Ласточки еще прилетят

 

 

 

Аня, стоя на табуретке, вытащила пакет: точно, здесь и шарфы, и варежки. Пора доставать. Уже и первый снег прошел, и второй, и морозец по утрам настоящий. Завтра вести Егора в поликлинику, выписываться в садик. Теперь не страшно, он даже контрольную неделю отсидел дома с бабушкой.

– Егор, иди сюда, я нашла твой красный шарф! Ты его прошлой зимой носил. И красные варежки. Помнишь, зайца лепили!

Егор приблизился к кладовке неохотно и остановился на порожке, не заходя внутрь. Раньше он вообще ее боялся – Страшную Кладовку. Чтобы этот страх побороть, даже пели специальную песенку на мотив «Баю баюшки-баю»:

Вроде побороли. А внутрь не заходит… А это что? Пластмассовое корыто для катания с горы. Может, и его доставать уже, чтобы потом еще раз не лазить?

– Смотри-ка, сынок, твой снегокат!

Аня потянула снегокат – и почти Егору на голову полетела… кукла.

– Лена! – еще не веря, проговорил он и кинулся в кладовку. – Мамочка, Лена нашлась!

– Да как же она там оказалась? – поразилась Аня. – Я ведь и в кладовке тогда искала, на всех полках рылась! Только на самый верх, конечно, не лазила. Кто же знал, что вы под потолок заберетесь.

– Это Лену взяли в плен, – вспомнил Егор, – но мы ее не успели выручить, мы потом хотели доиграть. Это Иринка лазила, она не боится кладовку. Мам, я побегу ей позвоню! Скажу про Лену!

 

 

В усадьбе

 

На открытии новой выставки было по-праздничному многолюдно и в то же время уютно, и Окуджава потихоньку напевал: Живописцы, окуните ваши кисти… Приглашенные не торопились расходиться после торжественной части, а обычные посетители то и дело заглядывали в зал. Заметив на картинах только что виденные усадьбу и церковь, они подходили поближе, потом двигались дальше от пейзажа к пейзажу и махали рукой своим:

– Эй, идите сюда!

А кудринцы делились друг с другом радостью узнавания:

– Точь-в-точь, как у меня с балкона!

Илья Плотников привез с собой целую толпу добрых знакомых. Они окружили Арсения Филиппыча и забрасывали его вопросами, Илья острил насчет того, что природа по-прежнему бесконечно терпелива и всегда готова позировать, а Странник охотно отвечал сразу всем:

– Вот я вышел сегодня – такой день замечательный, такие тени красивые, синие – обязательно надо работать!

А Благовещенская усадьба проживала на полотнах ту же жизнь, что и люди, и менялась вместе с природой. Там был их май с сиренью и сиреневыми облаками, их июнь с дорогой к барскому дому, утонувшей в розовом шиповнике, и звенящий от солнца июль, и даже капли дождя, дружно прыгающие с зубчатой крыши часовни. Вы, как судьи, нарисуйте наши судьбы – нашу зиму, наше лето и весну…

И даже церковка цвета талого снега вырастает из сугробов – та же самая, что виднеется сейчас за окном.

Опубликовано в 2006 г. (Издательство «Амадеус», серия «Дорога домой» http://www.amadeus-russia.ru)