HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Игорь Белисов

Невинные истории

Обсудить

Сборник новелл

 

или Сентиментальное чтиво

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 28.10.2011
Оглавление

2. Часть первая «Мужчины». Лев
3. Часть первая «Мужчины». Попытка номер…
4. Часть первая «Мужчины». Осенние фантазии

Часть первая «Мужчины». Попытка номер…


 

 

 

В ресторан вошли мужчина и женщина. Он – практически безупречный красавец, высокий, с правильной осанкой, с уверенным выражением лица, пересекающий зал развязной походкой прожигателя жизни. Она – изящная и хрупкая, ослепительно молоденькая, почти девчонка, печатающая частую дробь изнурительно высоких каблуков рядом с уверенной поступью своего спутника.

– Вот это да! Как здесь шикарно! – сказала она, очертя обозримое пространство восторженным взглядом.

Он самодовольно улыбнулся:

– Да, ничего так себе местечко. Люблю здесь бывать.

Традиционный для таких заведений полумрак ресторанного зала был элегантно подчёркнут белыми квадратами скатертей, увенчанных ловко скрученными конусами крахмальных салфеток. Несмотря на вечерний час, почти все столики были свободны, и несколько посетителей, тихо поглощающих свой ужин, совсем не разбавляли своим степенным присутствием ощущения холодной и надменной пустоты. В глубине помещения, на мягко подсвеченной сцене, седовласые, почтенного вида музыканты исполняли нечто благородное, ненавязчиво-ностальгическое. В сумрачных нишах по периметру зала выжидательно светились строгие манишки официантов.

– Ой, здесь, наверное, очень дорого? – с кокетливой опаской предположила женщина.

– Но ведь и ты – дорогая гостья, – галантно успокоил мужчина.

Он прошагал ещё несколько метров и, наконец, остановился возле выбранного им столика.

– Как ты смотришь на то, чтобы нам сесть, к примеру, здесь? – безальтернативно предложил он.

Его заботливые руки, в соответствии с этикетом, слегка отодвинули стул, пропуская внутрь её изогнувшееся тело, с непременно приглаженной к округлившимся бёдрам юбкой. Сам он опустился на стул рядом, наискосок от неё, как делают люди, не желающие быть удалёнными за ограду крахмальных салфеток.

– Выбирай, моя королева, – сказал мужчина и протянул женщине кожаную папку меню.

Та принялась листать страницы – с тем рассеянным видом, который всегда отличает человека не искушённого в ресторанной трапезе. Мужчина с нескрываемым удовольствием наблюдал, как её глаза, прикрытые роскошными опахальцами ресниц, бессмысленно скользят по ничего не говорящим названиям. Лишь иногда, споткнувшись на впечатляющей цифре цены, её взгляд вспыхивал огоньком фальшивого ужаса.

Вдоволь насладившись очаровательной беспомощностью дамы, мужчина нежно взял её за руку.

– Позволь заказать мне.

Он распахнул меню, ленивым движением указательного пальца пересек страницу, – совсем не изучая, а только лишь как будто убеждаясь, что давно знакомый ассортимент по-прежнему находится на неизменном, законном месте, – и, захлопнув папку, вальяжно вскинул руку.

– Официант!

Тут же из сумрака ниш выдвинулась одна из манишек, увлекая на свет и всё, к ней прилагавшееся – строгую черноту костюма, безукоризненный блеск туфель и изящный разворот бабочки, подпирающей своими крылышками квадратный, гладко выбритый подбородок мужчины неопределённых лет, привыкшего к хорошей пище и хорошим, должно быть, чаевым, что без труда читалось в его сдержанно-подобострастном взгляде.

– Слушаю вас, – сказал официант приблизившись.

Мужчина откинулся на спинку стула и, вновь распахнув меню, с видом неброского превосходства принялся вонзать свой указующий перст в выбранные им места текста.

– Нам, пожалуйста, вот это, это, и еще, пожалуй, вот это.

– На двоих? – уточнил официант.

– Разумеется.

Официант быстро записал заказ в свой рабочий блокнотик.

– Что будете пить? – поинтересовался он.

Мужчина переадресовал вопрос своей спутнице:

– Что ты будешь пить?

Та неопределённо повела плечами, давая понять, что готова присоединиться к его выбору.

