Милосердие

Он был стар. Очень стар. Настолько стар, что внук Его давно умер, а Он жил. Он страшно устал. Он умирал. Умирал и вспоминал. Сначала Он вспомнил о Ней:

Был вечер, и Он гулял во дворе... Она подошла к воротам и протянула руку, прося милостыню. Он подбежал к Ней, чтобы прогнать, но Она приласкала Его через решетку, и Он впустил Ее. Она отдалась Ему прямо у дороги. На следующий день Он узнал, что Она утонула в озере, и тело не стали доставать. "Бродяга ведь!" – сказал Отец.

Ему было пятнадцать...

Следующим вспомнилось вот что:

Страшная буря. Его Дом оказался в центре огромного черного смерча. Большой каменный Дом поднялся в воздух и понесся, кружась и переворачиваясь, далеко-далеко. С Его семьей. А Он лежал в поле, вцепившись в траву, и смотрел. Никогда Он не забудет глаза Матери, с любовью, с мольбой, с прощением смотрящие на Него.

Ему было двадцать один...

Его разум затуманился, но вскоре в нем прояснилась новая картина:

Крики, звон оружия, море крови. Он с Другом скачет во главе отряда навстречу Врагу. Но вражеские лучники натягивают тетивы, и половина отряда падает на землю. Среди них – Его Друг. Его единственный и последний друг. Он упал с коня и заплакал. Вокруг кипело сражение, а Он плакал. Враг победил, но Его не тронул: сжалился, видно.

Ему было сорок четыре...

На несколько мгновений Он отключился. Очнувшись, Он вспомнил вот это:

Шипение, страшный вопль и стук падения. Он вскочил и бросился в соседнюю комнату. На полу лежала Его Жена, бьющаяся в агонии, а под кровать заползала маленькая черная змейка. Через пару минут, у Него на руках, Жена умерла с искаженным гримасой лицом. Его первая и последняя Жена.

Ему было семьдесят пять...

В этот раз жизнь чуть было не покинула Его от нахлынувших волнений. Но Он выдержал, ведь Ему предстояло вспомнить еще одно:

Похоронная процессия, толпы плачущих людей – умер внук. Он вышел из дому с трудом, но все равно нашел силы нести гроб до самого кладбища. Смотрели на него люди по разному: кто с ненавистью, кто с безразличием; кто с завистью – пережить внука!, но никто с сочувствием – пережить внука!!!

Ему было сто два... 

Все. Последний вздох, – Он умер. Но... – улыбка, радостная улыбка осветила Его лицо! Смерть, жестокая и злая старуха Смерть, смилостивилась над Ним, чего не сделала Жизнь. Жизнь дала ему почти вечность, вечность Скорби, Смерть же – лишь миг, блаженный миг сладостного забвения. Он умер счастливым.

Ему было сто восемнадцать...