HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2018 г.

Ольга Иженякова

Другая сторона

Обсудить

Роман

 

Погибшие цветы ожили снова –
От одного живого слова.

 

Посвящается всем влюбленным…

 

 

 

Опубликовано редактором: Карина Романова, 19.09.2008
Оглавление

20. Часть четвертая. Послушник Виктор
21. Часть четвертая. Последняя молитва
22. Часть четвертая. Обратная сторона Солнца

Часть четвертая. Последняя молитва


 

 

 

…Небольшая прозрачная речушка тихо скользит вдоль живописных берегов и вот-вот должна впасть в теплые воды океана. По обеим берегам стоят люди и машут одиноко плывущей женщине, одно лицо пловчихе кажется знакомым. Она внимательно вглядывается в него и узнает своего умершего мужа.

– Ну, здравствуй, что ли? Как ты тут хоть без меня…– Кричит во весь голос ему.

– Привет-привет – отвечает он ей – ты, где так долго болтаешься?

– Я?…

– Ты! А кто еще? Я, что ли?

– Иду.

– Ну...

– Подожди чуток…подожди…подо….Иду…

 

Елизавета Тимофеевна открывает глаза, понимает, что это уже все. Она начинает усердно вслух молиться. Главное, успела причаститься, пособороваться и составить напоследок завещание, чтобы, там, значит, ей тревожно не было. Отсюда надо уходить налегке.

Денежную сумму и, надо заметить, вполне приличную, она завещала своему юному другу Лешке Шваброву. Знает, что он все передаст деньги монастырю, но для умирающей женщины это уже неважно. Ее и в молодости деньги не особенно интересовали. Жила семьей и работой.

Внезапно в ее сердце с легким приливом поселяется тихая безмятежная радость. Начинает казаться, что снова вернулись к ней силы и все вокруг, как когда-то раньше в первые годы замужества – светло и прекрасно. Она без посторонней помощи садится на кровать, блаженно улыбается, видит вокруг себя много людей и хочет что-то сказать очень доброе, чтобы подарить тепло своей радости каждому.

– Мама, осторожно. Мама, пожалуйста, осторожно, прошу – беспокоится старшая дочь – вам нельзя сейчас шевелиться, врач запретил, сказал что...

– Ничего-ничего, мне сейчас все можно. Все…

Елизавета Тимофеевна собирается духом, замолкает. Видно, что она собирается сказать что-то очень для нее важное. Все молчат. И, наконец-таки, она нарушает установившуюся тишину:

– Дети, детки мои… послушайте меня, прошу вас. Старайтесь приобретать в миру …носить вот эту одежду…

Она жестом показала в сторону двух монахов. Теперь я достоверно знаю, что эта одежда есть царская и ангельская. Самая лучшая. Живите в любви и богомыслии, прощайте всех и вам простится…много грехов. А, может, и все. Бог к этому меня привел только к концу земной жизни, так сложилось. Не знаю почему. Подумать-то, всего-то ничего, пара каких-нибудь месяцев. Пара месяцев. И я из недовольной жизнью старушки-пенсионерки превратилась в постоянную и счастливую прихожанку Его храма. А…что уж теперь говорить! Прощайте всех…

Елизавета Тимофеевна слабо махнула рукой, все увидели, что рука ее уже не слушается.

Сначала она предельно внимательно смотрела в потолок, как будто там кто-то очень важный находился, но было видно, как ее ресницы под невидимым грузом начинают постепенно тяжелеть. Напоследок, она еще раз хотела обвести присутствующих взглядом, но зрачки уже ей не подчинялись. Тогда она просто улыбнулась – и все. Так и замерла.

Все присутствующие долго стояли неподвижно вокруг кровати, боясь шевельнутся и разбудить Елизавету Тимофеевну. Казалось, она вот-вот откроет глаза и улыбнется. Но она больше не шевелилась.

Леша Швабров первым нарушил тишину, он перекрестился три раза и начал громко читать псалтирь об упокоении. К его голосу вскоре присоединились еще два – рядом стоящих монахов. И вскоре их голоса стали слышны во всей квартире. И даже во дворе, только теперь все заметили открытую в спальне форточку.

– Все-таки, что ни говори, но смерть у Елизаветы Тимофеевны была легкой. Счастливая она, ох и счастливая, – сказала, повернувшись к выходу, пожилая соседка, а потом еле слышно добавила – да и жизнь тоже у нее была легкой. Как тут не позавидовать. Всю жизнь прожила за широкой мужской спиной, всегда накрашенная, ухоженная. Всегда на виду. Все почести ей, благодарности – нате, пожалуйста! Ученики, родители цветочки носили, да еще и муж дарил. Все внимание ей. Все-все. Дети хорошо учились, не гулящие, не пьющие. И внуки в них пошли.

Всем бы так – у Бога за пазухой...

 

Среди присутствующих можно было увидеть неряшливого вида мужчину, который неизвестно кем приходился покойнице. Сначала его приняли за бомжа и хотели было прогнать, но поскольку что-то интеллигентное и вместе с тем жалостливое проскальзывало в его взгляде, то убогого решено было оставить на поминках. Пусть поест.

– Спасибочки вам, ой, спасибочки – сказал несколько жеманно мужчина и представился всем – Гриша, просто Гриша без отчества.

Дочери покойной еле заметно улыбнулись. Монахи же на него просто не обратили внимания.