– Ну что ж, тогда, пожалуй... – протянул мужчина, и прочел название какого-то вина. Он прочёл его с таким убедительным французским прононсом, что женщина расплылась в доверчивой улыбке, капитулируя перед его неотразимой искушённостью. – Кстати, оно у вас урожая какого года? – въедливо поинтересовался он у официанта, и, услышав ответ, удовлетворённо кивнул: – Да, это был удачный год. Значит, нам, для начала, два бокала, на пробу.

Официант удалился.

– Ну, как тебе здесь? – спросил мужчина, когда фигура официанта растаяла в полумраке.

– Слушай, здесь, конечно, классно, – сообщила женщина, – но здесь всё так дорого! Зачем?

– Что – «зачем»?

– Ну, мы едва знакомы, и ты сразу ведёшь меня сюда, чтобы потратить на меня целую кучу денег...

Мужчина нахмурился, изображая озадаченность

– Тебе нравятся жадные?

– Да нет, – ответила она, – но, просто, мне как-то неудобно. Ведь я для тебя, можно сказать, первая встречная.

– Не говори так, ты не первая встречная. – Он воздел очи к воображаемым небесам. – Ты – женщина моей мечты, моя королева. Я это сразу понял, едва увидел тебя.

Она улыбнулась – недоверчиво и, всё же, благодарно.

– А ты не боишься?

– Чего?

– Что я поверю тебе. Поверю, да и влюблюсь в тебя.

Мужчина радостно оживился.

– Так это же здорово! На это и весь расчёт.

Женщина рассмеялась.

– Ты – очаровательный негодяй. Я уже начинаю влюбляться.

Он прижал руки груди и скорчил гримасу меланхолика, в духе страдающего Пьеро.

– Ах, если бы это была правда, я был бы самым счастливым мужчиной на свете!

Так они сидели, обмениваясь кокетливыми репликами, ведя эту игру в слова по как будто бы неясному, на самом же деле – предначертанному, пути. По мере продвижения этой игры вперёд, они неизбежно сближались, тема их беседы принимала всё более доверительный, если не сказать, фривольный, оттенок, и где-то там, в приближающейся перспективе окончания вечера, уже смутно угадывались общие контуры неминуемой, и все более желанной, эротической развязки. Оставалась лишь самая малость – дань приличию, жертва на алтарь условности – преодолеть дистанцию в один ресторанный ужин, раз уж так принято, что мужчина, прежде чем уложить женщину в постель, должен продемонстрировать щедрость путём абсурдно дорого чревоугодия.

Их диалог был прерван появлением официанта. Он поставил на стол большие шарообразные бокалы на длинных тонких ножках – первый бокал, как водится, перед женщиной, второй – перед мужчиной. Исполнив незатейливый ритуал, он замер в ожидании.

Мужчина взял свой бокал, поднял на уровень глаз, оценивая цвет, затем поднёс к носу, лёгким движением руки всколыхнул рубиновую жидкость и сосредоточенно понюхал. Лишь после этого он попробовал вино на вкус – слегка пригубил и растёр во рту языком. Все это он проделал лишь для того, чтобы, наконец, с тяжеловесной солидностью произнести:

– Да, это оно. Узнаю букет.

Только после одобрения своего клиента официант счёл возможным уйти.

– Постойте! – окликнул его мужчина; мгновенье, и официант – сама услужливость – вновь покорно застыл перед ним. – Принесите ещёе, пожалуйста, сигарет.

– Какие вам?

– Принесите «Мальборо лайтс».

И вновь потёк разговор над пустым столиком, едва оживлённым двумя бокалами с вином и одной пачкой сигарет. На голодный желудок, будучи приправлено сигаретным дымом, вино подействовало быстро; и вот уже хмель закружил в головах у мужчины и женщины свой лёгкий, призрачный танец.

Ресторанный ансамбль, после никем не осознанной паузы, вдруг напомнил о себе слащавой и тягучей, как патока, мелодией.

– Потанцуем? – предложил мужчина.

– Конечно, – с радостью поддержала его женщина.

