HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2020 г.

Руслан Эмер

Сигарета

Обсудить

Повесть

 

Купить в журнале за июнь 2018 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2018 года

 

На чтение потребуется 1 час 15 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 8.06.2018
Оглавление

5. Глава 4. Дом, милый дом
6. Глава 5. Беседы с собой и другими
7. Глава 6. Сыну

Глава 5. Беседы с собой и другими


 

 

 

Иллюстрация. Название: «Сигарета». Автор: Дарья Передерий. Источник: http://newlit.ru/

 

 

Захожу на кухню. Эта комната была всегда мне дорога. Ведь тут мы собираемся всей семьёй каждый божий вечер.

Собирались…

Комната. В этом кубике, поддерживаемом полом и потолком, тишина и пустота. Здесь нет никого, только ты и я, моя тетрадь. Я так сильно тебя любил, а сейчас даже и не знаю, что ты такое, что внутри тебя. А может, и не надо знать?

В этих нескольких листиках, скреплённых между собой, есть какая-то магия. Измызганная десятками лет и литрами кофе с чаем, зелёная обложка завораживает. Когда она лежит поодаль, хочется взять её и открыть. Беру в руки – от страха коченеют пальцы и рождается единственное желание, занимающее всё сознание – выкинуть её, сжечь, утопить и больше никогда не видеть. Никогда.

Нет, я не могу, не могу… Руки открывают зловещую тетрадь. Видимо, это начало конца.

«Вовсе не начало, мой друг», – отвечает на мой немой вопрос наваждение.

Останавливаюсь. Нет, я не могу! Как же это страшно.

Сажусь на стул… Помню, как два 2 года назад перестал платить кредит за кухонную мебель. Боже, что я пишу. Что за корявость, деревенщина такая. Я же умею грамотно и искренне излагать мысли… Хотя это и есть искренне, но получается не то, совсем не то…

Ну, что ж…

Вокруг меня повисает тишина. Как будто никого и не существует в этом мире. Только я и эта тетрадь. Открываю…

Глаза будто ничего не видят, пытаюсь сфокусировать зрение хоть на чём-то конкретном…

Вот буквы, слоги, вижу, появляются слова…

«Мотик мой!» О боже…

 

Мотик мой!

Я бы хотел всю жизнь сидеть с тобой на берегу пляжа этого твоего дубая, обнимать тебя, пить коктейли, встречать рассветы и провожать закаты. Или не хотел бы. Я не знаю. Вопрос не в этом, и речь моя к тебе не о том.

Желание наше очень редко соответствует нашей возможности, духовной ли, физической.

И вот я, держа сладенькую медовуху в руке, хочу поведать тебе свои переживания. В живом разговоре это невозможно, ведь надо сохранять холод ума. А когда вижу твои милые щёчки, чую своим прокуренным носом сладкий твой запах – теряю голову. А теряя свою голову, я заставляю тебя терять самообладание и женское спокойствие. Не пытайся понять мои слова умом, почувствуй сердцем эмоции и чувства, которые я вкладываю в это к Тебе письмо. Ведь нет ничего правдивее и понятнее, чем переживания, вынесенные на бумагу.

 

В моей душе горит огонь. Огонь тёмный и ужасающий. Даже – меня. Эта дьявольская сила заставляет меня не соединяться ни с кем, она убеждает меня в том, что я чужой.

Я пытался спастись от этого зверя, но всё без результата.

Мир не принимает меня, и это давно не печалит. Я нашёл в этом плюс: это делает меня особенным, отличным от большинства весёлых, беззаботных людей.

Когда я встретил тебя, я ровным счётом потерял голову. Я поверил в то, что мы будем вместе, я буду твоим рыцарем, а ты – моей принцессой. И мир никакой нам не нужен.

Но когда огонь первых поцелуев прошёл, я получил возможность более трезво смотреть на вещи. Я начал понимать, что ты и я – из разных миров. Ты – красная розочка с поля, которую надо поливать святой водой и спасать от сорняков.

А я и есть вирусное растение, которое растёт как вирус на зло всем и хочет покорить всё ваше поле. Высечь цветы – то, что люди любят, считают красивым.

Тебя ни за что никогда не хотел уничтожить, ты – моё исключение, во многих правилах.

Но ты на поле. С остальными цветами.

А я – сорняк. И пока не полью всех мышьяком – вряд ли успокоюсь.

