HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 г.

Леонид Кауфман

Эптон Синклер и Советский Союз

Обсудить

Статья

 

Купить в журнале за январь 2018 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2018 года

 

На чтение потребуется 1 час 10 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 30.01.2018
Оглавление

5. Судьба родственников Ланни Бэдда, связанных с Советским Союзом
6. Холодная война глазами Ланни Бэдда
7. Э. Синклер и С. Эйзенштейн

Холодная война глазами Ланни Бэдда


 

 

 

а) Эпизод 1. Конгресс немецких писателей

 

Три эпизода, приведённые далее, входят в роман «Возвращение Ланни Бэдда», описывающий события 1946–1949 годов (перевод с сокращениями автора). Эти эпизоды не влияют на основную сюжетную канву романа, но дают такую многоцветную картину мира, в котором живёт главный герой книги, что становятся понятными источники его настроений и мотивации поступков.

 

Конгресс немецких писателей (состоявшийся в октябре 1947 года – примечание автора), был изощрённым пропагандистским трюком, тщательно спланированным в Москве и контролируемым её военными властями. Они рассчитывали собрать хорошо известных немецких писателей из всех четырёх оккупационных зон, ознакомить их с догмами советских коммунистов и убедить в необходимости доминировать в остальном мире. Пропагандистское направление всего предприятия обеспечивалось под официальным патронажем властей всех четырёх зон. Спонсор носил невинное название «Ассоциация немецких авторов» – уважаемая организация, основанная ещё перед Первой мировой войной и отменённая Гитлером, но теперь воссозданная. Её председателем была почтенная женщина-романист Рикарда Хач (Ricarda Huch) теперь в возрасте восьмидесяти одного года, почётным президентом – Генрих Манн (Heinrich Mann). Главная сессия проводилась в Каммершпиле (Kammerspiele) в русском секторе. Она открывалась полковником (на самом деле подполковником – примечание автора), которого называли комиссаром по культуре Дымшицем. У американцев не было такого официального лица, и они не обращали внимания на это мероприятие. Американские писатели не были на него приглашены.

Конгресс продолжался второй день, когда Ланни вышел из самолета. Он едва ли имел время посетить конгресс, но его знакомый Борис Шуб позвонил ему, возбуждённый, и просил прийти. Они встретили несколько американских и немецких писателей, которые на послеобеденной сессии ожидали услышать диспуты на объявленные темы «Автор и духовная свобода» и «Задачи литературной критики». Но на этой сессии полковник Дымшиц представил советского писателя по фамилии Вишневский, редактора московского журнала и автора мелодраматического фильма «Мы из Кронштадта». Этот джентльмен, украшенный тремя рядами орденских планок, сказал немецким писателям, что Соединённые Штаты планируют агрессивную войну, но советский народ знает, как обращаться с поджигателями войны, он призвал немецких писателей и немецкий народ бороться плечом к плечу с советским против американских империалистов.

Он продолжал. Реакционные силы в Вашингтоне и Лондоне пытаются создать железный занавес, но советский народ на страже, его нельзя запугать даже атомной бомбой. Братья, товарищи, мы знаем, как ответить. Если мы вам нужны, попросите нашу помощь, и мы будем драться везде.

Громовые аплодисменты раздались от коммунистов, за которыми, конечно, наблюдал их маленький сморщенный комиссар по культуре. Немецкие и американские либералы сидели в оглушающей тишине. Они покидали зал, обсуждая дальнейшие действия и уточняя у председателя расписание на следующий день.

Немецкий издатель по фамилии Биркенфельд, ведущий заседание, который оказался более либеральным, чем осознавали красные, хотел, чтобы какой-нибудь американский писатель подготовил речь, отвечающую Вишневскому.