Они вышли на центр танцпола и медленно поплыли по кругу. Глядя на них – как влажно блестят их устрёмленные друг в друга глаза, как нежно сжимается ладонь в ладони, как трепетно и страстно соприкасаются их досадно сокрытые под одеждой тела, – было ясно: между ними уже не существует преград. И кто знает, может, они не дотянут до дома и займутся безудержным сексом прямо на заднем сидении такси... или – в туалете ресторана... или, чем чёрт ни шутит, – прямо здесь, запрокинувшись на один из столиков и безжалостно смяв под собой строгие пики крахмальных салфеток...

Впрочем, нет, нет... Больная фантазия... Это – приличное заведение, а они – приличные люди. Они просто дотанцуют свой танец и вернутся, чин чином, к своему столику.

– Спасибо тебе, королева, – сказал мужчина, когда последняя нота мелодии растворилась в сгустившемся воздухе вечера.

– За что?

– За то, что согласилась подарить этот вечер мне.

Она просияла в ответ.

– Да нет, это тебе спасибо.

– За что?

– За то, что пригласил меня в это чудное место.

Они вернулись за свой столик и сидели так, уже не разжимая рук, лаская друг друга вожделенными взглядами.

– Чёрт возьми! – внезапно встрепенулся мужчина.

– Что такое? – не поняла она.

– Нет, ты посмотри, посмотри...

– Что? Я не понимаю, о чём ты?

– Ты посмотри, как они работают. Они всё ещё не принесли нам закуску.

Женщина вздохнула с облегчением.

– Ну, ты меня напугал. Я подумала, может и правда что-нибудь серьёзное.

Мужчина закурил и принялся раздражённо озираться по сторонам в поисках официанта.

– Смотри, как в воду канул. Совсем позабыл про нас. Уснул он, что ли, на кухне, или, может, напился?

Женщина попыталась его успокоить:

– Ну что ты так разволновался? Ничего страшного. Это ведь ресторан. Ну, может, ещё не готово наше блюдо.

– Не готово? – Он полыхнул возмущением. – Сколько же можно готовить?! Не час же! Что-то я не знаю таких блюд! Да за то время, что они возятся с нашим заказом, я у себя дома приготовил бы праздничный ужин персон, этак, на двенадцать!

Из всей тирады женщина обратила внимание лишь на последнее заявление:

– И что, часто ты этим занимаешься?

– Чем?

– Готовишь праздничный ужин.

– А, это... – Он как будто смягчился и даже заулыбался, заулыбался с трогательным смущением человека, признавшегося в не слишком достойном увлечении, вроде сочинительства стихов или собирательства марок. – Ну, в общем-то, есть грешок. Знаешь, иногда, под настроение, люблю состряпать что-нибудь этакое. – Он вдруг резко приблизился к ней, взглянул решительно и страшно. – Слушай, а ведь это – идея!

– Что? – Она покраснела.

– А поехали-ка мы ко мне.

Она едва заметно сконфузилась; скорее, пожалуй даже, – для приличия, демонстрируя ложную девичью скромность.

– К тебе?

– Ну конечно! А почему бы и нет?

– Домой?

– Ну да.

– И устроим праздничный ужин...

– Конечно!

– При свечах...

– Конечно!

Женщина вытащила из пачки сигаретку, хотя до этого, на протяжении всего вечера, к куреву не притронулась, покрутила ее в своих тонких нервных пальчиках, размяла, понюхала и, в конце концов, вернула на место.

– А поехали! – согласилась она.

Мужчина засиял недоверчивой радостью.

– Поехали?

– Поехали, – подтвердила она.

Они встали и, держась за руки, быстро пошли к выходу. Мимо заскользил по-прежнему полупустой ресторан. Редкие посетители не обращали на них никакого внимания. Ансамбль вновь заиграл какую-то тягучую мелодию.

– Слушай, а как же наш заказ? – запоздало опомнилась она, с трудом поспевая на своих каблуках за размашистыми циркульными шагами мужчины.

– Пусть сами едят, – хмуро обронил он.

– Слушай, а ему влетит?

– Кому?

– Официанту. Ведь мы уходим, не заплатив.

– Будет знать, как игнорировать клиента. За те деньги, что они здесь дерут, они должны нас облизывать.

– А вдруг нас поймают?

– А ты не отставай, и не оглядывайся.

Они благополучно миновали обеденный зал, пересекли вестибюль и, сверкнув стёклами вращающейся двери, выплеснулись в густую толпу вечерней улицы. Здесь она с облегчением прижалась к нему, а он её обнял и поцеловал в горячую шелковистую шейку.