Таков мой путь.

Мы влюбились друг в друга в самом центре озера, на котором бушевал ветер, разрушения, даже рыбы попрятались на самое дно. Но когда этот шторм внезапно кончился, мы осознали, что мы на разных берегах водоёма. И рад бы я воссоединиться, но чувствую, что помру в спокойной воде.

Я знаю, что мальчикам плакать нельзя, но прошу, не посчитай слабаком, если увидишь в этих строках слёзы.

Когда я рядом с тобой, я чувствую себя ущербным. Не потому что считаю себя хуже других, вовсе нет. Моё чувство к тебе требует от меня попыток соответствовать твоему миру, его нормам. Но я не могу, у меня не получается. И от этого коробит... От осознания того, что я не поменяю себя под тебя.

Может, это и к лучшему.

И ты это чувствуешь, я вижу. Ты понимаешь, что мы пытаемся соединиться, как пазлы. Но для этого нужно отрезать части себя. Мы не можем сделать это даже при желании: непонятно, какие куски отрезать. Настолько мы разные.

Мы не смогли обыграть судьбу. Не смогли быть счастливы. Господь победил.

И я ему этого никогда не забуду и не прощу.

Пишу тебе это всё, и становится так грустно. Помнишь, ты назвала меня «принц-безысходность», как-то так. Это очень мило.

Настолько грустно, что хочется отказаться от своих слов и снова убедить себя, что всё у нас получится. Ещё раз, ещё раз. И будет всё хорошо.

Не будет.

У нас.

У меня – неизвестно.

У тебя же всё будет хорошо, моя прелесть. Сердце обливается кровью, когда осознаю, что ты будешь с другим. Но тебе так будет лучше. Ты достойна лучшего. Я тебе не нужен.

Я сам того не желая буду отравлять твою жизнь, руша твои жизненные цели, ориентиры и веру в завтрашний день.

Я – разрушитель.

Ты – созидатель. Семьи, воспитания детей, уюта и спокойствия.

Возможно, я приукрашиваю твои качества: пелена чувств закрывает глаза и критический разум. Возможно.

Но я хочу сказать и скажу: ты самая замечательная девушка, которую я встречал на своём пути.

Но, дойдя сквозь километры до перепутья, мы встали перед выбором: пойти своими дорогами или остаться и быть затоптанными другими путниками, идущими к цели.

И я бы, возможно, рад с тобой остаться, да тебе будет некомфортно.

Зверь толкает вперёд. Жестоко и неумолимо.

Очень хочу попробовать ещё раз, но дорожу твоими чувствами. Я понимаю, насколько тебе больно от этой ситуации.

Весь мир вокруг меня мучаю своим существованием.

Тебя – не хочу.

Очень больно и одновременно радостно писать о том, что у тебя всё будет хорошо.

Свадьба, дети, семья.

По жизни иди, любовь моя.

Жаль до боли,

Что целовать буду тебя

Не я…

 

Что это было??? Что это? Неужели это писал я? Судя по почерку – да. Но почему же я об этом ничего не помню…

Или помню…

«Мотик мой» …

Перелистывая следующие страницы этой зловещей тетради, вижу только какие-то отрывочные записки, наполовину перечёркнутые, залитые и измызганные чем-то…

Что же это за слова?.. Как мне их разобрать? И надо ли…

«Закрой тетрадь», – внезапно сказал голос, доносящийся откуда-то слева. Я резко дёрнул голову влево. Это был тот парень из сна!

«Поверь мне, я могу рассказать тебе всё, что там написано. И выйдет намного лучше. Ты никогда не умел писать. Тем более – о себе… – сказал он своим резким и мощным басом. – Нам надо поговорить».

«Кто ты? Как ты сюда попал?» – Кто это, чёрт возьми, такой?

«Так же, как и в твой сон», – обескураживающе улыбается незнакомец. Но моего психического состояния это не улучшает.

«Я абсолютно ничего не понимаю».

«Ты боишься меня?»

«Кто ты такой, я не знаю тебя…»

«А как же ты думаешь, кто я? Есть какие-то догадки?»

«Я… я не знаю…»

Незнакомец ухмыляется. И плюхается на стул, ближайший к двери.

«Письмо, которое ты сейчас прочитал… догадываешься, кому оно было адресовано?»

«...Моей жене?»

