HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 г.

Екатерина Шендерова

Дурачок

Обсудить

Повесть

(на чтение потребуется 49 минут)
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 25.05.2013
Оглавление

1. Глава I. Горе
2. Глава II. Вовкина жизнь
3. Глава III. Настасья

Глава II. Вовкина жизнь


 

 

 

По стене прополз луч, солнце дерзко ворвалось в комнату и заставило обратить на себя внимание. Вовка лежал и молча, водя глазами, следил за бегом луча. Сначала мгновенный солнечный блик чуть соскользнул со стены, а потом вновь прыгнул вверх и исчез в углу потолка.

«Воскрес», – проговорил Вовка почти безразлично.

Весеннее утро слепило солнцем и одаряло свежестью, Вовка встал и поплёлся к окну. Прислонившись к стеклу, он разглядывал панораму двора обычного серенького пятиэтажного дома. На душе его стало как-то тревожно и как будто радостно. Пели птицы.

«Весёленько», – усмехнулся Вовка, прищурившись.

Панорама двора не могла изумить своей красотой: несколько серых тополей, расставленных по краям неширокого тротуара, две деревянные скамьи и детские железные качели – вот и все атрибуты обычного двора города С., обычного маленького городка, затерянного во времени. Попавшему в этот городок впервые сложно было понять, в каком году остановило развитие это селение.

Но Вовка смотрел в окно, и душа его радовалась чему-то. Может быть, ясному апрелю, а, может, и новому дню. О развитии этого города он не думал, он в нём родился, вырос, а значит и врос в эту землю. Эта земля была ему домом.

 

Эта земля была ему домом. Не маленькая двухкомнатная квартирка на четвёртом этаже бетонной пятиэтажки, не сам этот дом, а те дороги, по которым он ходил, каждая тропа и закоулок были ему родные. Каждый свой день Вовка проживал на улицах этого маленького убогого городка, в котором все его знали.

Вовка был старик шестидесяти с лишним лет. Он никогда нигде не учился и нигде не работал. Вовка был слабоумным. Свой мир он создавал себе сам. Для этого ему не нужны были роскошные атрибуты. Каждый день его походил на предыдущий, каждая минута жизни была окрашена серым цветом, цветом города С., но этого он не понимал, ему и так было хорошо.

Вовка смотрел в окно, и его душа радовалась чему-то. Раз, два, три… Капало с крыши на карниз, Вовка считал капли вслух. Четыре, пять, шесть…

 

– Проснулся? Есть иди, – послышался срывающийся голос старухи из кухни.

Это сестра Настасья хлопотала с утра по дому. Вовку она воспитывала с самого детства, он ей был как сын, её единственное дитя, горячо любимое, сокровенное.

– Аааа, неее, – промычал в нос Вовка. Он не любил, когда Настасья прерывала его занятия, мешала его мыслям.

– Знаю я твои капризы, есть иди, кому говорю! – прикрикнула Настасья, гремя чем-то на кухне.

Вовка махнул рукой на окно, выругался и медленно пошаркал к кухне. Худенький, сгорбленный, малорослый старик немного походил на мальчика, несмотря на поредевшие волосы, беззубый рот и старческое лицо. У него был взгляд ребёнка, подвижный, живой, и развязные манеры подростка. Он как будто тоже затерялся во времени, как и городок, в котором он жил.

– Ну, где жрать? – спросил он Настасью.

– Садись за стол, сейчас положу, – ответила Настасья спокойно, привыкшая к напускной Вовкиной грубости.

Вовка ел, а Настасья продолжала хозяйничать, поминутно повторяя: «Эх, горе с тобой, горе…»

 

Таким было обычное Вовкино утро. После еды он молча вставал из-за стола и отправлялся к себе в комнату, одевался и уходил из дома.

На улице его ждала привычная для него жизнь. Там его знал каждый местный житель. Он шёл привычной дорогой к гастроному, в котором проводил большую часть суток. Подходя к прилавкам, он перебрасывался парой слов с продавщицами, которые никогда не прогоняли Вовку, жалели.

– Как дела, Вовка? – спрашивала тётя Люся.

А он кивал и улыбался в ответ. Иногда что-то говорил, иногда чем-то возмущался. Но не всегда можно было разобрать его слова. Вовка шамкал своим беззубым ртом, и только выражение лица и жесты выражали его настроение.

 

Каждый день гастроном был полон людей. Утром чаще всего приходили пенсионерки за молоком, днём, в обеденный перерыв, толпились люди у банкомата, после обеда людей было меньше, а вечером они, возвращаясь с работы, как правило, заходили в магазин. Весь этот распорядок Вовка изучил за всю свою жизнь. Эти люди, одни и те же лица каждый божий день составляли одну сторону Вовкиного мира.

