HTM
Номер журнала «Новая Литература» за май 2018 г.

Татьяна Краснова

Ласточки еще прилетят

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: , 9.09.2007
Оглавление

20. Часть 20. По всему городу.
21. Часть 21. В усадьбе.
22. Часть 22. В «подковке» .

Часть 21. В усадьбе.


 

 

 

Они чуть не столкнулись на лестничной площадке.

Аня выходила от мамы – забегала до работы сделать ей укол, а Илья уже хлопнул дверью Карининой квартиры и, как всегда стремительно, сбегал вниз по ступенькам.

И хорошо, что не столкнулись. Аня подумала, что окажись вдруг сейчас перед ней зеркало – кто знает, какое бы она там увидела лицо. Наверное, такое, что лучше никому не показывать – и пошла вниз медленно-медленно, собирая мысли в кучу и даже не пытаясь куда-то с них переключиться.

Конечно, она уже была подготовлена: мама недавно таинственным голосом сообщила, что «у Кариночки появился молодой человек. Правда, совсем молодой… Ты, наверное, знаешь, ваш коллега. Я порадовалась – вас теперь целая команда в музее, среди старичков-то, с ровесниками работать всегда интересней. А еще говорят, что молодежь не идет в бюджетники! Он к ней, похоже, переехал…».

Но увидеть своими глазами…

Обидно? Собака на сене? А чего хотела? Нельзя же, в самом деле, остановить мгновенье, законсервировать время и вечно держать Илью при себе – просто «чтоб был рядом», по словам Карины. Жизнь идет – и если от и мимо нее, значит, надо это принять. Сама же это выбрала. Выбор – дело ответственное. И разве возможен был другой?

Но общие вопросы отступали перед конкретными: как теперь получится разговаривать с ним и с ней? Аня страшилась вымученных слов и опущенных глаз, но, к облегчению и радости, никакая вымученность не вылезла. Они общались с Кариной совершенно как раньше, так же бегали по школам, так же обсуждали детские проблемы, московские вакансии и выставку Странника, на которую директор уже дал добро. А по поводу Ильи все, в общем-то, было сказано в часовне.

С самим Ильей они в тот день все-таки столкнулись – он, куда-то мимо нее мчавшийся, выдохнул:

– Тишин умер!

Это сообщение было из тех, в которые не сразу веришь. Потому Илья и проговорил его шепотом – нельзя же вслух такую нелепость.

Тишин в Благовещенской усадьбе был вечен. Он всегда сидел в своей мастерской, где всегда теплилась его невидимая публике работа. Коллеги звали его за глаза Тишайшим – от него редко можно было услышать хоть слово. Это он дал вторую жизнь всем картинам из старинных залов, и еще многим из других подмосковных музеев.

– Напрасно не ставят имя реставратора рядом с именем художника, – сказала, вытирая глаза, Лариса Ивановна. – Мы всё это видим только благодаря ему. Аня, сразу начинаем готовить выставку его памяти. Ты займешься – Калинникова пока отложи. И ты, Илья. Ты, я знаю, собирался уезжать – если можешь, останься. Кому, как не тебе…

Илья кивнул безропотно. Аня так и не узнала, какие планы ему пришлось отодвинуть, но за работу они принялись сразу и слаженно, и «Вторая жизнь» была готова очень быстро. И без Ильи она лишилась бы самых лучших и интересных деталей.

Он принес свои фотографии, сделанные этим летом в мастерской. Тишин на них был именно таким, каким его привыкли видеть – полностью сосредоточенным и погруженным в работу.

– Замечательные портреты! – одобрила Аня. – Вот этот можно увеличить для стенда. Главное, тут он не в массовке, и крупно, и своим делом занят. А то фотографируемся обычно в праздники, и все альбомы – череда дней рождений, Новых годов, застолий или в лучшем случае поездок. Археологи если когда-то найдут – ни за что не поверят, что у нас полжизни на работе проходило. – Она продолжала перебирать снимки, остро ощущая, что этот свеженький, только что отпечатанный глянец – уже история. – А это что? Вот это да! Вот это – обязательно в зал!

На нескольких снимках был виден процесс восстановления картины, последней, над которой работал мастер. Илья успел щелкнуть холст до реставрации – тяжело больной, растрескавшийся, и следующие этапы: укреплен красочный слой, заделаны прорывы, дублирована основа, подведен реставрационный грунт. Если бы не эти фотографии, то картины, отреставрированные Тишиным и просто собранные в зале, ничего не сказали бы неискушенному зрителю. Многолетний труд опять остался бы за скобками.

А теперь с цепочки снимков, показывающих стадии возрождения, можно было перевести взгляд на стену, на сам обновленный портрет молодой дамы. Красавица из 18-го века с плавными и нежными чертами спокойно смотрит мимо зрителя – она не помнит о тяжелых временах, но их следы не исчезли полностью, работа осталась незавершенной, и портрет словно ждет своего мастера. Эта композиция была центральной в зале и сразу к себе притягивала, и Аня не переставала ею любоваться.

А Илья опять вбегал с новым открытием. Они и представить не могли, что второй, скромный зальчик с документами и личными вещами окажется вдруг самым интересным – по крайней мере, для них.

