HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 г.

Николай Толмачев

Солнца не надо, или Материалы для ненаписанного романа

Обсудить

Роман

Опубликовано редактором: Карина Романова, 22.11.2008
Оглавление

37. Глава 36
38. Глава 37
39. Глава 38

Глава 37


 

 

 

И вот на тебе – эта нежданная, ненужная встреча. Как ни избегал их Шрамов, а теперь не скроешься, не отвертишься, надо изображать удивление и радость, говорить о чем-то. Шрамов подождал, пока взгляд Кривенко коснулся его, и медленно сел на кровати.

– Ну привет! Сколько лет, сколько зим… – сказал он, натянуто улыбаясь и вытаскивая из кармана пачку с сигаретами. – Какими судьбами?

– Ты!? – выпучил глаза Кривенко. Он и раньше умел удивляться очень живо, убедительно, с выразительными гримасами и телодвижениями, и сейчас сохранил эту способность. Удивление его казалось искренне радостным.

Они вышли в туалет и закурили.

– Сразу хочу предупредить, – негромко сказал Кривенко, оглядываясь, чтоб никто не услышал, – я, понимаешь, здесь не как пациент, а, так сказать, в командировке. Хочу собрать материал для большой статьи о нашей наркологической службе. Сам знаешь, проблема нешуточная!.. Ты не представляешь, каких трудов стоило мне сюда попасть под видом алкаша, в каких только кабинетах не побывал! Смотри же, не проговорись случайно, кто я! Хочу изучить эту среду изнутри, из первых, так сказать, рук… Ну а как ты здесь оказался? Честно говоря, я ужасно рад тебя видеть, старик! Печально, конечно, что в этом заведении, при таких обстоятельствах, но все-таки рад, честное слово! Как ты живешь, почему не звонил, не заходил столько времени? Я о тебе часто вспоминаю…

– Да так и живу, – сказал Шрамов. – Как видишь…

– Да, это несчастье… Сочувствую, старик. И надо же, чтоб именно с тобой случилось такое!.. Ну а сейчас как? Здоровье, настроение, планы?..

Даже если б и захотел Шрамов пооткровенничать с Кривенко – немного нашлось бы у него слов. Какое там здоровье, настроение, какие там планы… Пожать плечами, улыбнуться неопределенно – да так, мол, потихоньку, – и все. Не о романе же распространяться.

– Как жена, сын? – продолжал приставать Кривенко. – Видишься с ними, переписываешься?

– Не вижусь и не переписываюсь, – сказал Шрамов.

– Жаль… – покачал головой Кривенко то ли осуждающе, то ли сочувствующе.

Опять о жене, сыне. Зачем это им всем? – думал Шрамов. Забыть жену и сына, выбросить их совсем из жизни Шрамов в общем-то не хотел, но всякое напоминание о них его неприятно тревожило, пробуждало чувство вины, хотя в чем его вина, он и сам не понимал. В прошлом году он разговаривал с сыном по телефону – тому как раз исполнилось двенадцать лет. Сын говорил с ним неохотно, обращался на “вы”, сказал, что у него есть другой папа, а на приглашение приехать в гости ответил отказом. Тогда Шрамову вспомнился давний случай, мелкий, незначительный вроде, но застрявший в памяти. Однажды ему пришлось втискиваться в переполненный автобус, держа на руках трехлетнего сына. Он из последних сил напрягал мускулы, выворачивался всем телом, выставлял в стороны локти и плечи, собою прикрывая сына от толчков. А сын заплакал и стал бить кулачками его же по лицу, причем как-то очень даже злобно. Сыну было тогда три года, и он ничего, конечно, не мог понимать. А теперь Шрамов думал, что ничто не случайно в мире, и тот маленький эпизод каким-то таинственным, мистическим образом связан с отказом сына с ним встретиться и с дальнейшими их отношениями. Так что он мог сказать Кривенко о жене и сыне?

– Ты же неглупый парень, – говорил дальше Кривенко, – большие надежды подавал – это я тебе честно говорю, не один я был такого мнения. И что тебе помешало?.. Ну ладно, не будем об этом, – прервал себя он, наконец заметив хмурое лицо Шрамова. – Расскажи лучше, что здесь за обстановка, чем вы здесь дышите?