– Ну что ж, – сказал мужчина, – вот мы и сходили в ресторан.

– Мне понравилось, – констатировала женщина.

– Серьёзно?

– Конечно.

– И что же тебе понравилось?

– Вино было вкусное. С роду такого не пробовала.

Мужчина улыбнулся и снова поцеловал её, на этот раз – в ушко.

– Ну, это – дело поправимое. Сейчас, по пути, зайдём в магазин, и я куплю тебе ничуть не хуже, – заверил он.

 

_______

 

Осенний вечер растворил город в сырой акварели тумана. Уличные фонари бессмысленно освещали лишь собственные столбы, да крохотный пятачок земли у самого основания. Окна домов мерцали размытым светом. Проезжающие автомобили на мгновенье вспарывали влажную зыбь острыми лучами и тут же, описав на повороте дугу, возвращали улицу во власть беспросветных холодных сумерек. Мягко шелестели по асфальту шаги невидимых прохожих. Монотонно гудели провода промокшей высоковольтной линии.

По площадке, ограниченной с одной стороны проезжей частью дороги с пограничным ориентиром фонарного столба, а с другой – густой и неприветливой чернотой каких-то кустов, прогуливался неприкаянный человек. Длинный плащ с поднятым воротником, низко надвинутая кепка, дрожащий огонёк сигареты, болтающийся в руке полиэтиленовый пакет с неясным содержимым внутри – все это придавало ему мрачноватый, если не сказать, – подозрительный вид. Вокруг него увивалась вертлявая собака. Судя по форме приглаженно-курчавого остроносого силуэта, а главное, судя по безостановочному и бессмысленному рысканью, это был, скорее всего, сеттер. Он то подбегал к самым ногам хозяина, сосредоточенно что-то вынюхивая, то припускался прочь, исчезая на несколько минут в тумане, то вдруг снова появлялся с какой-нибудь неожиданной стороны.

Но вот, вдруг, сеттер застыл в позе осознанной заинтересованности: несколько долгих мгновений его острый нос был направлен в сторону пока невидимой, но, безусловно, существующей цели. За мгновенье до того, как предмет его интереса показался из тумана, сеттер сорвался с места и, заливаясь лаем, бросился навстречу. В следующий миг он уже крутился и прыгал вокруг приземистой фигурки бульдога, который флегматично семенил вперевалочку на своих кривых лапах.

Вслед за бульдогом, с запозданием, исполненным ленивого достоинства, появился и его хозяин – коренастый мужчина, туго обтянутый блестящей в свете фонаря кожаной курткой, и блестящими же резиновыми сапогами, позволяющими наслаждаться шуршанием мокрой травы.

– А-а-а! Приветик! – воскликнул хозяин сеттера, пуская вперёд себя изготовившуюся к рукопожатию пятерню.

– Здорово, – сдержанно ответил хозяин бульдога, выдвигая откуда-то из живота короткую клешню руки. – Давно гуляешь?

– Да нет, не очень.

– Погодка… – неопределённо констатировал хозяин бульдога.

– Да уж, – согласился хозяин сеттера. Он сделал бессмысленное движение, пытаясь поднять давно уже поднятый воротник. – Вроде, температура не такая уж и низкая, а как-то зябко.

Хозяин бульдога демонстративно очертил ногой полукруг, и на траве, взлохмаченной носком его сапога, вспыхнула и погасла искрящаяся росой комета.

– Высокая влажность, – весомо пояснил он.

Какое-то время они поимпровизировали на тему метеорологической обстановки, затем разговор как-то забуксовал, так и не найдя естественного выхода за пределы этой фальшивой темы.

Хозяин сеттера щелчком запустил окурок в сторону кустов – рубиновая искорка мелькнула и, беззвучно взорвавшись, погасла во тьме. Он пошарил в кармане плаща и на ощупь выудил новую сигарету.

– Ты много куришь, – отметил хозяин бульдога.

– Да нет, совсем нет, – возразил хозяин сеттера. – Это я сейчас только. Зябко. А так – совсем не много.

– Да и вообще, выглядишь ты как-то неважно. Какой-то ты усталый, бледный…

Хозяин сеттера вяло улыбнулся:

– Это просто осень.

