HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 г.

Николай Толмачев

Солнца не надо, или Материалы для ненаписанного романа

Обсудить

Роман

Опубликовано редактором: Карина Романова, 22.11.2008
Оглавление

1. Пролог
2. Глава 1
3. Глава 2

Глава 1


 

 

 

А неладное началось еще накануне вечером. Шрамову не привыкать было к плохому настроению, но тут уж совсем ненормальные, дурные предчувствия завладели им. Такого не бывало – он боялся ложиться в постель, оттягивал этот момент, слонялся в непонятной тревоге по квартире, мешал спать отцу. Но когда прошла полночь, все же решился: снял покрывало, взялся за подушку. Так и есть: и подушка, и одеяло, и простыня – все засыпано мельчайшим порошком стекловаты. Пропитанная ею ткань липла к ладоням, скользила. Шрамов перетряхнул всю постель – без толку. Но ложиться надо, и он осторожно, стараясь не делать лишних движений, залез под одеяло, притих. Сон не шел. Даже просто прикрыть глаза казалось невозможным. Почитать бы что-нибудь, – скользнула вялая мысль. И, как по волшебству, – пожалуйста, прямо перед глазами на одеяле лежит журнал, “Юный техник”. Этот журнал Шрамов выписывал в детстве, но откуда он сейчас? А впрочем, почему бы не почитать, когда-то Шрамов находил в нем для себя много интересного. Он потянулся к журналу, пальцы уже коснулись растрепанной обложки, но вдруг журнал исчез, растворился в воздухе. Что за шуточки! – слегка удивился и разозлился Шрамов и приподнял голову. Ага, вот он, уже на другом конце кровати, в ногах. Пришлось вставать. Но и на этот раз журнал ускользнул от него, перепрыгнул на кресло. Ну, не уйдешь! – подумал он и стал осторожно, на цыпочках подкрадываться к креслу. Журнал лежал спокойно, как бы даже нахально, вызывающе поджидая его, но когда Шрамов, изловчившись, резко накрыл его рукой, он невесомой дымкой, туманом протек между пальцами и исчез уже без следа.

В соседней комнате зашевелился, закряхтел отец и крикнул:

– Ты с кем там воюешь?

– Спи, спи, – рассеянно ответил Шрамов.

Он снова лег и с трудом прикрыл глаза. С улицы донесся чей-то неразборчивый крик. Шрамов прислушался. Похоже, звали его. И звали настойчиво, жалобно, словно прося о помощи. Шрамов встал и подошел к окну. Несмотря на глубокую ночь, на улице все хорошо просматривалось. Внизу по пояс в снежных сугробах стояли друзья Шрамова по работе и жестами звали его к себе. Они кричали что-то непонятное, но Шрамов знал, что они нуждаются в его помощи и он должен им помочь. Ближайший путь к ним – через окно. Шрамов попробовал ногтями обдирать бумагу, которой на зиму заклеили щели.

– Ты что, с ума сошел? – Это уже разборчиво за спиной – тревожный голос отца. Подрагивающей рукой отец взял Шрамова за плечо. – Успокойся и ложись! – Он неуклюже развернул его и подтолкнул к кровати.

Что-то объяснять, доказывать ему не имело смысла, потому что он был совсем из другого мира, и Шрамов не сопротивлялся. Пока он осторожно укладывался, отец не уходил. Встревоженное лицо в седой щетине, сутулая старческая фигура, а еще эти обвислые бледно-голубые кальсоны – все казалось лишним. Но избавиться от него Шрамов не мог. Он не мог заставить его уйти, потому что чувствовал себя полностью от него зависимым. Шрамов отвернулся к стене и попытался закрыть глаза.

– Свет я не выключаю, – неуверенно сказал отец.

– Угу, – пробормотал Шрамов.

Глаза открывались помимо воли, сами собой. Неясные, но настойчивые голоса звали откуда-то из-за стены. Или из-под кровати? Шрамов прислушался. Ну да, это Петро, его напарник, ему нужен разводной ключ. А вот и ключ, под рукой. Но как далеко забрался Петро. Чтоб дотянуться до него, надо переставить кресло, отодвинуть стол и трюмо. А тут еще дорожка мешает…

Явился отец, словно из горячего тумана вынырнул, что-то говорил, не доходящее до сознания, хватал Шрамова за руки, куда-то тянул.

