HTM
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2019 г.

Виктор Герасин

Живоносный источник

Обсудить

Повесть

На чтение потребуется 2 часа | Аннотация | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 4.09.2013
Оглавление

6. Часть 6
7. Часть 7
8. Часть 8

Часть 7


 

 

 

Крестили людей из мордовского поселения в два приёма. Которые на ходу, тех сажали в сани и доставляли в Никольский храм Кузьминой-Гати. Отец Алексей скоро уставал, его заменяли ученики Питирима, которые приехали поучаствовать в обряде крещения. А ближе к полдню и сам Питирим приехал в станицу. Он привёз нательные крестики, свечи и возглавил обряд. Крестили без купели, так как людей было много, а на дворе стояла зима. Каждого крещаемого или крещаемую отец Алексей обрызгивал святой водой со словами:

– Во имя Отца, и Сына и Святого Духа.

После чего надевали на шею крещаемому нательный крест.

Ученики непрестанно читали полагающиеся при обряде молитвы и пели:

 

«Итак идите, научите все народы,
крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа,
уча их соблюдать всё, что Я повелел вам;
и се, Я с вами во все дни до скончания века».

 

После этого Питирим совершал Таинство Миропомазания. Произносил:

– Крещается раб Божий во имя Отца, аминь. И Сына, аминь. И Святаго Духа, аминь».

Ученики по одному брали крещаемых и трижды обводили вокруг аналоя. По ходу торжественных песнопений читали Послания Апостолов и Евангелие, испрашивали «совести благи вопрошение у Бога, воскресением Иисус Христовым». В заключение происходил обряд сострижения клочка волос с головы крещаемого. Так христианин предавался воле Божией.

Одним днём окрестили более двухсот жителей мордовского поселения. Одни из них были сумрачны, другие радовались происходящему с ними. Прежде чем садиться в сани и трогаться в обратный путь, усердно крестились, хорошо выпивали крепкой медовухи, заедали вяленым мясом, солёной рыбой с хлебом и луком. А насытившись, вновь крестились и падали в сани:

– Поехали! Хоп, хоп, златогривая!

И запевали свои мордовские песни.

 

Управившись с обрядом, в храме отдыхали священники, ученики, Василий, Матвей.

– Отдохнём немного и поедем в поселение, – сказал Питирим. – Надо дело до конца сегодня же довести. Там пожилые люди, дети малые. Тоже крестить надо.

– Нет, не советую, – остановил Питирима Матвей. – Пока приедете, там большинство пьяны будут. У нас так: свободный день – пей вино вволю. Вот теперь от двора ко двору все бражничают там. Так что нынешним днём не управишься, батюшка. Будет другой день, тогда покрестишь остатки. Как артель наша на твои работы выйдет, трезвая будет, и в поселении будет благостно. Тогда приезжай и крести.

Отец Алексей пригласил всех в трапезную.

– Отец Питирим, может, ко мне пойдём, к моей трапезе? – спросил Василий.

– Нет, Василий, благодарствую, останусь с учениками, заодно поговорю с ними, что так, что не так у нас ныне было. Стройности нет, последовательности. Мне это не нравится. Учиться будем.

 

Отобедав у Василия, Матвей в благостном расположении духа возвращался в поселение.

Солнце приближалось к закату. Легкий морозец настраивал на умиротворение, на уверенность в том, что плотницкая артель будет обеспечена большой работой на постройках храмов у отца Питирима. Первым делом храм Иоанна Предтечи, затем храм в новом Тамбове, женском монастыре, затем епархиальный храм, затем постройки и дом архиерейского подворья. Пальцев на одной руке не хватит, чтобы сосчитать всё то, что задумал строить отец Питирим. И интерес он имеет в мордовских плотниках, значит, содержание плотникам обеспечено года на три, никак не меньше.

Матвей просчитывал, кого он возьмёт в артель, как разобьёт артель на звенья, кого поставит во главе каждого звена. И получалось по его подсчётам, что не менее сотни человек ему понадобится, чтобы одновременно начать стройки всех намеченных храмов.

