могу.

– Невероятно! – возмущается Эрих. – Полиция хоть что-нибудь узнала о преступлениях?

– Сквортцоф сказал, что к ране в подмышке Харди подошёл кинжал, который он обнаружил на фигуре рыцаря возле комнаты Мари.

Я усмехаюсь про себя. Сквортцоф обнаружил! Как же!

– Следов на кинжале нет, остались лишь микроскопические капли извести в резьбе рукоятки. Инспектор считает, что Харди был убит этим кинжалом. Затем кинжал был погружен в известь для уничтожения отпечатков пальцев и крови. И, наконец, кинжал был отмыт от извести и возвращён на место.

Я про себя соглашаюсь со Сквортцофым. На этот раз наши версии совпадают во времени и пространстве.

– А про алебарду Сквортцоф ничего не говорил? – задаю Бахману вопрос на засыпку. В конце концов, детектив я или просто полетать захотел?

Теперь Бахман смотрит прямо на меня непонятным взглядом.

– На алебарде тоже найдены следы извести и больше ничего. Впрочем, у полиции есть успехи. Они нашли машину Харди.

– Вот, как? И где же? – оживляется Эрих.

– Его родстер стоял на заброшенной дороге в самой чаще Ведьминого леса. От Замка десять минут хода.

– Значит, совсем рядом с нами, – задумчиво произносит управляющий.

– Совсем рядом, – эхом повторяет Бахман. Он замечает, что Лиля ставит перед ним тарелку и отрицательно качает головой.

– Не нужно, моя дорогая. Я не голоден.

– Ты должен есть, Никлас, – настаивает Эрих. Понтип тоже трогательно складывает ладошки перед собой, умоляюще глядя на мужа, но маэстро только гуще окутывает себя клубами табачного дыма.

Печальный колокол за окном рекомендует нам заканчивать трапезу. Пора, мол, и честь знать. Один за другим сытые художники начинают расходиться.

«Чюсс! – Чюсс!».

 

На вечер у меня запланировано еще одно дельце, поэтому, попрощавшись со всеми, я выхожу в коридор, но не поднимаюсь к себе, а караулю чету Бахманов. А вот и маэстро с Понтип.

– Вы помните наш вчерашний уговор, герр Бахман?

С заметным нежеланием Бахман останавливается. Потом строго говорит крошечной супруге:

– Иди одна, дорогая. Мне нужно поговорить с герром писателем.

Понтип покорно уходит, часто оглядываясь на мужа. Не зря считают, что азиатские жёны самые послушные.

– В столовой извращенца уже нет, – говорю я. – Предлагаю навестить его в комнате.

Бахман молча кивает. Поднимаемся на третий этаж, туда, где живут мужчины из художественной студии. В тёмный, с затхлым воздухом коридор выходит несколько одинаковых дверей. Подходим к одной из них. Бахман знает, куда идти. Он резко стучит в дверь костяшками пальцев. Через пару мгновений дверь распахивается. В проёме сутулится, удивлённо моргая близорукими глазами, плешивый Кельвин. Очков на нём нет. Консультант в одной рубашке, воротник расстёгнут, галстук-бабочка отсутствует. Сразу видно, что в Байроне после восьми часов вечера гостей не ждут.

– Можно к вам? – спрашивает Бахман.

Растерянный Кельвин делает приглашающий жест рукой. Мы входим. Оглядываюсь. Обстановка в комнате плешивого такая же спартанская, как и у Мари.

– Чем обязан?

Бахман не отвечает. Он смотрит на меня. Всё ясно. Маэстро устраняется. Я понимаю: тонкая душевная организация. О’кей. Неприятный разговор начинаю сам:

– Мы хотим с вами поговорить, герр Рихтер.

– О чём же?

– Об одном вашем поступке.

– Каком поступке?

– Скажу прямо. Вчера вечером в помещении выставки вы совершили некий акт над портретом покойного Харди Курца. Очень хотелось бы знать, что сие действо означает?

– Какое ещё действо? – начинает горячиться Кельвин. – Я не понимаю, о чём идёт речь!

Плешивый хватает со стола очки и в спешке немного криво надевает их на нос. Теперь он может лучше видеть, с кем ругается.

– Вам напомнить? В Библии это действо называется, если не ошибаюсь, «грешить ононом», а в просторечии «дрочить»! Теперь вам понятно, герр консультант?

Брюзгливое лицо Кельвина покрывается красными пятнами. В гневе он кричит:

– Что вы такое несёте, герр писатель?! Вы решили меня оскорбить? Тогда придумайте что-нибудь поправдоподобнее! Доктор! Неужели вы верите этому бреду?

Бахман, наконец-то, тоже вставляет слово:

– Бесполезно отрицать, Кельвин. Я был там и всё видел.