Доброволец прошёл вперёд, это был Мелвин Ласки (Melvin Lasky), представитель Нью-Йоркской интеллигенции, пишущий зрелые исторические эссе и зарабатывающий на жизнь обслуживанием лифтов в пьедестале статуи Свободы. Он приходил в Германию как солдат, и теперь вернулся как корреспондент американских изданий. Ему было двадцать семь лет, и его в Германии никто не знал. Он очень самонадеянно взялся выступить на конгрессе, но больше никого не нашлось. Сейчас, сказал Шуб, он заперся в гостиничном номере, выстукивая на пишущей машинке текст выступления. Они с Ланни могут пообедать и дать ему время до середины вечера, а затем пойти помочь в переводе его речи на приемлемый немецкий. Так случилось, что Ланни впервые встретил Мелвина Ласки, который стал его другом. Он был парнем среднего сложения и носил крошечную козлиную бородку, раздражающую оппонентов, поскольку большевистские приличия требовали, чтобы мужчина был гладко выбрит. Он работал ночь напролёт над речью. Шуб, мистер Биркенфельд и Ланни помогали ему до раннего утра.

В десять часов они все сидели во втором ряду театра. Советские прозаики и драматурги, все в орденах, заняли первый ряд. Здесь же были помрачневший Вишневский и Катаев, драматург и романист, который когда-то написал сатиру на русские стеснённые жилищные условия, которая стала хитом на Бродвее. Но теперь он не писал сатиру. Здесь был Горбатов, советский писатель, которого Шуб встречал на Эльбе, когда он пытался нескладно извиниться за ужасное обращение с миллионами русских, захваченных немецкой армией, а теперь посылаемых в советские концлагеря. Конечно, присутствовал также комиссар по культуре, подающий своим подопечным сигналы аплодировать.

Корреспондент Ласки был представлен залу и начал речь тактично и успокоительно. Он поздравил конгресс с присутствием немецких авторов, которые снова могут обмениваться критическими идеями в планировании защиты и расширения вновь обретённых свобод. Он подождал, пока русский переводчик пробормотал его слова и все русские зааплодировали. Он рассказал, как американские писатели боролись за «честь, достоинство и социальный реализм» в литературе. Русские все кивали, одобряя то, что было советской формулой.

Он продолжал что-то похожее ещё некоторое время, и если бы он закончил, его бы приветствовали как великого писателя. Но, давая примеры американской военной цензуры, он упомянул, что «нам не позволялось публиковать биографию Сталина, написанную Львом Троцким. Издание уже было отпечатано и разослано, но официальные лица в Вашингтоне думали, что это может затруднить отношения с Москвой. Тогда многие честные и независимые книги критически относились к советской диктатуре, коммунистической однопартийной системе, советскому аппарату, политическим концентрационным лагерям и рабскому труду, и эти книги должны были задерживаться и изыматься, но на самом деле – только задерживаться. Со временем все они были опубликованы».

Конечно, это была ужасная вещь, сказанная в присутствии русских писателей. Это буквально были первые такие слова, сказанные в Берлине. Американцам запрещалось критиковать их советских союзников. Смотря открыто на орденоносных русских в первом ряду, Ласки продолжал: «Мы знаем, как это разрушает душу, не даёт работать и писать, когда за спиной стоит политический цензор, а за ним – полиция. Подумать только, как это может расшатать нервы русского писателя, заставит волноваться, станет ли очередная новая партийная доктрина государственной формулой «социалистического реализма», или «формализма», или «объективизма», или чего-то ещё, что уже становится устаревшим и считается декадентским контрреволюционным инструментом фашистов».

Комиссар по культуре поднялся и вышел, за ним последовал Катаев, который прекратил свою сатиру десять лет назад. Другие коммунисты в аудитории начали скандировать, прерывая выступающего: «Председатель, вышвырните его!». Они кричали это снова и снова, но Ласки продолжал заключительную часть своей речи о задачах писателя как «лидера свободы совести и духа, противника любой формы угнетения».

«Красные» шипели и гудели во время этой речи, но немцы устроили оратору овацию. Когда Ласки уходил со сцены в проход, люди столпились вокруг него и хватали его за руки. Пожилая Рикарда Хач, чьё доброе имя Советы пытались эксплуатировать, обняла его и тепло поблагодарила.

Затем в полдень, когда председателем был советский представитель, писатель Катаев поднялся на трибуну побороться за его дело. Он сказал: «Я познакомился с речью так называемого американского писателя Ласки. Я счастлив встретиться наконец с поджигателем войны во плоти и крови лицом к лицу.

У нас в Советском Союзе нет таких образцов. Это очень показательное зрелище. Я не знаю, какие книги написал Ласки. Я знаю других американских писателей, но Ласки мне совершенно неизвестен. Я верю, что если Ласки когда-нибудь будет увековечен монументом, и благодарные американцы напишут на нём: «Могила неизвестного писателя». Сегодня достоинство людей измеряется их отношением к демократии и Советскому Союзу. То, что неизвестный Ласки сказал о Советском Союзе – естественно, ложь от начала до конца. Такая ложь не новость для нас: Доктор Геббельс также привык прибегать к подобным методам настраивать людей против Советского Союза. Чем это закончилось, известно всем».

Неделями позднее сообщения об этой литературной дуэли прокатывались, как эхо, через Советский Союз и захваченные им земли. Широко циркулирующая «Литературная газета» посвятила почти полную полосу этому делу, описывая его соответствующими терминами. Люди, которых Ласки старался впечатлить, были молодыми берлинскими интеллектуалами, и среди них вырос вид культа Ласки. Они даже зашли дальше, выращивая на лицах пресловутые козлиные бородки.

Последствия конгресса немецких писателей сказались и на американцах. Менее чем через три недели генерал Клей (Clay) – глава американской военной администрации – назначил директора Подразделения информационного контроля, чтобы «атаковать коммунизм каждого вида, где бы он ни существовал, и фиксировать каждый обнаруженный пример».

 

 

Необходимость промывки, ремонта, перепрошивки или замены сажевого фильтра может возникнуть для любого современного дизельного автомобиля. Диагностика, чип-тюнинг и доставка по всей России этих запчастей из Москвы осуществляется в короткие сроки. Подробности на сайте: http://сажевый-фильтр.москва.

 

Мелвин Ласки – американский журналист, издатель, писатель, который активно участвовал в формировании антикоммунистического общественного мнения во времена холодной войны и после неё. Он умер в Берлине в собственном доме в 2004 году в возрасте 84 лет.

Ласки служил в американской армии во Второй мировой войне как воюющий историк и состоял в первой группе американцев в Берлине, входя в состав военной администрации, которой командовал генерал Люциус Клей (Lucius Clay). Ласки оставался свободным журналистом в напряжённые послевоенные годы, поддерживал генерала Клея в его критике Советского Союза, особенно во время берлинской блокады, организованной Москвой.

Он был издателем двух влиятельных журналов. Его базирующийся в Лондоне журнал Encounter, что в переводе значит «Столкновение» или «Встречный бой», который он издавал с 1953 по 1991 год, был одним из европейских интеллектуальных продуктов, который публиковал статьи политиков, историков, литераторов Артура Кастлера, Роберта Конквеста, Мильтона Фридмана. Югославский лидер Милован Джилас писал для журнала из тюрьмы, Исайя Берлин посылал статьи о русской литературе, в журнале печатались Борхес и Набоков.

В Берлине в 1948–1964 годах Ласки издавал на немецком языке журнал «Месяц» (Der Monat), который распространял либеральные проамериканские антикоммунистические взгляды, в частности, описывал восстание в Германии 1953 году и венгерскую революцию 1956 года. Журнал вызвал скандал в Германии в 1960-х годах, когда обнаружилось, что он частично финансировался ЦРУ.

Как журналист Ласки интервьюировал мировых лидеров Уинстона Черчилля, президента Дуайта Эйзенхауэра, бывших немецких канцлеров Конрада Аденауэра и Вилли Брандта, бывшего чешского президента Вацлава Гавела. Он был также связан с некоторыми широко известными писателями и интеллектуалами, включая Томаса Манна, Т. С. Элиота, Бернарда Рассела, Джорджа Оруэлла, Александра Солженицына, Вильяма Фолкнера. Он сам написал много книг, в том числе – «Венгерская революция» (1957), «Африка для начинающих» (1963), «Утопия и революция» (1977), «Язык журналистов. Газетная культура» (2002).

Рождённый в Нью-Йорке в 1920 году, Ласки был сыном еврейского иммигранта из Польши. Он получил дипломы бакалавра в городском колледже Нью-Йорка и мастера в исторических науках в Университете Мичигана. В 1995 году Берлин наградил Ласки медалью отличия, в 1997 году Комиссия берлинских историков включила его в число наиболее важных берлинцев.

 

б) Эпизод 2. Берлинская блокада

 

В заключительной книге серии «Возвращение Ланни Бэдда» описана блокада Западного Берлина советскими войсками с 21 июня 1948 года по 12 мая 1949 года.

Поводом для блокады послужила не согласованная с СССР денежная реформа: введение новой единой марки в западных оккупационных зонах Берлина. Все старые рейхсмарки хлынули в восточную зону, угрожая обрушить и без того неустойчивую экономику. В ответ на это там была введена новая советская марка, а Западный Берлин был блокирован под разными благопристойными предлогами с перекрытием автомобильных, железнодорожных и речных путей снабжения многомиллионного города продуктами, топливом, другим сырьём, необходимыми материалами. Реальной причиной блокады было желание советских властей вытеснить из Берлина западные войска.

Американцы были вынуждены и смогли преодолеть эту блокаду снабжением жителей города по воздуху.

Э. Синклер пишет:

Самые большие самолёты летели из американских аэропортов через Ньюфаундленд и далее в Шотландию, а затем в Берлин. Из Бостона на восточном побережье Америки к Новому Орлеану на юге США двигались суда и плыли к Антверпену, Бремену и Гамбургу, где пищевые продукты перегружались в железнодорожные вагоны, баржи, транспортируемые по каналам, и большегрузные автомобильные фуры. Уголь шёл из Великобритании и Бельгии, в Руре грузился в мешки, нефть доставлялась из Техаса, Венесуэлы и арабских стран. Был организован челночный транспорт самолётов в Берлин с интервалом в несколько минут. В момент приземления на аэродроме Темпельхоф они скатывались с посадочных полос, разгружались в ожидающие грузовики, возвращались на взлётную полосу и отправлялись в обратный маршрут. Таким образом, каждый самолет успевал делать три полёта в день. В выходные дни и после рабочих часов население Берлина могло наблюдать все эти действия, а дети взбирались на крыши уцелевших домов и развалины разрушенных строений, окружающих аэропорт, радовались этому великолепному бесплатному зрелищу, размахивая шапками и приветствуя каждый самолёт, приземляющийся с грузом для них.

Советские газеты, публикуемые в восточном секторе Берлина, были весьма озабочены безопасностью американских пилотов и немецких граждан, живущих в домах, окружающих аэропорт. Газеты говорили, что американцы могут поддерживать город и кормить его в течение лета, но едва ли смогут это делать зимой, когда земля покрывается глубоким снегом и яростные штормы продолжаются днем и ночью. Тогда Западный Берлин потребует не просто электричества, но и отопления их домов и производств, а значит, угля для всего этого.

Западный Берлин стал символом для всей Европы, он был похож на флаг, летящий над крепостью, провозглашающий, что свободный мир не собирается капитулировать. Воздушный мост, созданный американцами, произвёл огромное впечатление на немцев и был ударом для советского престижа.

 

в) Эпизод 3. Дело Касенкиной

 

В книге «Возвращение Ланни Бэдда» изложено так называемое «дело О. Касенкиной» – так эта фамилия пишется при переводе с английской транскрипции. На самом деле это Оксана Степановна Касьенкина, 52 лет, работавшая в школе при консульстве СССР в Нью-Йорке. Э. Синклер рассказывает эту реальную историю с подробностями и деталями, свойственными художественной прозе. Опуская их, изложим только факты.

С началом учебного 1948 года школа должна была закрыться, а её учителя и ученики – вернуться на родину. Однако бывший директор школы Михаил Самарин с семьёй и учительница Оксана Касьенкина на отправляющийся корабль не явились. Позднее выяснилось, что Самарин подал прошение о предоставлении политического убежища, и оно ему было предоставлено.

Как рассказано в романе, О. Касьенкина обратилась к бывшему эсеру Владимиру Михайловичу Зензинову (1880–1953), который в это время был одним из авторов нью-йоркской газеты «Новое русское слово», и он познакомил её с Александрой Толстой, основательницей и главой Толстовского благотворительного фонда, помогающего русским эмигрантам.

Активное участие в деле принял советский консул Яков Миронович Ломакин (1904–1958). Он уговорил Касьенкину вернуться в консульство, однако его участие закончилось её прыжком из окна третьего этажа, что журналисты потом назвали «прыжком в свободу». Она осталась жива, а консул был правительством США признан нежелательным персонажем (persona non grata) и выслан из страны. В американском радио развернулась активная антисоветская пропаганда.

О. Касьенкина осталась в Америке, в 1949 году издала в Филадельфии книгу, получила американское гражданство и умерла в середине 1960-х годов.

К удивлению людей, посвящённых в дело, Я. Ломакин не был репрессирован: он продолжил дипломатическую службу и даже был похоронен на Новодевичьем кладбище

Дело О. Касьенкиной имело неожиданное продолжение: оно стало одной из причин организации в Советском Союзе глушения иностранного радио.

 

г) Эпизоды 4, 5. Э. Синклер позволил себе диффамацию

 

Цитируемые далее отрывки из романа «Возвращение Ланни Бэдда» относятся, как кажется, к сомнительным примерам, когда персонажу художественного произведения, но реально живущему лицу, представленному в книге под собственным именем, приписываются придуманные писателем монологи или реплики, компрометирующие это лицо. В сегодняшней юриспруденции такая ситуация соответствует понятию «диффамация» – распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих потерпевшего.

В следующем эпизоде Ланни Бэдда приглашают на работу на радио в американском секторе Берлина. Радио старается противостоять пропаганде, которую ведёт радио советского сектора. Ланни активно участвует в этой работе.

Э. Синклер включает в свой роман ситуацию, когда для снижения воздействия передач Ланни на население Германии на просоветском радио якобы выступает известный советский писатель Илья Эренбург с резкой речью, ложно обвиняющей Ланни Бэдда в шпионаже, а его отца Роберта Бэдда – в разжигании войны. Эренбург называет Ланни крокодилом, проливающим слёзы на народ Германии и плюющим в него ядом.

Почему Э. Синклер вложил это обвинение в уста Эренбурга, врага Гитлера? Сейчас можно только гадать, но представляется, что причиной этому была известность немцам имени советского писателя, которого Гитлер объявил врагом рейха. В 1942 г. в дни летнего наступления гитлеровской армии на Сталинград И. Эренбург 24 июля в газете «Красная Звезда» напечатал статью «Убей».

 

Мы поняли: немцы не люди. Отныне слово «немец» для нас самое страшное проклятье. Отныне слово «немец» разряжает ружьё. Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем убивать. Если ты не убил за день хотя бы одного немца, твой день пропал. Если ты думаешь, что за тебя немца убьёт твой сосед, ты не понял угрозы. Если ты не убьёшь немца, немец убьёт тебя. Он возьмёт твоих близких и будет мучить их в своей окаянной Германии. Если ты не можешь убить немца пулей, убей немца штыком. Если на твоём участке затишье, если ты ждёшь боя, убей немца до боя. Если ты оставишь немца жить, немец повесит русского человека и опозорит русскую женщину. Если ты убил одного немца, убей другого – нет для нас ничего веселее немецких трупов.