– Пойми! – отпихивался Шрамов. – Петру надо помочь…

Чтобы как-то отвязаться от отца, он проглотил таблетки, которые тот ему совал, и снова лег в постель. Отец сел рядом. Шрамов лежал и смотрел на потолок. Там происходили увлекательные вещи. Шевелились тонкие ажурные тени, они вытягивались, переплетались, расцвечивались, превращаясь в человеческие фигуры, растения, дома… Ходили и разговаривали люди, плыли облака и летали птицы. Все виделось отчетливо и ярко, как в хорошем мультике. Картины сменялись легко, свободно, плавно переходя одна в другую, повинуясь малейшим колебаниям настроения.

Шрамов уже не думал, что надо бы уснуть, но сон подобрался незаметно. Или не сон, а что-то вроде забытья с рваными виденьями, погонями и страхами. А когда Шрамов открыл глаза, в комнате уже стоял серый утренний полумрак, от замороженного окна тянуло уличным холодом, в голове что-то как бы позванивало, гудело, давило тяжкое чувство бесприютности. Что со мной? – с усилием пытался соображать Шрамов. Что было на самом деле, что привиделось, что приснилось? Грань между реальностью и кошмарами восстанавливалась медленно и трудно.

За дверью разговаривали. Слабый, подавленный голос отца и другие – перебивающие его громкие мужские голоса. Говорили, кажется, о нем. Незнакомые голоса спрашивали, а отец невнятно что-то отвечал. Шрамову слышалось: “давно?”, “работает?”, “сколько?”, еще что-то. Он вспомнил о стекловате и оглядел и пощупал постель. Нет, чисто. Значит, галюники. Так, – подумал Шрамов, – дождался… Как-то бесчувственно подумал – ни страха, ни растерянности. А в общем-то он уже давно внутренне настраивался, готовился принять любые последствия того образа жизни, что он вел в последние годы, который не мог тянуться бесконечно и к хорошему привести не мог.

– Все правильно… – сказал себе Шрамов.

Заглянул отец.

– Проснулся? Тут с тобой поговорить хотят…

Оттесняя его, в комнату по-хозяйски прошли трое в белых халатах: молодая женщина с медицинским чемоданчиком и двое мужчин, один постарше, с седой головой, другой молодой, высокий и с наглым лицом. Они были такие бодрые, свежие, здоровые, такие уверенные, решительные, что Шрамова пробрал озноб, он съежился и натянул повыше одеяло.

Они измерили Шрамову давление, заглянули в рот, прослушали сердце и легкие, обстучали резиновым молоточком. Шрамов равнодушно подставлял им нужные участки своего измученного тела, а на все их вопросы: давно ли пьет, случалось ли с ним такое раньше – отвечал неопределенным мычанием. А они торопились и на подробностях не настаивали.

– Одевайтесь и поедем с нами, – сказали они под конец.

У подъезда стояла машина “Скорой помощи”. Рядом с шофером сидел молоденький милиционер. Он с любопытством посмотрел на Шрамова и поправил на поясе кобуру. Отец с ними не поехал, он сказал, что придет потом.

Конечно, Шрамов знал, куда его везут. Подсознательно он, кажется, даже хотел этого. Когда он иногда забредал в те места и видел серое пятиэтажное здание психбольницы с зарешеченными окнами (наркологическое отделение находилось на втором этаже), вспоминал рассказы знакомых, успевших побывать здесь, в его душе возникали тяжелые предчувствия. Судьба, от нее не уйдешь, а на какую другую судьбу мог надеяться Шрамов? Теперь он даже чувствовал какое-то облегчение. В ближайшие месяцы он не будет принадлежать себе, и это было хорошо.

В санпропускнике Шрамова еще раз по-быстрому осмотрели, опять задавали вопросы: фамилия? где работаете? давно пьете?.. Молодая женщина-врач, брезгливо морщась, измерила давление.

– Такой молодой, – сказала она, – и так опуститься…

– Этот хоть работает, а есть такие, что совсем человеческий облик потеряли, – бодро отозвался милиционер, который ни на шаг не отходил от Шрамова.

– Есть… – рассеянно кивнула врач.

