В поисках кайфа

Дверь хибары раскрыта настежь. Ослепительное магматическое сияние, исходящее из ее нутра, обливает розовым светом траву, деревья ближнего склона, стену конопляных растений.

В этом сиянии появляется фигура: меднолицый старик.

– Дочь! – кричит он и простирает к ним руки.

Труп Лилит поднимается в воздух и вплывает внутрь.

За ней, выпорхнув из адамовой куртки, плывет сияющее перо.

Адам оборачивается, бросает прощальный взгляд на сопки, звездное небо и, поднявшись в воздух, плывет к двери, увеличивающейся до размеров триумфальной арки.

Неведомая сила подносит его к Лилит, неподвижно висящей в сверкающем паре. Откуда-то сверху приближается старик. Он снимает с ее лица платок, открывая обожженый безгубый рот, проводит рукой по телу девушки и одежда, истлев, облетает черными хлопьями. Тоже он проделывает и с Адамом – тонкий жар бежит по коже, глаза закатываются.

В руках старика появляется резец, сверкающий как алмаз. Он втыкает его в грудь Лилит, и вскрыв ее, вынимает ссохшийся комок сердца. Он тыкает резец под ребро Адама и в открывшуюся рану вталкивает сердце Лилит.

Подняв голову, старик складывает ладони рупором и кричит. – Неизъяснимая!!!

Ему отвечает дальнее перекатывающееся эхо.

Из пара вылетает сверкающее веретено, внутри которого стоит карлица с птичьим клювом и в пурпурном плаще.

Веретено зависает над Лилит и Адамом, переворачивается так, что лицо Неизъяснимой, имя которой нельзя назвать, смотрит вверх. Ее тело дрожит и громовый голос трубит. – Йа-Хэ-Вэ!

Веретено переворачивается еще раз, и Неизъяснимая обращается лицом вниз. – Хэ-Йа-Вэ!

Веретено встает вертикально. – Вэ-Йа-Хэ!

Карлица вскидывает руки и исчезает в веерообразном сиянии.