«А ты догадливый. Да, твоей жене. Было время, н-да. Когда-то вы встретились и влюбились друг в друга с первой шутки. Ты тогда, кстати, неплохо шутил… в общем, классный ты был парень. Проходили дни, ты влюблялся в неё все больше и больше. Со временем ты осознал, что не хочешь судьбы городского обывателя и начал борьбу».

И тогда я начинаю что-то вспоминать. Ведь я не всегда учился в юридическом учебном заведении. Я когда-то был подающим надежды парнем, имел амбиции в области искусства… И эти амбиции как-то связаны с тем, что говорит этот парень.

Всех нас ломает любовь. Но незнакомец всё-таки корил меня за это.

«Борьбу со всеми, с обществом, конечно. Но, в первую очередь, это была война с собой, с этой любовью, которая поглотила тебя с головы до ног…».

И девушка-жена у меня была не всегда. Я помню, как отказался от любви как чувства, которое заставляет тебя сдаться, слиться с толпой. Но когда её встретил, всё переменилось. Я пытался сражаться, вот, судя по письму, принимал решение и уходил от неё… Но потом… сдался. Любовь оказалась сильнее всего моего существа: целей, амбиций и других желаний. Всю мою жизнь, настоящую и будущую, все мои мечты и цели сосредоточились на возможности целовать её каждое утро и делать ей кофе. Глупо, но это так: любовь меня победила. Как и многих других. Да что там, практически все так ломаются. В детстве ли, в юности или в более зрелом возрасте.

«Ну, и что в итоге? Я победил?» – спрашиваю, хотя знаю ответ заранее.

«Не думаю. Ты хотел сбежать от неё, отправил ей это письмо. Но прошло время, ты побегал, поотрицал всё вокруг и в итоге сдался, прибежал к ней обратно. Это письмо ты оставил как память. Оставил последний текст, в котором осталась душа свободного Р. Не мещанина. Видишь, какой ты был сентиментальный?»

«Что вообще за мещанство? Что это за слово?» – спрашиваю. Как же мне надоело это слово за сегодняшний день.

«Может, хотя бы чай нальёшь? Где твоя гостеприимность?»

«Да кто ты вообще такой?! Откуда ты всё про меня знаешь?!» – взрываюсь я. Эта ситуация начинает серьёзно действовать мне на нервы. Я даже не подумал, что громкие звуки могут разбудить домашних. Да и к чёрту их всех! – «Что тебе от меня надо?»

«Мне от тебя – ровным счётом ничего. А вот тебе от меня – нужно многое. Ну, или не нужно. Это абсолютно неважно. Цель моего визита никак не зависит от этого».

«Хорошо», – не знаю почему, но невозмутимый тон его голоса успокаивающе действует на меня. По крайней мере, он не хочет меня убить. А это уже хорошо…

«Или плохо?» – загадочно отвечает незнакомец на мой внутренний вопрос. Он читает мои мысли?

«Да, читаю»

Это ввергло меня в полное помешательство.

«Я понимаю, что тебя это конфузит, поэтому давай я буду отвечать только на те вопросы, которые ты озвучиваешь. И сделаем вид, что я слышу только то, что ты произносишь. Ведь разговор предстоит долгий. И серьёзный»

Меня удивляет, как этот парень адски похож на кого-то. Постановка его речи, взгляд, поза, в которой он сидит. Он будто всем своим видом показывал: пришёл победитель.

Он обворожительно ухмыльнулся… Он же видит мои мысли, сучёныш, не надо об этом забывать.

«Так, ну ладно, я думаю, стоит начать, – говорит незнакомец. – Вижу, ты тут неплохо обустроился… офис, семья, машина… Ни на что не жалуешься?»

«Да… это, ну… нет, вроде бы…»

«Неплохой ответ для 30 лет»

«Мне 37»

«Это неважно, ведь живёшь ты всё равно как 70-летний»

«Да уж…»

Посидели, помолчали минуту, может две. Незнакомец берёт со стола яблоко, протирает его салфеткой, подносит ко рту и смотрит на меня, с таким видом, будто этот ритуал имеет какое-то особое значение. Эта сцена будто длится вечно. Времени для меня сейчас не существует, как и всего вокруг. Ни семьи, ни этой моей жизни. Только я, тетрадь и этот незнакомец.

Незнакомец кладёт яблоко между нами и проникновенным голосом опять задаёт свой излюбленный вопрос.