Гриша в похоронном деле оказался просто настоящим асом. И вскоре родственники усопшей благодарили судьбу за столь полезное знакомство. В считанные часы Гриша помог организовать дело так, что, почти все деньги, тщательно отложенные Елизаветой Тимофеевной на похороны, оказались непотраченными, а покойная похоронена рядом с любимым мужем и на могиле поставлен большой деревянный крест.

 

– А знаешь, мне кажется, что наша мама почти не жила – обратилась старшая дочь Елизаветы Тимофеевны к младшей, когда они остались наедине в родительской спальне, – так бывает, бегаешь-бегаешь, крутишься, покупаешь телевизор, машину, квартиру, детей устраиваешь сначала в садик, потом в университет и вдруг понимаешь: не жила ты! Не жила! И все это, добытое в беготне, вроде как не твое. А потому и не особо нужное. В общем, можно обойтись без этого.

Я, если помнишь, только-только отошла от тяжелой родительской опеки, замуж вышла за первого встречного, не расцветала, не гуляла под луной, а на тебе – уже рубашки мужу глажу, какие-то упреки за что-то получаю. Не соображаю ничегошеньки.

Мне бы отойти от учебы, отдохнуть по-человечески, на море бы съездить, помечтать, но нет, куда там, раз и – беременна. Дурное дело – не хитрое. Я о звездах, о далеких планетах думаю, Экзюпери ночами зачитываюсь и реву от нежности. А в это время сиськи надо смазывать рыбьим жиром, мне бы подняться, над землей полетать или на худой конец, на диване лишний раз полежать, поваляться, закрыться от всех – но уже ребеночек, извиняюсь, какает.

Думала, спокойно вздохну, когда Сашке два годика исполнилось, и на тебе – Дашкой забеременела!

Мне бы наукой заняться, гистологию изучать, я ее сплю и вижу, стажироваться в столичных институтах хочу, но другой ребеночек какает.

А я не такая, чтобы пеленки стирать и быть счастливой. Я внутри другая, понимаешь? Другая и все тут! Вот только никому до этого дела нет, и уже не будет. Иногда закрываюсь подолгу в ванной и плачу. Считай, без малого сорок лет мне, а где они? Псу под хвост!

Так и у матери, помнишь, как она на серебряной свадьбе плакала? А мы, дуры, не понимали. Все у нее также. Точно также…

Вдруг в комнату еле слышно вошли, женщины быстро замолчали, а Гриша, стоявший в углу и делавший вид, что ничего не слышит, прищурился и сник. Двое мужчин в возрасте с сочувственными лицами направились к сестрам, бомжа они не заметили.

– Примите наши соболезнования. Кто бы мог такое допустить, ходила здоровая, ни на что не жаловалась, на той недели разговаривали с ней, как ни в чем не бывало, и – на тебе, взяла и умерла – после некоторой паузы проговорил старший – а потом, внимательно осмотревшись по сторонам, как бы желая удостовериться, что его никто не слышит, добавил: у меня самого недавно несчастье случилось, может, слышали? Дом весь сгорел, подчистую. Я чуть с ума не сошел! Вы даже не представляете, сколько я в него вбухал! Вы на похороны, как я вижу, тоже прилично потратились. Ай! Пропади все пропадом! Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

Мужчина махнул рукой.

В доме воцарилась тишина, и было слышно, как стучат старые настенные часы с позолоченным циферблатом.

– Эти часы папе подарил один пациент – после долгой паузы сказала младшая дочь покойной – помню, папа, когда эти часы принесли, сказал, мол, зачем они нам нужны и так много разного барахла в доме, а пациент, он еще с женой был, рыженькой такой хохотушкой, ответил, что это особенные часы, вроде как с царского режима остались. Сто лет проходили, и еще столько же будут ходить, ничего с ними не случится. Папа ответил на то, что у него часы больше двух лет никогда не задерживаются. А те сказали так уверенно: эти вас переживут. Так и есть. Папы уже нет и мамы тоже, а часы все ходят, ходят, как ни чем не бывало…видать, прав был пациент…

После похорон родственники усопшей долго искали Гришу, чтобы отблагодарить, но так и не нашли. Припомнили, что он на поминках даже не ел, хотя, устал, наверное, здорово. На кладбище поддерживал престарелую глуховатую соседку, помогал ей подняться в автобус. Она, кажется, последняя, кто видела Гришу. Спросили старушку про него, на что та неуверенно пожала плечами, тяжело вздохнула и сказала:

– Странный он какой-то этот ваш Гриша. Я ему говорю: айда ко мне домой, я тебе штаны новые дам, от деда остались, ни разу покойничек их не носил, все некогда было, все берег, царство ему небесное, а то ты в этих потертых, ну вылитый охломон подзаборный. Еще в милицию заберут как бомжа какого. Некрасиво ведь так нынче ходить. А он мне отвечает гордо так, аж спину выпрямил, значит: «Нет, мать, не могу к вам домой идти. Мне надо срочно мысли в тишину положить. Много впечатлений за день».

Больше соседку в этот вечер ни о чем не спрашивали, решив, что она немного не в себе, что, впрочем, для ее возраста вполне простительно.

 

 

 


Оглавление

20. Часть четвертая. Послушник Виктор
21. Часть четвертая. Последняя молитва
22. Часть четвертая. Обратная сторона Солнца
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

09.05: Роман Рязанов. Безропотная луна (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

18.05: Андрей Ямшанов. Зугдидский чай (рассказ)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2018 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!