Сани выскользнули из леса на заснеженную луговину. В полуверсте по возвышенности раскинулось поселение. И вдруг Матвей привстал в санях. Глазам не верилось: избы горят! Горят сразу пять изб! Да что же это такое!? Среди зимы, снега чуть ли не по верхам крыш, а горят!

Матвей хлестнул по лошади вожжами, она от испуга прянула было в сторону, но тут же выскочила на дорогу и галопом понесла сани к поселению. По улице, между горящими избами суетились люди. Пытались снег бросать в огонь, но огню от этого убыли не было, он взвихривался на соломенных крышах, взлетал высоко, колыхался то в одну, то в другую сторону. В воздух поднимались «галки» горящей соломы, опускались на соседние крыши, их там сбивали длинными шестами, метлами на черенках, не давали зацепиться за солому.

На Матвеевой избе солома уже сгорела, занялись стропила.

Бросив лошадь, Матвей метнулся в избу – все ли покинули её? Изба была пуста. Появился Егор. Без шапки, в одной рубахе, он был чёрен от копоти, по лицу и груди стекали грязные ручейки пота.

– Батюшка, жгут, жгут нас! Трое были! Видели их! В лес ушли! Готовь погоню за ними по свежим следам!

Прокричав охрипшим голосом всё это отцу, Егор по лестнице взлетел наверх, метался по потолку, отбивал топором стропила, сбрасывал их на снег. И не просчитал, освобождённая угловая толстая стропилина пошла сверху на него, он не видел её, не отклонился, и она ударила его по голове, отчего он упал навзничь, лицом вверх, а она, горящая во всю длину, завалилась на него.

 

– Егор-р-р! – дико закричал Матвей и взбежал по лестнице на потолок, норовя помочь сыну. Но под ногами вдруг хрустнула доска, и Матвей провалился в избу, оставшись висеть на локтях. Он видел, как Егор начал было освобождаться от стропилины, но другие, горящие, одна за другой падали на него. А Матвей висел на локтях и не мог подняться, спасти сына. Свёл локти и рухнул в избу.

Подоспевшие мужики раскидали с Егора стропила, сняли его по лестнице в низ, положили на снег. Матвей выскочил из избы к сыну, с которого срывали тлеющую одежду. Егор лежал, откинув голову, из виска на снег стекала кровь. Матвей, жена его Анна, две дочери, плача, пытались привести Егора в чувство. Но это им не удавалось. Они видели, как Егор открыл обожжённые глаза, посмотрел на всех, как бы пытаясь зацепиться взглядом за родные лица, даже улыбнулся, и голова его бессильно откинулась, глаза остановились открытыми. Уже над мёртвым сыном Анна непрестанно выла, запрокидывая голову. Дочери обнимали её, прижимали к себе, пытаясь остановить вой. Матвей сидел на снегу и остановившимися глазами глядел в умершие глаза сына.

Анна вдруг перестала выть, посмотрела внимательно на Матвея и сказала:

– Ты, это ты всё. Это нам за крещение.

Вокруг семьи Матвея собирались люди.

 

В день похорон в поселение прискакал верхом Степан Самойлов. Его послали уточнить, как собираются хоронить Егора, по старому мордовскому обычаю или как новокрещёного. Мать Анна наотрез отказала хоронить по-христиански.

– Мы ещё не успели полюбить новую веру, потому не станем отступать от того, как делали наши матери и отцы. Будем хоронить по-своему, по-привычному.

И Матвей согласился с женой.

Хоронили Егора из своей, обгоревшей, с проломленным, кое-как заделанным потолком, избы. Родственницы, соседки помыли, поскребли полы, лавки столы, жарко натопили просторную печку. Тело покойного обмыли, нарядили во всё новое, ещё ни разу не одёванные рубашку, штаны, суконную обувь. На подоконник поставили воду в горшках. Верили, что душа умершего по выходе из тела должна омываться водой

Как принято, в похоронах участвовали все родственники покойного. А родственниками были в поселении двор под двор, каждая семья. Женщины повязывали свои головы белыми холстами так, что концы от повязок достигали пяток. Все несли с собой продукты и деньги, кто сколько мог.