«Ты знаешь меня? Подумай хорошенько»

«Нет, я тебя не знаю», – отвечаю в сотый раз.

«Ну хорошо, подойдём к этому не так сразу… Видимо, у мещан память стирается после предательства. Видимо, жить так легче. Да? Просвети, пожалуйста»

«Ты о чем? Какое предательство?» – о чем он? В эту секунду я готов зарезать его.

 

«Ты предал нас. Неужели ты забыл даже это?»

«Кого я предал? Что ты несёшь?»

«Ну неужели ты, недоумок ничего не помнишь?»

«Отстань от меня с этим вопросом и перестань его задавать, я ничего не помню!»

«О’кей, о’кей… тогда открой тетрадь!»

Я открываю тетрадь и вижу:

 

«Манифест плевок в мещанство»

 

Мы построим царство справедливости и искренности. Всю историю существования нашей цивилизации люди пытались построить справедливое, честное общество. Но всё кончалось неудачами. Почему? Потому что выбирались неправильные методы и механизмы, влияние пытались оказать непосредственно на политические, экономические процессы и институты. Захват государственной власти был основанием для проведения преобразований. Но история показывает, что все беды – снизу, с основания. Политика и экономика – это второстепенные сферы. Определённая культура, а именно система понятий, ориентиров, взглядов и стереотипов является базисом общества. И чтобы построить новый мир, нужно изменить культуру со всеми вышеперечисленными компонентами. Этим мы и займёмся, и в этом мы добьёмся победы.

Главный враг – мещанство.     

На первый взгляд, это может показаться странным, но корень всех бед в этом мире – мещанство. Под мещанством мы и наши сторонники понимаем систему ценностей, основанных на приземлённых интересах и потребностях.

Весь род человеческий делится на две группы: творцы и потребители. Первые способны привнести в этот мир что-то новое. Потребители же способны только перерабатывать созданное другими через пищеварительную систему и другими способами. Как видим, общественный прогресс обязан всем именно Творцам. Интерес таких людей возвышен и заключён в создании нового, объективации своего миросозерцания. Человек без преобладания этой потребности в системе ценностей признаётся мещанином.

Более того, все беды в мире: войны, катастрофы, иные проблемы социума имеют место лишь ввиду преобладания мещанского миропонимания у большинства членов общности. Возьмём простой и близкий всем пример – войну. Зачем армии идут друг на друга, убивая друг друга? Потому что им приказали, убедили в том, что их дело правое и убийство себе подобных просто по признаку национальной принадлежности – дело правое, достойное уважения. Люди верят в это, ибо система понятий и ценностей не позволяет им взглянуть на происходящее со стороны, задаться вопросом: кому нужна война?

Мы отвечаем, в чьих интересах ведётся война – в интересах государств. Патриотизм – одно из основных понятий мещанской культуры.

Ответь, читающий, на один вопрос: если бы немцы в 1939 или 1941 понимали, что война ведётся в интересах государства Третьего рейха, Гитлера, если бы они понимали, что обычные люди любых наций – их друзья, а все государства – враги, пошли бы они воевать? Конечно, нет.

Этот пример можно применить к абсолютно любой войне.

Нам, обычным людям, не хочется умирать самим, отправлять своих сыновей на смерть, а дочерей – на изнасилование, просто потому, что кто-то сверху хочет отстроить себе особняк путём отмыва денег и иных доходов с войны.

Сколько человек погибло из-за этого. А всё почему? Потому что никто до нас не догадался, в чём корень проблемы. Мы – первые, и мы избавим мир от этого монстра – мещанства.

Если бы классификация останавливалась на делении людей на творцов и потребителей – культурная революция победила бы на следующий день. Но всё сложнее: среди творцов в искусстве большинство – сторонники мещанских ценностей и с мещанским мышлением. Против таких людей в основном и идёт борьба.

Эти люди смеют поднимать перо, кисть на чистое искусство. То, что они делают, мы называем не Искусством, не творчеством, а «вытворчеством», как говорит один из величайших деятелей искусства нашего времени.

Перо в руке – огромная ответственность. Мы живём в такое время, когда стихи пишет каждый пройдоха с психологией забитого в школе мальчишки. Происходит падение эстетических вкусов, и такие люди виновны в этом. Надо очистить Искусство от мещанских элементов, от этого зависит успех всей культурной революции.