Они дошли до края газона, немного постояли, словно у обрыва, у дорожного бордюра, проводили глазами несколько проехавших мимо автомобилей, и, развернувшись, побрели в обратном направлении.

– Слушай, – прервал молчание хозяин сеттера. – Ты как работаешь на этой неделе?

Он произнёс это с явно переигранной небрежностью; сквозь неё сквозила очевидная и мучительная заинтересованность.

– А что? – насторожённо отозвался хозяин бульдога.

– Да, понимаешь, – замялся хозяин сеттера. – Тут такое дело… Ну, в общем…

– Ты опять – за своё? – строго перебил его хозяин бульдога.

Хозяин сеттера взглянул прямо и тяжело.

– Да, – сказал он.

Хозяин бульдога скорчил кислую мину.

– Кто на этот раз?

– Одна очень хорошая девушка.

– Очередная невинная жертва циничного ловеласа…

Хозяин сеттера изобразил обиду:

– Ну, зачем ты так? А вдруг, на этот раз, всё серьезно?

– Ты это говоришь каждый раз, – устало напомнил хозяин бульдога.

– Те разы – не в счёт. Я чувствую, что на этот раз – всё получится.

– Что получится?

– Всё.

Хозяин бульдога нагнулся, поймал своего подопечного за ошейник и пристегнул поводок.

– Знаешь, – сказал он, разгибаясь, – мне надоели все эти игры. Я тебе больше не помощник.

– Я думал, ты мне – кореш, – обиделся хозяин сеттера.

– Думай, что хочешь.

Хозяин сеттера враждебно молчал. Он несколько раз глубоко затянулся и вдруг отшвырнул сигарету прочь; его шея вытянулась, и кадык задёргался в болезненном пароксизме тошноты.

– Ну, ты чего? – смягчился хозяин бульдога. Он дружелюбно похлопал товарища по спине. – Говорил я тебе: много куришь. Да и вообще… Ну, давай, дыши глубже. Вот так… Хорошо… Ну, что, полегчало?

– Да ну тебя! – с досадой отмахнулся хозяин сеттера.

– Ну, вот, обиделся, – сердобольно пробормотал хозяин бульдога. – Слова ему не скажи.

Он смотрел, как хозяин сеттера шагает прочь. Когда его фигура уже достигла границы визуальной досягаемости и вот-вот должна была раствориться в тумане, хозяин бульдога крикнул:

– Ну ладно, ладно! Чёрт с тобой! На этой неделя я работаю в понедельник, среду и пятницу!

Хозяин сеттера остановился и стоял так, словно взвешивая: вернуться или уйти. К нему подбежал его неутомимый пес и, виляя хвостом, принялся тыкаться мордой в руку хозяина. Рука бессознательно поймала ошейник и щелкнула карабином поводка.

– Ты поможешь мне? – спросил хозяин сеттера, не оборачиваясь.

Хозяин бульдога не спешил обнадёживать:

– Ты мне только скажи, сколько всё это может продолжаться? Просто скажи – и всё. Я должен знать.

Хозяин сеттера развернулся и медленно приблизился.

– Понимаешь, все те разы – не в счёт, – глухо сказал он.

– То есть, как это – не в счёт?

Хозяин сеттера взглянул совсем уже подавленно.

– Ничего не было.

– Как это – ничего не было? – требовал разъяснений хозяин бульдога. – Ты их трахал или нет?

Хозяин сеттера достал новую сигарету и принялся разминать в нервных пальцах.

– В том-то и дело, что нет, – признался, наконец, он.

Хозяин бульдога округлил глаза и почесал щетину на своём квадратном подбородке.

– М-да, дела, – разочарованно произнёс он. – И за каким, спрашивается, хером мы столько раз ломали всю эту комедию?

Хозяин сеттера закурил и сосредоточился на сигарете. Курить ему совсем не хотелось и частые, короткие, совсем неглубокие затяжки лишь будили новые позывы к тошноте.

– Ты слишком много куришь, – вновь напомнил хозяин бульдога.

Хозяин сеттера продолжал курить, словно наказывая себя этой пыткой за все неудачи.

– Понимаешь, – пробормотал он, когда огонёк вплотную приблизился к фильтру, – с тех пор, как я развёлся с Ленкой, у меня ни разу ничего не было ни с одной женщиной.

