Даёшь революцию на Марсе!

	Поделиться:

 

 

 

Этот текст в полном объёме в журнале за декабрь 2025:

 

На чтение потребуется 7 часов 40 минут | Цитата | Подписаться на журнал

 

 

 

 

Пробуждение Лосева ото сна было в то утро просто ужасным… Обладая крепкими нервами и хорошо натренированной психикой, Мстислав был редко преследуем ночными кошмарами… Но эта ночь разительно отличалась от общего правила… Под впечатлением от рассказа Софьи, особенно от последней части этого рассказа, мозг Лосева выдал ночью такие картины мрачного и удушливого отчаяния, что наш герой пробудился в слезах и был счастлив, что наконец избавился от столь навязчивого наваждения…

– Трудно представить, что испытал на сеансе у медиума Константин, если я едва жив, испытав всего лишь подобие его чувств в своём жутком сне, – сказал себе Лосев, намыливая помазок для бритья перед зеркалом в ванной комнате.

«…что в самом деле мог ощутить впечатлительный человек, склонный к сильным эмоциям, верящий в мистику, с богатым воображением?! Такие личности часто занимаются самоанализом, самокопанием и… пытаясь понять свои страхи, желания и переживания, многократно усиливают собственное восприятие снов и знаков, заставляя себя видеть в любой детали – в каких-то совпадениях, в снах, в природных явлениях, вроде полёта птиц или сверкания молнии – важное сообщение от Вселенной… Увидев свою судьбу внутри магического стеклянного шара, он, разумеется, испытал сильнейшее потрясение…»

По-военному быстро позавтракав, одевшись и приготовившись выйти во двор, Лосев ещё раз посмотрел на своё отражение в зеркале… Глаза были красными от недосыпа, а на висках проступали капельки пота. Он глубоко вздохнул, стараясь прогнать остатки ночного кошмара и сосредоточиться на предстоящем дне.

Уже спускаясь по лестнице, Лосев снова вспомнил мрачное завершение рассказа дочери Анненского.

Создав тревожное ощущение смертельной опасности, испытанное пилотами от стремительного усиления ветра и надвигающейся грозы, изображение внутри шара на некоторое время исчезло… Затем аэронавт увидел прекрасное место: здесь всюду царила зелень… Мирные, освещенные солнцем холмы и рощи… Клёны, дубы и вязы… Огромные ивы… Пруды и лужайки… Забившееся в волнении сердце пилота теперь успокоилось – поначалу у путешественника даже создалось впечатление, что всё закончилось благополучно… Слишком уж мирно, уютно и тихо было вокруг… Но что это? Ворота, сделанные в готическом стиле… Высокая аркада, вырезанная из тёмного камня, устремляется в небо... Выглядит всё как произведение искусства, уносящее в эпоху средневековья… Ощущение величия и какой-то угрюмой тайны… Громадина, возвышающаяся на фоне изумрудных холмов, словно охраняющая вход в мир, где время остановилось… Господи боже! Ведь это…

Мстислав встряхнул головой, отгоняя пугающее наваждение, и решительно вышел на улицу…

«Достаточно переваривать весь этот ужас!»

Розенкранц, обещавший Лосеву присутствие на допросе в «Крестах» злоумышленника, задержанного при попытке устроить взрыв на заводе «Электросила», появился, как всегда, вовремя…

– Выглядите сегодня неважно… Что-то случилось? – спросил капитан, присматриваясь к Мстиславу с непритворным вниманием.

– Плохо спалось…

Электромобиль, управляемый Гусевым, поехал на Арсенальную набережную…

– Скажите, Мстислав Алексеевич… – повернувшись к Лосеву, сказал капитан, когда Packard уже приближался к величественным и угрюмым тюремным стенам из красного кирпича. «Кресты» возвышались теперь над ними, словно гигантская крепость, охраняющая свои суровые тайны. – Что за странная история произошла у вас с Эбелем?

– С кем, простите?

– С Константином Эбелем, – чётко произнёс Розенкранц, при этом указывая рукой шофёру, как дальше ехать.

– С Константином Петровичем? А! Так я и не знал, что он Эбель… Алина Павловна всё-таки вам доложила…

– Она, как и я, отвечает за вас… Было бы странно, если бы столь возмутительный инцидент остался без нашего внимания и участия…

– Но дело носит сугубо частный характер… Обычная ревность, подогретая алкоголем… Думаю, что, инцидент, как вы выразились, уже абсолютно исчерпан…

Оставив Гусева ждать в машине, прошли на территорию самого известного в Российской империи следственного изолятора… Направились к административному блоку, над которым высилась церковь…

– Сами Хлопову сейчас объясните, зачем вам нужно участие в допросе… Я, что смог, для этого сделал, но господин полковник сомневается в целесообразности… И вот ещё что, Мстислав Алексеевич… Эбеля мы предупредили, чтоб больше даже и думать не смел вас тревожить… Но, зная немецкую заносчивость, наглость и неугомонный характер этого гражданина, прошу соблюдать осторожность…

– Как-то вы неуважительно о немецкой заносчивости высказались… – уже поднимаясь по лестнице в кабинет, где ждал их полковник, посмеявшись, заметил Лосев. – Сами вы разве не от немецких корней?

– С чего вы взяли?! – возмутился Розенкранц, да так искренне, что Мстиславу стало неловко. – Я абсолютно русский… О моих предках ещё в древнерусской летописи говорится… «И призвали они Рюрика, чтобы был он князем над ними, и пришел он с дружиной своею, и начал править ими…», «…от тех варяг прозвася Руская земля…»

– Вы, капитан, сейчас шутите, что ли?

– Шутить? Да что вы! Во мне течёт кровь одного из ближайших соратников Рюрика! Семейная легенда об этом гласит…

Следственный кабинет для допросов оказался совсем не таким, как рисовало его воображение Лосева… Не было здесь ничего похожего на знакомые Мстиславу из приключенческих романов ужасные вещи… Ни грубых каменных стен, ни маленьких высоко расположенных зарешеченных окон, ни тусклого угнетающего освещения… Ржавые цепи, кандалы и орудия пыток тоже не наблюдались…

Сидевший за письменным столом Хлопов поднял глаза на вошедших…

– Здравствуйте, господа… Мстислав Алексеевич… Прошу во время допроса вести себя тихо… В разговор не встревать… Ничего не записывать… Садитесь вон туда… Все вопросы ко мне – потом!

Сказав это, полковник дал Розенкранцу поручение, после чего капитан козырнул и, щёлкнув каблуками, исчез за дверью…

– Не понимаю, зачем вам это понадобилось, Мстислав Алексеевич, – сказал вдруг Хлопов, не глядя на Лосева и делая какие-то пометки на полях канцелярской папки. – Расспрашивать я вас не стану… В экипаж «Астрала» – особенно в основной – подбирались личности неординарные, авторитетные и энергичные… Так сказать, с мышлением нешаблонного типа…. Надо вам – так извольте!

– Благодарю, господин полковник…

– Да только тяжёлое впечатление вас ожидает…

– Вы о чём, Александр Аркадиевич?

– Сами скоро увидите…

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в декабре 2025 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: