Третий международный фестиваль литературы и культуры «Славянские традиции-2011»

 

 

 

 

 

 

***
Волчий месяц завыл, завьюжил,
искусал и обветрил дом.
Занедужил я, занедужил…
буквы складываю с трудом.

Пью настой серебра на водке:
– Очищаюсь ли серебром?
Изменяюсь в словах, походке…
– Может водку сменить на ром?

Может дом поменять на крепость,
где, подняв сумасбродства флаг,
ощутить людскую нелепость,
приручающую собак,

выдающую под проценты
чужевымышленным богам
тени-души, в плену абсента
в горле с плотью напополам?..
……………………………….

Волчий месяц – собачья доля!
Снег кропит огрубевший наст.
– Может, просто рвануть на волю…
если Кто-то опять не сдаст…


***
Блаженны нищие сумой –
ничем иным...
И бег бездомного домой
грозит сквозным
подъездом вытертых калош,
безлюдьем крыш,
где, отличив от правды ложь,
уже не спишь...
Блаженны нищие... Зачем?
В чём виден прок,
когда пророчащих в парче
ласкает ток
толпы заблудшей и слепой
людских теней?..
Горит свеча за упокой
прошедших дней,
где я с душой не говорил,
где лес из ряс,
где мне глаголющий привил
за бесом пляс...
Блаженны нищие вдвойне,
а я не нищ.
И, умываясь в серебре
былых кострищ,
кроплю языческой строкой
колоду лет...
А за божественной рекой
всё тот же Свет.


***

Эта птица породы пуля –
пролетая, крылом кровавит,
если, песни забыв, уснул я…
если сон рассвет не исправит…
Эта птица всегда под ребра
 и наотмашь, без объясненья.
 Так целует слепая кобра,
не испытывая наслажденья…
Эта птица – фантом, химера,
ухмыльнувшаяся Медуза*,
чаша яда и кары мера,
отзвук грома с аккордом блюза…
Эта птица неистребима
серой тенью скользнёт и канет…
Оттого до сих пор хранима
 только рифмой в моём стакане…

________________________________________________________
Медуза* – здесь Медуза Ронданини, работы Фидия.