Мужчины делали гроб. Для этого принесли толстый, высушенный сосновый комель, раскололи его пополам, и топорами выдалбливали в каждой из половинок углубление. Другие мужчины с утра отправились копать могилу. Матвей сам их повёл на лесное кладбище, указал место, где копать, и размеры могилы. Трём опытным плотникам поручил сделать на дне могилы склеп: стены отынить и верх перекрыть дубом.

Гроб с телом покойника вплоть до кладбища несли мужчины, а женщины пели молитвы и причитания. При выносе умершего взяли с собой хлеб, соль, пироги, блины, платок и чашку с кружкой, полотенце, нитки. Всё это отдавали первому встречному на пути к кладбищу – это чтобы на том свете душу покойного встретили так же хорошо, как на земле встречают первого попавшегося прохожего.

Когда гроб несли по деревне, то несколько раз останавливались у жилищ родственников и соседей, которые выносили на улицу стол с хлебом и солью, прощались с покойником.

 

Кладбище располагалось на поляне в лесу, около воды, по берегу ручья.

В давние времена жители этого поселения, да и многих других мордовских поселений, хоронили совсем по-другому. Гроб с телом покойного не опускали в землю, а привязывали к четырём берёзам. Такое захоронение считалось воздушным. Люди верили в то, что души умерших воскресают в деревьях, и деревья почитались как божества плодовитости, из которых произошли все существа. Но давно уже в поселении так не хоронили.

Матери Анне представлялось, что если захоронить сына на деревьях, то она будет приходить к нему, быть рядом с ним, сколько ей захочется. Потому она уговаривала Матвея:

– Ну уступи ты мне, Матвей, сына. Раз люди родились на деревьях, то и хоронить их надо там же. Ты ведь знаешь, что душа сына нашего примет образ птицы и ей легче будет навещать нас. Это ведь не из-под земли ей высвобождаться.

Матвей угрюмо отмалчивался, понимая всю боль и скорбь материнскую. Но ушёл в прошлое обычай захоронения на деревьях. А ушёл – так что ж к нему возвращаться, пусть сын лежит в сырой земле в одном ряду с родственниками. Чего ж теперь…

 

Было принято, что после погребения во дворе разводили большой костёр, вокруг которого обносили поминальные блюда и в котором сжигали пряди волос, остриженные с головы или бороды поминающих.

Но Матвей и Анна не пожелали разводить костер. Они не могли смотреть на огонь, который отнял у них сына.

А перед вечером в поселение приехали отец Питирим, отец Алексей, станичный атаман Василий Самойлов. Они поговорили с Матвеем, усадили его в сани и поехали на кладбище. Там Питирим и отец Алексей прочитали заупокойную молитву над свежей могилой. Питирим подал Матвею крестик, попросил:

– Зарой, пока земля не смёрзлась. Своей рукой зарой. Всё же крещёная душа, упокой его Господи.

И когда Матвей сделал так, как просил Питирим, все вмести они сели в сани, пустили лошадей шагом.

– Три дня как крестили, и вот… – глубоко вздохнул Питирим. – Да, я понимаю, многим наше дело противно, будут и злобствовать, будут и мстить. Значит, нам, священникам, надо осторожно подходить к крещению, не торопить, выжидать, когда люди духовно созреют к этому. Не силой, тем более, а ласковым верным словом, убеждением надо действовать.

– Только так, только так, – кивал головой отец Алексей. И ему вторил Василий.

 

 

 

Н. Покровский. Очерки памятников православной иконографии и искусства (антикварное издание). Издательство: Типография А. Катанского и Ко, 1894 г.   Андрей Павлов. Описание Свято-Троицкой Александро-Невской Лавры, с хронологическими списками особ, погребенных в церквах и на кладбищах Лаврских (антикварное издание). Издательство: 	Типография А. Бородина и Комп., 1842 г.   Снимки древних икон и старообрядческих храмов Рогожского кладбища в Москве (антикварное издание). Издательство: Типо-литография Товарищества И. Н. Кушнерев и Ко, 1913 г.

 

 

 


Оглавление

6. Часть 6
7. Часть 7
8. Часть 8

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.11: Владимир Левин. Судья (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!