Когда мещанство перестанет быть преобладающей идеологией – всё изменится. Не будет лжи, притворства и фальши – как в искусстве, так и в быту. Ведение войн будет невозможным. Люди – и с той и с другой стороны – просто не пойдут убивать друг друга. Человечество доведёт до минимума такие отрицательные элементы общества, как бродяжничество, бедность, безграмотность. Это будет обеспечено нетерпением людей к таким понятиям.

Мещанство – главный враг.

Манифест Культурного объединения «Плевок в мещанство»

 

Подпись – Р. и Триб

 

Что это за Триб? Наверное, это человек. Что-то знакомое… А это, видимо, моя подпись… Рука, ещё не набитая десятилетними подписями документов в офисе, это видно по прерываниям витиеватости… Но это всё равно моя подпись, это очевидно.

Триб… Брат…

И тут меня внезапно взрывает буря. Я закрываю глаза, и моё сознание уносит куда-то далеко.

Я переношусь на годы назад. Я попадаю в комнату, вернее, почти попадаю: я застреваю в стене… Может, пороки телепортации? Во времени… только глаза, рот и нос высовываются из стены. Я кричу, но меня, видимо, не могут слышать…

Обычная обстановка… кухня, опять она. Стол, два ноута, порванные искомканные листы бумаги на полу, пепельница, сиги, по всему столу разбросанные записки. Играет какая-то песня. Слушаю её, и она мне нравится. Чувствуется энергия, душа, вложенная в это творение, да и со стороны техники всё сделано очень круто – это видно даже мне, обывателю…

Очень долго я не слушал таких песен.

За столом сидят два парня. В их манере сидеть, взгляде в ноутбук – что-то до боли общее. Внешность отличается: один высокий и длиннорукий, другой среднего роста, весь в татуировках и с кудрявыми волосами.

«Брат, это всё дерьмо, переделывай», – говорит кудрявый.

«Да, хрень какая-то…»

«Сейчас скажу. – Подумал, посмотрел, закурил сигарету и говорит: – Текст никакой вообще. Вроде бы и написал ты, это видно, но как будто ты, который уже зае…ался от всего, сдался и, уйдя на пенсию, решил вспомнить молодость… такая тема. Не, брат, текст не разъё…ывает, надо переписывать…».

«Хм… я подумаю, Триб. – Этот пацан будто взгрустнул, но по его глазам и опустившимся бровям видно, что сдаваться он не собирался. – Ща-а давай покурим, выпьем чуток и я опять начну».

«Давай, давай», – закурили по сигарете и началось.

А. – «Бл…, брат, хреново чё-то так…».

Б. – Чё такое?

А. – Ща. – Выпил стакан жидкости, видимо, с алкоголем, и говорит: – Ты, ладно, ты победишь. Ты – талант и продукт твой – тема. А я-то что… я ничего не умею… пишу, как ублюдок…

Б. – Вась, чушь не неси.

А. – Брат. У меня такое чувство, будто я вообще пургу на бумагу несу. Всё, что я пишу – банальная чушь. Возьми бомжа с мусорки… дай ему тетрадь с ручкой или ноут, и он напишет так же. Абсолютно так же. Каждому ведь в этом мире есть что сказать. Каждый чувствует. Влюбляется, завидует, ну и так далее. Смысл делать то, что может сделать каждый? Графомания, бл...

Б. – А ты что, можешь не писать?

А. – Нет, не могу.

Б. – Ну вот, что же тогда, о чём речь.

А. – Ты же сам знаешь. Я должен писать. Если не буду писать, стану таким, как они… ну тогда писать в стол надо, ну к чертям эту революцию. Всё равно никому ничего не докажем…

Б. – Брат, не беси меня, ты идиот, сука. Пошли со мной, пойдём, пойдём, дебил ты ссанный.

Выводит А. на балкон. Благо дверь они не закрыли, и я слышу все что они говорят.