 

И. Эренбург ни в одной строчке ни тогда, ни потом не призывал убивать детей или насиловать женщин, в чём его потом упрекали оппоненты. Но немцы были напуганы советской пропагандой. Конечно, сделав И. Эренбурга автором речи против Ланни и его отца, Э. Синклер тем самым как бы защищает своих героев от обвинений в поджигании новой войны.

Понятно, что и Ланни и его отец Роберт – продукты писательского воображения, и ни один реальный исторический персонаж не мог упоминать их как реальных лиц в выступлениях или произведениях. Но, может быть, И. Эренбург действительно выступал на «Радио Берлина» в те годы с заявлением, подобным описанном Э. Синклером, хотя и обращённым к другим реальным людям?

Автор провёл старательные изыскания принципиальной возможности такого выступления И. Эренбурга. Однако ни в русско-, ни в англоязычном Интернете, ни в печатных изданиях следов подобной речи обнаружить не удалось. Остаётся предположить, что это выступление – выдумка Э. Синклера, едва ли правомочная этически или даже юридически. Ради справедливости следует, однако, вспомнить, что в интервью журналу «Огонёк» №36 от 3 сентября 1950 г. И. Эренбург упрекнул Синклера за его отказ подписать Стокгольмское воззвание и незаслуженно назвал его зачинщиком новой войны.

Эпизод 5, который в этом контексте также хотелось бы упомянуть, происходит в том же романе в кабинете Главнокомандующего советской группой оккупационных войск в Германии маршала В. Д. Соколовского. К нему при помощи генерала Л. Клея, главы американской военной администрации, попадает жена Ланни Бэдда Лорел. Ланни похищен советской тайной полицией и заключён в тюрьму Пренцлауберг в Берлине, где его пытают.

В ответ на просьбу Лорел о помощи маршал Соколовский отвечает вежливо, но холодно, не глядя на неё, что он ничего не знает о похищении и не верит в него. Он ей лжёт, потому что, по его же словам, ни один советский человек в Германии не осмелился бы скрыть от него такое похищение и задержание такого заключённого.

Таким образом, в двух описанных эпизодах Э. Синелер приписал живым реальным лицам придуманный им текст, выставляющий его героев в неблагоприятном свете.

Ради справедливости следует отметить, что в отношении одного реального лица, хотя и умершего, чрезвычайно уважаемого Э. Синклером президента Ф. Д. Рузвельта писатель предваряет роман «Агент президента» следующим заявлением:

 

В ходе этой работы описаны несколько сцен с участием Франклина Д. Рузвельта. Когда автор был кандидатом в губернаторы Калифорнии, он имел удовольствие два часа беседовать с президентом Рузвельтом, но с тех пор у него не было персонального контакта с президентом и не было сведений из первых рук о его отношении или действии по тому или другому вопросу. Сцены в этой книге придуманы автором, и ни с президентом, ни с его женой не обсуждались. В описании внешнего вида президента, его манер и окружения автор может подтвердить, что был адекватным, но речи, приписываемые президенту, представляют собой продукт его воображения. Автор надеется, что они хорошо угаданы, но не хотел бы, чтобы кто-нибудь предположил, что он говорит за президента или обнародует его какие-либо секретные мысли.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за январь 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению января 2018 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

5. Судьба родственников Ланни Бэдда, связанных с Советским Союзом
6. Холодная война глазами Ланни Бэдда
7. Э. Синклер и С. Эйзенштейн
Статистика тиража: по состоянию на 23.02.2024, 11:41 выпуск Журнала «Новая Литература» за 2024.01 скачали 747 раз.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм

1000 $ за Лучшее стихотворение



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!