Хозяин бульдога тактично молчал. Видно, холод добрался и до него – он поднял воротник куртки и засунул руки в карманы.

– Когда я с ней развёлся, – продолжал хозяин сеттера, – я думал: ну вот она, свобода! Новая жизнь… Новые возможности… А оказалось – я ни на что не способен. Только с женой я и мог. Смешно, правда?

Хозяин бульдога и не думал смеяться.

– Знаешь, по-моему, у меня начинает формироваться комплекс, – сообщил хозяин сеттера. – Иногда мне кажется, что я уже никогда не смогу быть с женщиной. Да нет, так-то у меня всё работает. Да, всё нормально. Вот я с ней знакомлюсь, веду в ресторан, то да сё... А как доходит до дела – как будто что-то обламывается у меня внутри. Не могу – и всё. Не получается.

– Может, всё так потому, что ни одну из них ты не любил? – осторожно предположил хозяин бульдога.

– Любовь? – внезапно ожесточился хозяин сеттера. – Любовь – это для бездельников. А я – работаю.

Туман сгустился. Уже совсем растворились окна на другой стороне дороги. Лишь ближайший фонарь светился мутным, бесполезным облачком.

– Зачем тебе всё это? – спросил хозяин бульдога. – Если ты не любишь женщину, то – зачем? В конце, концов, можно ведь просто заниматься онанизмом.

– Зачем? – повторил вопрос хозяин сеттера. – Действительно: зачем? Не знаю. Не знаю… Может быть… я хочу снова жениться?

Хозяин бульдога коротко хохотнул:

– Снова? Ну, ты – даёшь.

– А что? Почему бы и нет? Вот, тебе, – хозяин сеттера схватил своего товарища за рукав. – Вот, тебе – хорошо иметь жену, детей?

– Ну… – неопределённо промычал хозяин бульдога.

– А я – хочу! – горячо заявил хозяин сеттера. – Хочу иметь семью. Если б ты знал, как осточертела эта свобода!

Хозяин бульдога аккуратно высвободил рукав.

– И что, – спросил он, – ты и правда надеешься, что через мой столик в ресторане пролегает путь под венец?

– Я взрослый, занятой человек, – уточнил хозяин сеттера. – Мне некогда гулять под луной и читать стихи. Путь через ресторан – самый короткий. Другого я не знаю. Не в кино же их вести.

Хозяин бульдога вздрогнул и, вскинув руку, посмотрел на часы.

– Пора домой, – сообщил он.

Они побрели в сторону чёрных кустов, каждый – со своей собакой на поводке. Когда они подошли к зарослям поближе, стала видна тускло поблёскивающая тропинка, ведущая через чащу к дому хозяина бульдога. Хозяину сеттера нужно было в другом направлении.

– Ну? – прямо спросил хозяин сеттера. – Ты поможешь мне ещё раз или нет?

Хозяин бульдога помолчал для важности, затем снисходительным тоном сказал:

– В последний раз.

Хозяин сеттера радостно вздохнул.

– Спасибо, старина. Я знал, что ты – настоящий кореш. Держи.

Он протянул товарищу пакет, до сих пор неприкаянно болтавшийся в озябшей руке.

– Что там у тебя? – вяло поинтересовался хозяин бульдога, заглядывая внутрь. – Ага, «Каберне» и «Мальборо лайтс». Как всегда.

– Как всегда, – подтвердил хозяин сеттера.

Они сплели ладони в заговорщицком рукопожатии.

– Когда думаешь придти? – спросил хозяин бульдога.

– Наверное, в среду.

– Ладно, значит, к среде я все приготовлю.

Ладони разошлись и попрятались по своим карманам.

– Значит, еще одна попытка, – подытожил хозяин бульдога.

– Надеюсь, последняя, – пообещал хозяин сеттера.

Хозяин бульдога вздохнул и безнадёжно махнул рукой.

– А-а, ты так всякий раз говоришь.

 

 

2002 г
Редакция 2011г.

 

 

 


Оглавление

2. Часть первая «Мужчины». Лев
3. Часть первая «Мужчины». Попытка номер…
4. Часть первая «Мужчины». Осенние фантазии

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

14.10: Лачин. Диспут распятых (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!