Б. – Посмотри на этих людей. Видишь, на работу идут… 7 утра же, надо идти, если опоздают, босс даст им по заднице и уволит с работы. Вчера вечером они попили пиво и посмотрели футбол, потом их отымела жена за то, что они не уделяют ей внимание, потом они 200 раз извинились куннилингусом. Ведь они не хотят остаться без секса. Они – животные, цель жизни которых – трахаться, пить и улыбаться, несмотря на то, что их имеют везде: на работе, дома, в пробке. Действительно, зачем сопротивляться, если можно открыть «Вконтакте», лайкнуть котика, и станет легче. Ну вот, смотри, эти супруги потрахались, как два мамонта на скотобойне, и легли спать. Сегодня пятница, возможно, если его отпустит жена и не нужно будет сидеть с ребёнком, он пойдёт с друзьями в бар. Будут базарить о какой-то чуши или смотреть опять этот треклятый футбол. Будут пускать слюни на проходящих мимо тёлок и понимать, что они их никогда не увидят без куртки. Потому что они лохи, неудачники, ничтожества, отбросы – мещане. У них нет ни мозгов, ни свободы. Нет идеи, что самое главное. Они живут для того, чтобы просыпаться на работу и выплачивать свой кредит. И они даже не думают, что можно иначе. Каждый ребёнок рождается в обществе, в основе которого – ценности мелкого забитого лавочника-буржуа. Ему навязывают это всё, он начинает думать, что это нормально и альтернативы никакой нет и быть не может. Скажи спасибо, что мы не такие. И мы не будем такими, никогда и ни за что не сдадимся.

Брат, мы построим новое общество. Лучшее, чем это. СЛОВОМ мы разожжём огонь в сердцах людей, на которые когда-то нассали ещё в детском возрасте, и они больше никогда не давали о себе знать. Посмотри на детей. Они же другие абсолютно. Дети – это люди в чистом смысле этого слова. Люди, которым не промыли мозги вот этим «живи, чтобы заработать и понтоваться машиной». Вот и всё. А эти все… Они не люди, они – свиньи. И ты хочешь стать одним из них? Хочешь отказаться от этого, хочешь отказаться от войны просто потому, что у тебя пару вечеров не получилось что-то написать? Или ты бросишь писать, бросишь революцию потому, что для тебя предпочтительнее поиграть в комп? Да пошёл ты тогда, мудак. Если ты действительно хочешь это сделать, то ты такой же тупой, пустой, скучный, рубашечный перец. Вот и всё. Хочешь быть таким – скатертью дорога.

А. – …

Б. – Ну что ты уткнулся? Давай же, на работу к 8 как раз успеешь, если поспешишь.

А. – Спасибо тебе, брат. Вдохновил. Бывает такое…

Б. – Да знаю, брат, всё нормально. Но нельзя отходить от цели, нельзя сраститься с мещанством. Мещанство везде, и оно пытается поглотить тебя. Когда ты идёшь на встречу выпускников и видишь, что твои бывшие товарищи на дорогих тачках и с президентскими часами – оно начинает давить тебя. В человеке заложено стремиться к общественному признанию, а оно основывается именно на наличии у тебя таких цацек… Тебе-то всё равно, по большому счёту. Но смотрят на тебя, как на лоха. И тут мещанство идёт в атаку шёпотом тебе в черепушку: «Брось всё, ты же можешь так же. Можешь даже лучше. Брось искусство и иди в офис. Пройдёт 3 года, и ты станешь успешнее, чем они все. И когда ты в следующий раз придёшь, все будут смотреть на тебя как на короля. Та девочка тебе наконец отдастся. И всё у тебя будет: авторитет, признание, власть.

Но нельзя этому поддаваться. Знай, что огонь, который у тебя в груди, стоит дороже всех материальных благ этого мира.

Они – за то, что происходит в обществе, за всю эту гниль. Это даёт им возможность иметь блага и статус в обществе. Мы – против, несмотря на то, что это делает нас отшельниками. Мы сделали выбор в пользу самобытности – и в этом наша сила.

А. – Светает уже.

Б. – Да, брат. Мы их всех победим. Вот увидишь, брат, вот увидишь. Сейчас нас никто не принимает всерьёз. Девочки динамят, а пацаны ржут. Они, по мнению общества, занимаются важным делом: увеличивают доходы жирных буржуев, защищают в суде мошенников за долю в махинациях. Но придёт время, когда игра перевернётся. Мы будем заходить во все двери с пинка. Люди будут нас ненавидеть, ведь мы презираем всё, что им дорого. Будут ненавидеть, но чувствовать, что вот они – настоящие люди. Будут чувствовать, что мы сильнее. Потому что мы – против! А эти все остальные – просто пустые идиоты в рубашках и галстуках. Одинаковые, похожие сами на себя.

