HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 г.

Екатерина Шендерова

Дурачок

Обсудить

Повесть

(на чтение потребуется 49 минут)
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 25.05.2013
Оглавление

3. Глава III. Настасья
4. Глава IV. Проводы
5. Глава V. Мысли

Глава IV. Проводы


 

 

 

Шли молча, без плача и причитаний. Несколько женщин-пенсионерок со двора, Лида Иванова и Вовка провожали в последний путь Настасью. До кладбища шли пешком, волочась за машиной с прицепом, на котором стоял открытый гроб. Так хоронили в городе С.

Был осенний холодный день, дул порывистый ветер, отчего слезились глаза. Дорога до кладбища занимала проход по главной улице городка и вела налево в сторону частных домов, за которыми виднелись пресловутые железные памятники с выцветшими звёздами, более современные гранитные монументы и деревянные кресты на могилах недавно умерших. Редкие капли дождя вонзались вместе с ветром в лица участников этой печальной процессии.

Вовка шёл размашистым шагом почти вровень с движением качающегося грузовика, следил, чтобы гроб не выпал. Когда прощались там, во дворе, он долго всматривался в Настасьино лицо, пытаясь в нём разгадать живые черты. Но это было уже какое-то другое лицо, оттого Вовка смотрел и смотрел, что-то мыча, то и дело оббегая гроб, как будто пытался убедиться, что это точно она, сестра его, и что вот её теперь уже нет, и то, что называют телом – не её тело, а какой-то вымышленный образ женщины, которая была ему сестрой и почти матерью. Ещё он всматривался в похоронные венки и искусственные цветы, грудой сложенные на Настасью. Ядовито-жёлтые, розовые, красные, синие и фиолетовые уродцы выглядывали из гроба, как будто празднуя смерть. Вовке жутко было от этих цветов, он боялся одного их вида. Чем больше он на них смотрел, тем больше он видел в них что-то необъяснимо-страшное. Как будто они корчили жуткие гримасы, смеясь над людьми, и никто этого не понимал, а только он, Вовка, видел это и ничего не мог с этим поделать.

 

– Ну вот, Настасья, твой новый дом, – сказала глухо Лида Иванова, вытирая слезу, когда добрались до места.

– Эх, что теперь будет, на кого ты его оставляешь! – громко запричитала Настасьина соседка, грузная баба Валя, ровесница Лиды, вполне здоровая женщина, – как же теперь дурачок этот жить будет…

– Не надо, – остановила её Лида, – Бог спасёт.

– Ну, прощай, Анастасия Степановна, – сказал кто-то из собравшихся после непродолжительного молчания.

Как водится, целовали Настасью в лоб, перекрестили в последний раз, могильщики заколотили крышку, опустили гроб в могилу, женщины, крестясь, кинули по горсти земли в яму, после чего рабочие стали засыпать гроб с телом Настасьи.

А Вовка стоял и смотрел, что-то бормоча себе под нос. Смотрел на всех этих женщин, на эти ужасные цветы, на рыхлую чёрную болотистую землю. И так просто и странно ему это было, оттого что всё казалось очень простым. Жива была Настасья, а потом перестала быть живой – и всё, хоронят, не нужна, значит, стала Настасья на этой земле, нужно – в землю.

 

Рядом с новой могилой Настасьи были ещё две заросшие, почти заброшенные могилы Вовкиной бабки и матери. Из-за болезни Настасья последний год перестала ходить на кладбище, потому всё поросло травой. Вовка же сам приходил туда только с сестрой, помогал ей полоть, красить железные памятники, но один не приходил никогда.

Дул сильный ветер, срывая платки с голов, женщины замёрзли, но стояли и ждали конца процедуры, чтобы поскорей вернуться в квартиру Настасьи, где Лида готовила скромные поминки для соседей. Стояли и ждали. Вовка тоже сначала был рядом, потом бегал вокруг могильщиков, как будто следил за тем, хорошо ли они засыпают могилу или нет.

Когда разровняли землю, женщины начали подходить к грузовику, чтобы залезть в тот прицеп, на котором ехал гроб с Настасьей и вернуться поскорей в дом. Говорили уже об обыденных вещах, будто бы встретились не на похоронах, а где-нибудь случайно на улице. Когда уселись на скамьи прицепа, Вовка был с ними, но вдруг неожиданно выскочил и подбежал к средней могиле.

– Людка! – закричал он и упал коленями на землю и как к зрителям, обращаясь к сидевшим и разинувшим от неожиданности рты женщинам, заговорил, водя руками по заросшей земле. – А в селе одном, знаете, жили мужик с бабой, – замолчал и прищурился, – жили мужик с бабой хорошо, и все им завидовали. Ааа, вы тоже завидовали и ты, и ты… – показывал Вовка пальцами на изумлённых женщин. – А потом жена родила мужу сына, а родила и померла сразу. Мужик плакал, плакал, дитё плакало, а мужик не знал, что с дитём делать, жалко ему было дитё. И старушку нанял он. Чтоб за дитём ходить. Ну и что толку-то? – крикнул Вовка, как будто ждал ответа у зрителей, – Днём дитё не ест, а кричит только, а ночью не кричит, спит тихонечко. «Отчего так?, – думает старуха. – Ночью разведаю». Вот в ночь самую слышит она: кто-то открыл двери и прошёл к люльке, а дитё и притихло, как вроде грудь сосёт. И на другую ночь то же, и на третью. И сказала старуха мужику про это, и решил мужик тоже ночь не поспать и посмотреть. Лёг на пол у люльки, зажёг в голове своей свечу и закрыл глиняным горшком. И вот когда полночь-то настала, открылась дверь, кто-то подошёл к люльке. Мужик открыл свечу и видит: покойная мать, жена его, в том самом платье, в котором схоронили её, кормит дитё мертвой грудью. Только увидела она свечу, посмотрела на него печально и на дитё посмотрела и так же тихо ушла. А мужик тот в камень превратился. А дитё утром мёртвым нашли.

 

И замолчал Вовка, а потом вдруг заревел, не то плача, не то смеясь. И страшен для всех был его этот бред, и никто не мог решиться остановить его, и понять никто ничего не мог. Одним словом – еще хуже Вовка стал, ещё дурнее от смерти этой.

– Вовка, хватит, залазь сюда давай, – закричала вдруг баба Валя.

Но долго ревел Вовка, долго уговаривали его бабы встать с земли, но полил дождь, и Вовка сам встал и пошёл, и сел рядом с Лидой, нижняя челюсть у него отвисла, глаза были мутными.

– Ох, как безумный, – вздохнул кто-то.

– Безумный и есть, – послышалось в ответ.

– Эй! – неожиданно крикнул ей Вовка.

– Что? – испуганно ответила соседка.

– Дай копеечку, – ответил дурачок и засмеялся.

 

 

 


Оглавление

3. Глава III. Настасья
4. Глава IV. Проводы
5. Глава V. Мысли

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

02.08: Юрий Сигарев. Грязь (пьеса)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!