Делать нечего, пришлось Шрамову порассказать кое-что из местной жизни: как серой нашпиговывают, рыгаловками терзают, какие типы встречаются – вроде бы полушутя, с прибауточками, смешками. Но получалось у него не очень, и не много он рассказал – уже через несколько минут почувствовал нервную усталость и вспомнил, что давно уже не говорил так много и сразу.

Вечером Кривенко делал записи в блокноте. Блокнот у него был большой и красивый, в красной кожаной обложке с тиснеными нерусскими буквами. И ручка не обыкновенная шариковая, а наливная с золотым пером.

А Кушнир аж задрожал и перекосил лицо при виде пишущего Кривенко.

– Еще один писатель… – угрюмо процедил он под нос и вышел из палаты. А вернулся, когда все улеглись, и потом предпочитал больше крутиться в коридоре, в других палатах, в бильярдной, и язык распускал поменьше, а при Шрамове и Кривенко и вовсе помалкивал.

Зато дядю Васю присутствие пишущих не только не смущало, а даже наоборот – вдохновляло, приводило в состояние повышенной говорливости. Он понимающе и одобрительно подмигивал им, – мол, пишите, пишите, и рассказывал о своих бесчисленных приключениях, все очень красочно, в лицах, по ходу меняя и голос, и чуть ли не внешность. Так что не только слушать, но и смотреть на него было забавно и приятно. А кое-что Шрамов и записывал на всякий случай, для будущего романа. В рассказах дяди Васи жизнь алкаша-трубалета представлялась беззаботной, веселой, даже привлекательной чем-то. Он так и говорил:

– Ну что видит простой человек? Всю жизнь работает, работает, как вол, любой начальник для него царь и Бог, а дома жена-язва пилит, деньги требует, дети-короеды на шее сидят – куда денешься? Ни выпить тебе от души, ни погулять, ни вздохнуть свободно. Хоть в петлю! А я крутанулся как-нибудь, зашиб бабки – и гуляю! Ни начальства надо мной, ни жены – сам себе хозяин!..

– А менты? – спрашивал Шрамов.

– А что менты? С ними даже интересно – играешь, как кот с мышкой, обводишь вокруг пальца. Мы вроде как партизаны в тылу врага! Ну а прохлопаешь ушами – сам виноват, расплачивайся!..

– Философ! – тоже смеялся Кривенко.

Голицын, видно, как-то пронюхал или догадался, кто такой Кривенко на самом деле, и относился к нему со сдержанной почтительностью. Но поговорить с ним, порассказать кое-что памятное, значительное из своей жизни и он был не прочь. То о знакомстве с кем-то из больших городских руководителей, то о каком-то изобретении, к которому и он вроде имел отношение, то вспомнил, что избирался народным заседателем в районный суд.

– А головой ты там как качал – так или так? – сразу поддел его дядя Вася, показывая, как качают головами народные заседатели-болванчики: вверх-вниз и из стороны в сторону. Голицын засмеялся вместе со всеми.

Из дел, разбиравшихся при его участии, ему особенно запомнилось одно душещипательное: как молодая женщина собственноручно утопила шестилетнюю дочку, которую невзлюбил ее сожитель, а потом опомнилась и сама побежала сдаваться в милицию. Ей дали десять лет, а сожитель уехал в неизвестном направлении. Весь зал рыдал, – рассказывал Голицын.

Лечения Кривенко, конечно, никакого не назначили. Когда хотел, уходил, приходил, никого не предупреждая. Мог и заночевать дома без опасений. Все быстро заметили его особое положение, но никто ни о чем не расспрашивал, не вникал. А тут еще дядя Вася туману подпустил, нашептал кому-то любопытному, что, мол, из органов человек, поосторожнее с ним надо. От фонаря ляпнул, для смеха, а почти как в воду смотрел. Хоть и не совсем поверили ему, а насторожились.

 

 

 


Оглавление

37. Глава 36
38. Глава 37
39. Глава 38

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.07: Виктор Сбитнев. От Моны Лизы до… дяди Коли (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!