А пожилая медсестра, угрюмо оформлявшая историю болезни, сказала вдруг с неожиданной злостью:

– Неужели нельзя собрать их всех вместе – и куда-нибудь подальше, в тундру, в тайгу! Лопаты в руки – и пусть работают! А то нянчимся, лечим, деньги тратим, а он отлежится здесь, выйдет – и снова за старое…

– Почему нельзя? Есть у нас для таких ЛТП, – добродушно ответил милиционер.

– Мало их, ваших ЛТП, – буркнула сестра.

Потом мужиковатого вида санитарка провела его в холодную мрачную душевую. Шрамов долго не мог подобрать воду, нервничал оттого, что санитарка ждала за дверью, и только для видимости намочил волосы. Когда он выскочил, дрожа от холода, санитарка сунула ему застиранное вафельное полотенце с черными клеймами. Шрамов не испытывал ни стыда, ни унижения, стоя перед ней голый и дрожащий, да она и внимания на него не обращала, а равнодушно пробежав по нему пустым взглядом, продолжала рыться в шкафу с бельем, выбрала оттуда трусы, рубашку, пижаму – все клейменое, застиранное, мятое. Она же и провела его потом на второй этаж, в отделение, где сдала с рук на руки дежурной медсестре, толстой молодящейся бабе с крашеными в фиолетовый цвет волосами. Та сделала еще какие-то записи, порылась у него в волосах, заставила приспустить штаны – никакой заразы не принес? – и повела в палату.

– За этим приглядывайте, – сказала она санитарке, делавшей вид, что готовит для него постель. – У него галлюциноз…

И вот Шрамов лежит. Что постельное белье подозрительной свежести и воздух в палате спертый – мелочи, не стоит внимания. Не очень важно и то, что и в душе ощущается какая-то нечистота, что нервный тик то в одном, то в другом месте дергает тело, а мысли в голове путаные и ненужные. Главное, наконец пришло что-то определенное. Теперь эта койка – и ничего другого в мире. Можно ни о чем не думать, ничего не планировать, ни к чему не стремиться. Ничего тебе не нужно, и ты никому не нужен. Как хорошо, хорошо, хорошо… – повторил несколько раз в мыслях Шрамов, заставляя себя расслабиться.

Но полного покоя нет. В коридоре громкие голоса, веселые ругательства, беззаботный смех, кто-то заглядывает в палату. Новенького привезли? – это о нем, Шрамове, конечно. Откуда у них это любопытство, эта бодрость? Ведь все они здесь одним миром мазаны, все презренные алкаши. Шрамову уже и не верилось, что и он может быть таким – ожившим. Вроде даже и не хотелось уже.

А тут совсем рядом женский приятный голос: спит? Шрамов приоткрыл глаза: молодая красивая женщина смотрела на него.

– Не спите? Сейчас вам сделаем капельницу…

Два алкаша в одинаковых синих пижамах втащили в палату и установили рядом с койкой громоздкое приспособление на ножках, на которое сестра укрепила большой стеклянный флакон с прозрачной жидкостью.

Быстрыми привычными движениями она перетянула резиновым жгутом Шрамову руку повыше локтя. “Поработайте кулачком”. Потом очень ловко и почти безболезненно ввела толстую иглу в вену, приклеила ее кусочком пластыря, отрегулировала подачу жидкости.

– Присматривайте, – сказала она кому-то из алкашей, вертевшихся рядом, и вышла. Шрамов закрыл глаза.

Может, капельница как-то Шрамову и помогла, без нее, может, ему было бы еще хуже, но все же во второй половине дня, к вечеру, с ним опять стало твориться что-то ненормальное. В какие-то неуловимые моменты реальность вдруг ускользала от него, путалась с видениями, бредом, он начинал разговаривать с отцом, с друзьями, даже от предметов – кроватей, тумбочек – исходили какие-то сигналы, потом спохватывался, видел вокруг незнакомые лица и понимал, где находится, пытался взять себя в руки – на какое-то короткое время это удавалось. Медсестра с фиолетовыми волосами несколько раз грозилась привязать Шрамова, когда он просил выпустить его на улицу к друзьям, кто-то отводил его снова в палату, уговаривал. Шрамов послушно ложился, закрывал глаза, временами даже задремывал. В девять часов ему сделали укол – он запомнил, потому что по телевизору начали передавать программу “Время”. И тогда уже Шрамов заснул до утра.

 

 

 


Оглавление

1. Пролог
2. Глава 1
3. Глава 2

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.07: Виктор Сбитнев. От Моны Лизы до… дяди Коли (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!