– Мы и не знали, что у него есть авторские работы! – возбужденно размахивал руками Илья. – Он никому не показывал! Они у него в комнатушке хранились, в общежитии, а он один жил, никто и не видел! Нет, ради такого стоило остаться!

Аня спешила за ним и не верила: Тишин всегда казался образцом реставратора – подвижника, умеющего отрешиться от своего, личного, чтобы сохранить нетронутым замысел художника. Но у него действительно была вторая жизнь, они не ошиблись с названием выставки! Аня рассматривала рисунки и акварели: дома, переплетенные ветви деревьев – обыденность, переходящая в вечность – и неожиданно видела отголоски собственных мыслей и ощущений. Дом, дерево, дорога – то, что окружает нашу жизнь, где бы мы ни оказались – постоянный мотив, переходящий из одной работы в другую. И какие мудрые и человечные эти городские пейзажи без единого лица.

– Он как будто сознательно избегает человеческих лиц, – предположила Аня. – Может, потому что реставрировал в основном портреты, чтобы одно с другим не смешивать… А молодая дама осталась теперь ничья. Некому ее доделывать. Мастерская опустеет – все разъезжаются, один Тишин ведь был постоянный.

– Вот и я разъезжаюсь. Хотя сейчас так естественно было бы остаться, – задумчиво произнес Илья. – Так велико искушение. Я ведь от него фактически эстафетную палочку получил. Или скипетр. Как хотите, назовите. Коллеги смотрят, как на преемника. И вы всегда считали, что это – моё. Нет, правда, кому не охота побыть первым парнем на деревне! Меня все эти дни просто на куски раздирало…

Аня слушала с надеждой. Жизнь оказалась куда богаче наших о ней представлений и первым делом показала, что остановить мгновенье – возможно, и возможно просто держать Илью при себе – если им обоим это нравится. Потому что его перемещение из общежития в «зефир» ровно ничего не изменило. Они оба остались теми же самыми, только общаться стало, как ни странно, легче – Илья бросил «выделываться», а общая работа их окончательно сблизила. Лариса Ивановна только удивлялась, что они всё «не по-товарищески выкают» и шутливо предлагала выпить на брудершафт, за успех «Второй жизни», но потом отвязалась: «Вот чудаки, ну, раз вам так проще…». А всё действительно стало и проще, и теплее, и еще больше было жаль отпускать Илью – усадьба без него совсем увянет.

Аня осознала, как же она привыкла радостно спешить на работу, где ее так же радостно ждали, и всегда – с искренним интересом и восхищением, которых ей так не хватало. Илья стал источником, из которого она, незаметно для себя, постоянно пополняла уверенность и в своей привлекательности, и в профессионализме, и просто в том, что жизнь хороша и стоит всех усилий. Правда, эгоистично было только черпать, но и сам Илья казался довольным этой необычной идиллией, как последним солнышком перед долгой зимой – и Аня позволила себе быть эгоисткой, оправдываясь, что скоро ведь все закончится.

И вот все закончилось.

– …Так трудно было отключиться от эмоций, от чувства виноватости дурацкого, и принять правильное решение, – продолжал признаваться Илья. – А ведь его и принимать-то на самом деле не надо – правильное решение всегда есть, и оно всегда на поверхности. В общем, в Москву через недельку-другую. В одном проекте пригласили поучаствовать – безумно интересно, потом отдельно расскажу… Но я вернусь! Тишинскую даму доделаю. Я и с Мурашовой договорился, чтобы ее за мной оставили. Вот увидите! С дядькой я ж не обманул. Может, следующим летом. Еще волонтеров насобираю, знакомых – куча, и мастерская не развалится, пусть даже не круглый год будет работать.

…Как хорошо, что она не выбросила старые виниловые пластинки! Дома, вечером, Аня рылась среди них – искала Пугачеву. Есть там «Мне нравится, что вы больны не мной»? Есть. Эта песня никогда не была в числе любимых, но захотелось переслушать. Вадим на день рождения Егора сделал ей по-настоящему роскошный подарок – проигрыватель где-то откопал, каких уже не выпускают. Правда, вручил его почему-то не в тот день, а на следующий – наверное, собирался вечером и не успел, на работу выдернули.

Пластинки занимали в шкафу целую полку, и время от времени так хотелось ее освободить – тем более что и надежды не было когда-нибудь еще их послушать, ее старый проигрыватель давно и безнадежно сломался. Слава богу, рука не поднялась. Зато новый-старый теперь работает почти беспрерывно. Сказок много осталось еще с ее детских времен – «Рики-Тики», «Маугли», «Кошкин дом». И Егор их без конца слушает и одновременно или конструктор собирает, или узоры из тех самых кубиков – просто спасение, все дела успеваешь переделать. И до нее доходит очередь послушать.

Голос Аллы звучал приглушенно и проникновенно, и Аня удивлялась: как раньше эти же слова могли казаться надуманными и лицемерными.

И точно ли в подкупающей искренности есть нотка горечи?

 

 

 


Оглавление

20. Часть 20. По всему городу.
21. Часть 21. В усадьбе.
22. Часть 22. В «подковке» .
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.08: Художественный смысл. Прав ли художник Владимир Крылов вне своих картин? (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за май 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!