А. – Брат, я тебя никогда не брошу. Спасибо тебе, что мы вместе. Мы всех порвём. Вдвоём.

Они обнялись, гордо и с верой глядя, «как горело небо». Демонстративно бросают бычки в закат. «Вот, что мы сделаем с вашим миром!»

А. – Ну что, погнали дальше?

Б. – Да, всем конец, брат! Пойдём.

Два друга заходят в комнату, резкий звук от закрывшейся двери выстреливает в мой нос, и я лечу вдаль от этой комнаты на бешеной скорости…

 

«Ну что, начинаешь вспоминать?»

«Д-да… что-то дико знакомое… почему я ничего не могу вспомнить… будто всё это происходило не со мной. Как будто мне стёрли память…»

«Не стерли, братишка, ты сам её стёр. Вместе со своей прошлой жизнью».

«Да уж... что это были за ребята?»

«А они тебе не знакомы?»

«Я будто бы видел их очень давно… но сейчас не могу вспомнить…»

«Это ты… дурень… и твой друг».

«А где мой друг? И о чём это мы толковали?»

«Вы толковали о том, как бы не оказаться в кредитной квартире с женой и детьми…»

«Так… и где же он?»

«Он умер в 25 лет, это было 12 лет назад – и ты, кстати, мудень, не приехал даже к нему на похороны – ты бросил его. Предал. Ты влюбился и ушёл в мещанство. Резко оборвал с ним все контакты. А он один не вывез… он воевал рьяно и отчаянно. Сил оставалось всё меньше и меньше, и он подсел на наркоту. Когда он писал и писал очередной альбом, у него полетела крыша, и он начал нюхать, чтобы избавляться от панических атак. Но к 25 годам умер от передоза.

Похоронила его мама. Больше о нём никто не узнавал. Ну, это произошло в твоём мире…

«Что значит – в моём мире?»

«Ты ещё не понял, кто я такой?»

«Нет…»

«Неужели ты не видишь ничего близкого тебе? Как я говорю. О чём я говорю… как я одет».

«Ты – это я?..»

«Или не ты… но, может, я – это ты такой, каким бы стал, если бы не бросил Триба. Или я и есть тот самый Триб. Или, может, кто ещё. Кто знает. Но это неважно, скажи мне лучше: видишь ли ты, какой я сильный? Ты же это чувствуешь».

«Чувствую».

«Ну вот, значит, кто я такой, на самом деле не так уж и важно. Но, несмотря на мою силу, я все равно скоро умру, и пришёл к тебе… пообщаться перед смертью. Я сделал всё. И я ухожу из жизни. Больше жить мне незачем».

«И что, что-то изменилось в этом мире?»

«А это важно?»

«Конечно, я думаю – да, ведь каждая деятельность должна иметь результат. Иначе это не победа».

«Друг мой, неужели ты всё забыл. Мне тебя жаль. Ведь победить – значит воевать до конца, зная, что ты проиграешь. Мещане обычно выбирают лёгкие дорожки. Пути, на которых меньше сопротивления, пути встраивания в систему. Пути, на которых их будут любить и возносить, несмотря на общую никчемность их бытия. А ты кричишь во всеувидение: «Вы – никто, и звать вас никак». И когда в тебя летят камни, ты не бежишь, а остаёшься, принимая удар за ударом. Ты не побоялся сказать правду и стоять за неё ценой всего, что у тебя есть. Это и есть плевок в мещанство».

«А что же мне делать?»

«Не знаю, это решать не мне…»

«А я уже забыл, что такое решать что-то за себя».

«Ладно, удачи тебе. Я пришёл попрощаться – я это сделал. Меня этот мир ваш, если честно, не особо интересует, ведь я из другого. Да и своё я уже отвоевал. Так что делай, что хочешь. Но я ухожу с чистым сердцем. А с каким уйдёшь ты?..»

И тянет мне руку. Я её пожимаю. И он испаряется.

Тетрадь всё ещё открыта на странице «Плевок в мещанство».

А я что? Какой я плевок?.. Я сам и есть харча…

 

Взял ноутбук с холодильника, начал писать.

Что писать?

Письмо сыну.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за июнь 2018 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению июня 2018 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

5. Глава 4. Дом, милый дом
6. Глава 5. Беседы с собой и другими
7. Глава 6. Сыну

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

15.10: Светлана Чуфистова. Всё что было… (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за март 2020 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!