Вот человек заходит в магазин.

– Здорово, – говорит ему Вовка и протягивает руку.

– Ну, привет, – растерянно отвечает человек.

– А у меня… – говорит Вовка и показывает на рукав куртки.

– Что?– спрашивает человек.

Вовка щёлкает под подбородком и указывает на спрятанную под рукав бутылку.

– А, ну молодец, – отвечает собеседник.

Вовка щурится и посмеивается.

– Ну, это… копеечку, – говорит Вовка и показывает на кошелёк собеседника.

Человек понимает, что старичку от него надо, и он, конечно, даёт ему «копеечку» в виде десятирублёвки. Кто-то даёт больше, кто-то даёт меньше, кто-то не даёт, отнекивается. Вовка никогда не благодарит, он только кивает, как будто так и нужно, чтобы ему все давали «копеечку» без ропота и колебаний.

– Мой хороооший! – бормочет Вовка, покачивает головой и улыбается, когда человек отходит от прилавка.

 

Чаще всего Вовка просил денег у одних и тех же людей, и они ему не отказывали. Его не считали бродягой, жалели.

Он стоял в этом магазине часами, иногда выходил на улицу и бродил бессмысленно по городу. Он бродил и что-то бормотал.

Если на дороге ему встречалась молодая девушка, он заслонял ей путь и подмигивал, как будто заигрывая. Местные девушки, зная Вовку, только улыбались ему в ответ. Не обижали старичка.

– Людка! Людка! – кричал он им вслед.

Людкой он называл всех женщин. В его сознании было особое понятие – Людка, – которое олицетворяло божественную сущность женщины, к ним он испытывал нежность, смешанную со страданием. Людка была и любовь, и жизнь, и смысл, и, самое главное, женщина.

Странные чувства Вовка выказывал к детям. Стоя в магазине и наблюдая за ними, он пытался поймать их взгляд. Чтобы напугать. Когда какой-нибудь пятилетний малыш изумлённо смотрел на Вовку, тот принимался его догонять. Это была игра, и если Вовка ловил ребёнка, он только хлопал его по плечу и смеялся. Но некоторые дети боялись «страшного деда», так они его называли. А Вовка только лишь смеялся и не мог понять, почему всегда испытывает радость, когда пугаются дети.

 

Так проходил каждый его день. Когда гастроном закрывался, Вовка шёл в круглосуточный магазин, который был на углу той же улицы. Там он тоже просил «копеечку» у людей, которые редко ему отказывали.

Почти каждый день на вырученные деньги Вовка покупал «бутылочку» либо пива, либо водки, либо дешёвого портвейна.

– Что домой не идёшь, Вовка? Поздно ведь, – говорил какой-нибудь зашедший в магазин человек.

– Ааа, – махал рукой Вовка, – не хочу, – и наливал себе из бутылки в рюмку (он всегда имел при себе рюмку в кармане) какую-нибудь алкогольную жидкость.

Пьянел Вовка очень быстро. Пошатываясь, он медленно выходил из магазина, невнятно бормоча что-то себе под нос. Часто в этой речи слышались похабные грубости. Вовка научился материться ещё с детства. В городке С. это не считалось зазорным, грубые выражения были нормальной составляющей языка улицы.

И так шёл он и говорил, говорил. Говорил о людях, на которых насмотрелся за день, об услышанных новостях, говорил о бродячих собаках, снующих по улицам, и о Людке, вечной Людке, которая каждый день надевала разные лица, но была все так же молода, так же прекрасна.

 

Сворачивая на соседнюю улицу к себе во двор, Вовка садился на землю, облокачивался на стену своего дома, где ждала его Настасья. Он садился на землю и продолжал пить. Он сидел, пока не замёрзнет. Больше всего Вовка любил сидеть под мелким дождём. Он ловил ртом капли и смеялся, как ребенок, радующийся чему-то чудесному. Сидя на земле, Вовка открывал для себя вторую сторону своего мира, самую важную и сокровенную. В таком положении он чувствовал себя счастливым.

– Вовка есть! Вовка есть! – шептал радостно старик и посмеивался. – Я – раз, я – два, я – три, я – четыре, – шептал он, считая капли, упавшие ему на лицо. В такое тихое ночное время Вовка чувствовал себя единым со всем миром. Миром было всё, что его окружало, и всё, что он чувствовал. А в такие мгновения он чувствовал необъяснимый восторг.

– Вот и она тут… Земля тут. И я тут. Мать сыра земля тут, мать сыра земля… – шептал и смеялся.

 

 

 


Оглавление

1. Глава I. Горе
2. Глава II. Вовкина жизнь
3. Глава III. Настасья

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

02.08: Юрий Сигарев. Грязь (пьеса)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!