Гнев плешивого онаниста внезапно испаряется. Кельвин опускает руки и всем весом плюхается на стул. Ноги не держат? Я продолжаю:

– Сейчас перед нами стоит выбор: или мы узнаём здесь, что заставило вас поступить с портретом зверски убиенного молодого человека таким оригинальным образом и, возможно, всё остается между нами, или вы нас разочаровываете, и мы сообщаем об этой некрасивой истории инспектору Сквортцофу. Пусть тогда полиция разбирается, если вы предпочитаете такой вариант.

– Пожалуйста, не нужно в полицию, – жалобно канючит дрожащим голосом Кельвин.

С удовлетворением смотрю на Бахмана. Всё, сдулся консультант! Ненадолго хватило плешивому его наигранного негодования.

– Тогда сами расскажите.

Кельвин в смущении смотрит на нас, потом тихо произносит, запинаясь:

– Мне очень стыдно… Я и Харди… Мы… Есть вещи, которые многие люди не одобряют…

Даже Бахман не выдерживает.

– Перестаньте тянуть время, Кельвин! Что было у вас с Харди?

– Мы были любовниками.

Бахман недоверчиво вглядывается в лицо брюзги.

– Любовниками?! Кельвин! Я не могу в это поверить.

Плешивый устало выдавливает из себя:

– Это чистая правда. Мы регулярно встречались. Поэтому я и дал Харди денег, когда он попросил. Вы же знаете, доктор, что мой отец всю жизнь торговал произведениями искусства. Сейчас он отошёл от дел, но у него остались связи, и это он организовал для Харди приглашение в Нью-Йорк.

Я удивляюсь:

– А зачем же вы так вчера?.. На портрет… Что это значит?

Кельвин вздыхает, прячет глаза.

– Просто сорвался. Как последний идиот разозлился на Харди.

– За что?

– За то, что он меня хотел бросить. Мы ведь ещё раньше крепко поссорились, когда я узнал, что Харди втайне от меня попросил отца помочь ему уехать в Америку. Я тогда понял – он просто доит меня, использует, а ведь я его по-настоящему любил. В отличие от меня, у Харди были большие амбиции. Он часто говорил, что должен пробиться на самый верх. Стать великим. А в Нашем Городке это сделать невозможно.

– Вы помирились?

– Да. Более-менее. Я даже дал ему денег, как он просил. Он клятвенно обещал вернуть, когда получит из Нью-Йорка.

Кельвин вытирает пальцами глаза за очками.

– А теперь Харди больше нет. Он всё-таки оставил меня. Вот я и сорвался.

– Вы не знаете, кто мог желать Харди зла?

Лицо Кельвина перекашивает гримаса бешенства.

– Не знаю! Если бы знал, сам бы убил эту свинью! Найдите убийцу, герр Росс! Я вас прошу: найдите убийцу!

Больше здесь делать нечего, и мы уходим.

 

В моей башне опять холодно. Включаю обогреватель, подхожу к окну. В ночном мраке видны далёкие огни города, разноцветное мерцание реклам, доносится рокот моторов. Наш Городок ещё не спит.

Вообще-то я не люблю странных людей – всяких там магов и ясновидящих, религиозных фанатиков и политических экстремистов, неформалов и представителей сексуальных меньшинств, ну и тому подобных феерических личностей, но, признаюсь, Кельвин меня тронул. Тоже ведь человеческая трагедия.

Тушу свет, укладываю себя в ледяную постель, как могу, расслабляю натруженное за долгий день тело. Комнату мягко освещает призрачный лунный свет. Он, как живое серебро, переливается на потемневших от времени стенах, потоком течёт по доскам пола. Вдруг я замираю. Мне боязно. Ну, вот! Так и знал. В самом тёмном углу на стуле горбится невесомая пугающая фигура. Черты лица не различимы, но я уверен – это Харди.

– Почему ты позволил мне умереть?

Начинается! Я ещё и виноват.

– Почему ты позволил мне умереть?!

– Отстань! Не все истории заканчиваются счастливым концом. Ты уже едешь в деревянном чемодане на тот свет, а у меня завтра новый трудный день. День рождения Ванесски. Нет времени дискутировать. Я должен хорошенько выспаться. Изыди и чюсс!

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за февраль 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение февраля 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

13. Глава 12
14. Глава 13
15. Глава 14
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Пробиться в издательства! Собирать донаты! Привлекать больше читателей! Получать отзывы!..

Мы знаем, что вам мешает
и как это исправить!

Пробиться в издательства! Собирать донаты! Привлекать больше читателей! Получать отзывы!.. Мы знаем, что вам мешает и как это исправить!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Издайте бумажную книгу со скидкой 50% на дизайн обложки:
Издайте бумажную книгу со скидкой 50% на дизайн обложки!


👍 Совершенствуйся!



Отзывы о журнале «Новая Литература»:


24.01.2023

Благодарю вас за вашу полезную жизнедеятельность.

Татьяна Фомичева



13.01.2023

Очень приятно. Спасибо!



04.01.2023

У вас в журнале очень много интересных материалов. Не думала, что зависну на сайте надолго.

Любовь Шагалова



29.12.2022

Приятно иметь с Вами дело!

Евгений Духанин



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!


Copyright © 2001—2023 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!